Битва за надежду (СИ) - Хай Алекс - Страница 18

Государь сжал губы, затем резко обернулся к Софии.

— Ты думаешь, дядя согласится?

София мягко улыбнулась.

— Это будет проверка его намерений. И мы окончательно узнаем, на чьей он стороне.

Государь провёл рукой по волосам, глаза его вспыхнули новой решимостью.

— Хорошо. Попробуем так.

Я кивнул.

— Кроме того, — добавил я, — я буду в составе встречающей делегации вместе с великим князем Андреем. Придется померзнуть в порту, зато мы первыми увидим гостей.

Государь с прищуром посмотрел на меня.

— Значит, шведы всё-таки решили прибыть морем?

— Да. Навигация официально закрыта, но ради них в Балтику уже вывели ледоколы.

Государь криво усмехнулся.

— Вот как… Тогда я хочу, чтобы после этого ты доложил мне о каждом участнике делегации, о составе, обо всех деталях, — голос его звучал уже твёрдо, по-императорски.

— Так и будет, мой государь, — улыбнулся я.

Император удовлетворенно кивнул, хотя все еще пытался смириться с тем, что планы придется изменить.

Я заметил, как София и Марина обменялись короткими взглядами. Обе девушки скрывали тревогу и беспокойство, но я знал причину — они переживали за свои судьбы и судьбы своих близких.

А я должен был защитить их всех.

Глава 10

Интерлюдия

Шведский фрегат «Королева Кристина»

Балтийское море

— Прошу, оставьте меня, — распорядилась принцесса, и фрейлины с поклоном вышли.

Астрид сидела на широком диване в своей каюте, освещённой мягким светом настольной лампы В воздухе витал тонкий аромат жасмина, впитавшийся в ткани тяжелых бархатных штор. Из иллюминатора открывался прекрасный вид на освещенное закатом море.

Астрид осторожно открыла шкатулку. Внутри рядом с другими баснословной ценности драгоценностями лежал медальон — серебряный, круглый, украшенный мелкими сапфирами по краям. Она провела кончиками пальцев по холодному металлу, затем осторожно открыла крышку.

Внутри было крошечное чёрно-белое фото молодого человека с правильными чертами лица и светлыми волосами, выбивающимися из-под фуражки. Он был облачен в мундир и улыбался — открыто и чуть насмешливо, искренне — словно мальчишка.

Астрид провела пальцем по фотографии, словно пытаясь почувствовать тепло этого взгляда в реальной жизни.

Конечно, она знала о нем все. Все, что можно было найти.

— Я не справлюсь… — прошептала она, бросив взгляд на себя в зеркало. — Даже если бы я ничего не чувствовала, я бы не смогла…

Её отражение было бледным и усталым. Она тронула шею, где должна была лежать фамильная брошь с гербом их рода, но сегодня брошь осталась в шкатулке.

— Это так недостойно… Боже, что мы все делаем…

Дверь в каюту резко распахнулась, ударившись о стену. Астрид вздрогнула, и медальон выпал из её рук на подол платья. В проёме стоял её брат, кронпринц Карл Густав. Высокий, статный, с холодным взглядом серо-голубых глаз и напомаженными волосами, уложенными по последней моде. Он уже был одет к вечерней трапезе.

— Скоро ужин, сестрица! — Губы Карла Густава растянулись в ухмылке, когда он увидел медальон. — Что это ты там прячешь? Ну-ка покажи мне…

Астрид попыталась спрятать медальон в шкатулку, но Карл Густав в два шага пересёк небольшую каюту и выхватил драгоценность у неё из рук.

Цепочка качнулась в его пальцах.

— Ах, так вот оно что… — Он открыл медальон и прищурился, разглядывая фотографию. На его лице расцвела глумливая улыбка. — О, сестра, теперь я вижу, что ты и правда стараешься. Это прекрасно! Уже тренируешься смотреть на великого князя Андрея влюбленными глазами?

— Верни его, Карл, пожалуйста, — Астрид встала и протянула руку.

Карл Густав лишь усмехнулся.

— Пожалуйста? С каких это пор ты стала такой вежливой? — Он поднял медальон выше, заставляя её встать на цыпочки. — Давай, попробуй достать.

Астрид шагнула вперёд, её пальцы почти коснулись цепочки, но Карл Густав резко дёрнул руку вверх.

— Ой-ой, не дотянулась, — он усмехнулся и покачал головой. — Ты слишком медленная, сестрёнка. Нужно учиться быстрее реагировать на изменения ситуации. Иначе упустишь своею жертву! А тебе никак нельзя провалиться в этом деле, иначе какой от тебя вообще толк…

Астрид побледнела.

— Карл, прекрати… — голос её дрогнул. — Прошу тебя. Просто верни мне его.

Карл Густав ухмыльнулся и продолжил раскачивать медальон на цепочке перед её лицом.

— О, как мы заговорили… Ну же, Астрид. Развлеки меня. Покажи, как ты будешь очаровывать великого князя. Продемонстрируй мне все, чему научилась. А я оценю, насколько ты хороша!

— Не твоего ума дело, как я буду это делать. Верни медальон!

Астрид попыталась ухватить свое сокровище, но Карл Густав снова увернулся.

— И снова мимо, сестрица!

— Карл! — воскликнула она, чувствуя, как все в груди сжимается от унижения и злости. — Сколько можно⁈ Ты невыносим!

Он вздохнул, явно потеряв интерес.

— Ладно, хватит с тебя. Ты мила и красива. Но черт возьми, как же скучна… И с твоей грацией, точнее, с ее отсутствием, нужно что-то делать… Впрочем, уже поздно. Придется работать с тем, что есть.

Кронпринц подбросил медальон в воздух. Астрид метнулась вперёд и поймала драгоценность, прижав к груди дрожащими руками. Она тяжело дышала, взгляд её горел.

— Завтра утром мы будем в порту Санкт-Петербурга, — ровным голосом произнёс Карл Густав, поправляя манжеты рубашки. — Среди встречающих будет и сам великий князь Андрей. Ты знаешь, что должна делать. Захвати его внимание сразу же. И не давай опомниться. Используй все эти ваши женские штучки.

Астрид молчала.

Карл Густав шагнул к двери, обернулся и добавил:

— И надень то синее платье. Ты должна выглядеть безупречно. А сейчас — не смей опаздывать на ужин. Капитан так расстарался ради нас…

Он вышел и закрыл за собой дверь.

Астрид с силой сжала медальон в ладони, чувствуя, как острые края крошечных петель механизма врезаются в кожу. Она рухнула на стул перед зеркалом и закрыла глаза. Из её груди вырвался сдавленный вздох.

— С меня хватит… — прошептала она. — Я так больше не могу… Он… Я сама должна что-то сделать!

Астрид открыла глаза, взглянула на своё отражение. И сама удивилась ледяной ярости в собственных глазах.

Затем осторожно разжала ладонь, достала медальон, надела его на шею и спрятала под платьем. Поднявшись, она подошла к письменному столу, вытащила лист бумаги и ручку с золотым пером.

«Ваше Императорское Высочество, — начала она по-английски, поскольку не знала русского. — Прошу меня простить за столь дерзкое письмо…»

Глава 11

Морской пассажирский порт на Васильевском острове дрожал от порывов ледяного ветра. Море было серым, тяжелым, и волны с глухим стуком разбивались о гранитные стены набережной. Воздух пропах солью и влагой, морозный ветер беспощадно хлестал по нашим лицам.

Я стоял в первом ряду встречающей делегации рядом с Андреем, который чуть заметно ёжился в парадном мундире Спецкорпуса с высоким воротником.

— Ну и погодка, — пробормотал кузен. — И это еще оттепель…

— На «Ваське» всегда так, — хмуро отозвался я. Мне, едва не околевшему точно в таком же мундире, приходилось не легче.

— Хоть бы они уже пришвартовались побыстрее…

Во главе делегации, как и положено, стоял великий князь Фёдор Николаевич — высокий, статный, с выправкой человека, привыкшего командовать и держать всё под контролем. Рядом с ним — министр Императорского двора князь Голицын, с каменным лицом, как всегда, обер-камергер Шрюмер, министр иностранных дел Горчаков и секретарь Совета регентов Рюмин.

Одежда всех встречающих безупречно соответствовала торжественности момента: мундиры и черные пальто с золотыми пуговицами, парадные шарфы, шляпы с кокардами. Свита на то и свита, чтобы производить впечатление.