Фиктивный брак госпожи попаданки (СИ) - Богачева Виктория - Страница 13

— Что они украли? — резко спросила я.

— Я не знаю… — он развел руками и тихо всхлипнул. — Мы были на улице все это время, ждали пожарных и ищеек.

— Да-да, понятно… — я рассеянно посмотрела на него и кивнула. — Мне нужно кое-что проверить.

— Тесса! — закричал Уильям мне уже в спину. — Подожди, внутрь никого не пускают.

Я его проигнорировала и у входных дверей наткнулась на знакомое лицо. Кажется, его звали мистером Николасом Уитмором и он был главой департамента сыскной работы. Я встречалась с ним, когда расследовалась смерть отца Тессы и Уильяма.

— Миледи, — он тоже меня узнал и чуть поклонился, и решительно преградил мне дорогу. — Внутрь нельзя, в доме работают мои люди.

— Мне нужно осмотреть дом, чтобы понять, что украдено, — я настойчиво попыталась протиснуться, но мистер Уитмор оставался непреклонен.

— Вы затопчите важные улики. Сперва мои люди соберут доказательства, а потом мы с вами и с графом Толботом составим опись.

Музыкальная комната. Музыкальная комната.

Два слова бились в моей голове оглушительным набатом. Целы ли документы?..

— Как долго это займет? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Сложно сказать, миледи, — ответил Уитмор, не глядя на меня. — Пока рано делать выводы.

Ждать нам пришлось долго. Около часа мы провели с бледным, хмурым Уильямом снаружи, пока по дому бродили незнакомые люди. Не совсем ясно, кого мне подозревать в пропаже вещей: грабителей или тех, кто хозяйничал сейчас в особняке без присмотра?

— Миледи, вам доставили посылку от архивариуса, — сообщил мне Кингсли. — Довольно увесистую по объему.

— И где она осталась? — спросила я с тупым равнодушием, мысленно уже простившись с документами, собранными в отношении сэра Джона.

— Анна отнесла ее в вашу спальню, миледи, — дворецкий почему-то отвел глаза.

Там, наверное, все перевернуто… Что бы они ни искали, в первую очередь должны были перерыть мои покои и покои Уильяма. А затем уже полагаться на фантазию и случай…

Я скрестила за спиной пальцы на удачу. Ну, кому мог понадобиться старый рояль?..

— Тесса!

Час от часу нелегче. С аукциона вернулась Элоиза. Что удивительно — в одиночестве, без толстяка-опекуна.

— Что здесь произошло? Я так испугалась, увидела этот ужасный дым еще издалека. О, боже мой, ты в порядке? А Уильям? Мой бедный мальчик… — она говорила и говорила и говорила, и ее голос звонким ручьем журчал над пепелищем и разрезал тяжелую тишину, повисшую между нами.

Я смотрела на особняк, в котором уже никогда не буду чувствовать себя в безопасности, и представляла, как другие люди топтались по нашим комнатам, трогали наши вещи своими грязными руками, копались в комодах и шкафах, выворачивали на пол ящики, прикасались к личным, милым сердце безделушкам…

Мне было тошно, а въедливый голос Элоизы лишь усиливал горячую волну отвращения, поднимавшуюся из груди.

— Замолчите! — сжав кулаки, вскинулся на нее Уильям. — Замолчите! Неужели вы не видите, что никто не хочет говорить с вами⁈

Его плечи подрагивали, в глазах пылала недетская злость. Элоиза осеклась и поджала губы, и одарила его неприязненным взглядом, на мгновение явив свое истинное лицо.

К счастью, к нам как раз подошел мистер Уитмор и разрешил войти внутрь, чтобы осмотреть особняк и составить опись похищенного.

Я всеми силами удерживала себя от того, чтобы рвануть в музыкальную комнату прямо с порога. Я знала, что лишь привлеку к ней ненужное внимание, если брошусь туда. И потому я заставила себя вытерпеть. Мы обошли весь первый этаж, поднялись на второй и начали с наших спален.

Как я и предполагала, у меня все было перевернуто верх дном. Ящики гардероба выпотрошены до последней нитки. На ковре валялось нижнее белье, словно нарочно выставленное на показ. Мистер Уитмор и жандармы стыдливо отвели глаза, а я с трудом сдержала торжествующую улыбку.

Если бы я не перепрятала чертежи… если бы продолжила хранить их в гардеробе…

Все было бы кончено.

С каждой новой комнатой я все сильнее убеждалась в том, что ограбили нас неспроста. Именно в это время, именно в этот день.

В особняке кое-что искали.

Что-то искали.

После того, как толстяк-опекун не смог найти их своими силами, он кого-то нанял — я была в этом уверена. Он, очевидно, не верил мне и подозревал, что чертежами завладела я.

И пытался их отыскать.

Потому что грабителям «с улицы» незачем устраивать такой погром. Ведь это лишнее, драгоценное время.

Но нет.

Те, кто вторглись в особняк, были прекрасно осведомлены о том, что господ — меня, Уильяма и даже Элоизы — нет дома. Брат вернулся уже к началу пожара, и преступники успели уйти.

Потому что знали, сколько у них есть времени.

Грабители прихватили с собой даже присланное архивариусом досье на сэра Джона. Разве могло оно понадобиться кому-то «с улицы»?..

Я покосилась на мистера Уитмора, который негромко говорил о чем-то с жандармами.

Если и делиться с ним своими подозрениями, то не в обществе Элоизы.

Уже глубокой ночью, едва дождавшись, пока посторонние покинут особняк, а домочадцы уснут, я отправилась в музыкальную комнату.

И едва не залила слезами старый рояль, когда, откинув крышку, обнаружила нетронутый тубус, в который я спрятала чертежи. Все было на месте.

И я могла бы выдохнуть, если бы не одно «но».

Как отнесется сэр Джон к тому, что я собирала на него информацию?

Едва ли сильно обрадуется, когда преступники передадут ему папку с документами…

Глава 6

— Миледи, вы подозреваете кого-то в ограблении?

Я посмотрела на мистера Уитмора и дернула уголками губ.

Как обещал, он вернулся в особняк следующим утром, чтобы опросить всех нас и составить более подробную опись пропавших ценностей. До серебряных подсвечников и ножей мне не было никакого дела, и даже украденная из спальни шкатулка с побрякушками меня не слишком опечалила. Все родовые драгоценности хранились или в сейфе, или в банковской ячейке, и надевались по исключительным поводам.

Остальное мне было не жаль. Я понимала, что преступники взяли их для отвода глаз. Так что, кто знает, может, через пару недель их подкинут мне обратно?..

— На что вы намекаете, инспектор? — толстяк-опекун не дал мне ответить.

Он прибыл в особняк еще до завтрака. По официальной версии — поддержать нас после таких потрясений и помочь уладить все дела с жандармами и ищейками.

По неофициальной… думать об этом не хотелось.

— Намекаете, что леди Тесса может водить сомнительные знакомства и быть связана с людьми, которые способны на такое? — сэр Джон распалялся все сильнее.

Брови мистера Уитмора страдальчески взлетели на лоб, и он тяжело вздохнул.

— Я ни на что не намекаю, сэр Джон, — сообщил, чопорно поджав губы. — Я веду расследование, и помогать мне — в интересах леди Тессы.

О, да. У меня, к слову, были подозреваемые. Один из них сидел в кресле напротив меня и потягивал кофе.

— Я не знаю, — сказала я, решив прощупать почву. — Вы думаете, это не было случайностью? Кто-то хотел ограбить именно нас?.. — я притворно ахнула и приложила руки к груди, а мистер Уитмор строго на меня посмотрел.

— Не нужно делать поспешных выводов, миледи, — важничая, сказал он. — Но да, полагаю, что у меня имеются основания так считать. Вы могли быть целью преступников.

— Послушайте, — вмешался сэр Джон. — Это решительно невозможно. Чем особняк Толботов отличается от всех прочих домов знатных семей? Драгоценности и серебро воришки могли отыскать в любом другом месте.

— На этот вопрос мне и предстоит найти ответ.

Толстяк недовольно зашлепал губами, бурча что-то себе под нос. Выглядел он не таким спокойным и уравновешенным, как обычно. Раньше он вел себя так, словно у него все под контролем, словно ему подвластна любая мелочь. Теперь же что-то неуловимо изменилось, и он уже не источал былой уверенности.