"Карильский цикл". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Зинина Татьяна - Страница 441

– Да, – кивнул Дамир.

– Как любимая головная боль? – уточнил карилец с усмешкой. – Или как олицетворение самого проблемного человека в мире?

– Просто… дорога, – ответил тот, не обращая внимания на сарказм собеседника.

Но Бриса такой ответ не устроил.

– И с каких это пор? – спросил он, сам наполняя оба кубка. – Не с той ли ночи, когда я встретил вас в этих самых коридорах?

Вопрос был откровенной провокацией, о чем оба прекрасно знали. Эмбрис бил прицельно, желая увидеть первую и самую яркую реакцию, но Дамир прекрасно умел реагировать на такие вещи.

– Я не знаю, с каких пор, – ответил он спокойно. – Возможно, с того момента, когда она, грязная, разбитая и с синяками на лице, сидела в кабинете дознавателя и просила меня помочь ее брату?

Первая словесная подача оказалась мастерски отбита. Причем принцы заметно расслабились. Но все еще смотрели друг на друга с сомнением.

Открытых обвинений или претензий так и не прозвучало, но каждый прекрасно понял, что хотел сказать другой.

– Спасибо, что помог ей выбраться без потерь из той истории, – совершенно искренне поблагодарил Брис. – Я ведь понимаю, что она сильно наследила, да и вообще повела себя крайне неосмотрительно.

– Ей, да и нам всем, повезло, что я появился вовремя. Иначе последствия могли быть очень неприятными. Причем для обеих наших стран. Но сейчас, Брис, речь не о том. – Дамир отсалютовал бокалом и сделал несколько глотков, причем пил так, будто вместо крепкого алкоголя налита обычная вода. – Если честно, на следующий же день после того случая я связался с Кери, и он объяснил мне все причины вашего пребывания в Астор-Холт. Поэтому я и не стал настаивать на встрече с тобой. Но сегодня… Эрлиссу едва не убили.

Эти слова, сказанные с такой болью, ударили по Эмбрису сильнее любых обвинений. И пусть он не был виноват в том, что случилось с сестрой, но все равно никак не мог простить себе, что такое вообще произошло.

– Но нападали именно на Динару Арвайс, – продолжил Дамир, снова наполняя кубки янтарным напитком. – Девушку, выплеснувшую ей в лицо зелье с ядом, поймали, когда она пыталась покинуть академию через портальную комнату в северной башне. Она утверждает, что не хотела никого убивать. Эта идиотка говорит, что просто не рассчитала дозу.

– Как ее имя? – взволнованно спросил Брис, крепко сжимая металлическую ножку своего кубка.

– Клариса Бокунталь, – ответил его собеседник. – А все случившееся было актом мести. По словам этой девушки, около двух месяцев назад Дина столкнула ее с лестницы, сломала ей челюсть и вообще едва ли не избила до полусмерти. Она утверждает, что от этого яда Динара должна была просто несколько недель провести в лазарете. Но факты указывают именно на попытку убийства.

Повисла тишина, в которой было слышно лишь то, как потрескивают дрова в камине. Оба собеседника молча опорожнили бокалы и уставились на опустевшую бутылку. Вероятно, обоим показалось непонятным, куда так быстро делся весь коньяк.

– Мелкая рассказывала мне, что между ними случилось, – проговорил Брис, у которого в голове никак не укладывалось все сказанное Дамиром. – То, что Лисса сломала ей челюсть, это правда. Но вот с лестницы они упали вместе, причем инициатором падения была именно Клариса. Но разве за такое убивают?

– Госпожа Бокунталь неадекватна, – ответил сайлирский кронпринц. – У нее в голове такие мысли, что даже я пришел в ужас. Отвечать на вопросы она не желала категорически, поэтому пришлось ломать ее ментальный блок. Так что теперь правда мне известна наверняка. И поверь, это именно попытка убийства из мести и… – Он устало вздохнул и отвернулся к огню. – И на почве ревности. Она уверена, что у твоей сестры роман с Филиппом Анкиром.

Последняя фраза была сказана таким тоном, что у Бриса не осталось сомнений – Дамир к Мелкой неравнодушен. И его искренне бесит тот факт, что Лиссу может что-то связывать с другим мужчиной.

– Вот уж не думал, что у Фила есть такие бойкие поклонницы, – проговорил Эмбрис с грустной усмешкой.

– Так он на самом деле… ухаживает за Эрлиссой? – В голосе Дамира слышалось напряжение. Он снова потянулся к бокалу, но тот оказался пустым, и наполнять его было, увы, нечем.

Тогда сайлирец решительно поднялся и направился к шкафу, куда ребята складывали алкоголь, остающийся после вечеринок. Вернулся он с двумя бутылками коньяка. Правда, в одной чуть больше половины, зато вторая оказалась почти полной.

– Да, – ответил Брис, наблюдая, как Дамир вынимает пробку и разливает коньяк. По правде говоря, он не собирался напиваться, да и компания для такого дела была не самой подходящей, но… отказываться от предложенного посчитал неправильным. А если совсем честно, хотелось немного расслабиться.

После первой распитой бутылки, которую они уничтожили за каких-то пятнадцать минут, общение стало более непринужденным, хотя оба принца все еще смотрели друг на друга настороженно.

– Значит, у них роман? – уточнил Дамир, нервно сжимая горлышко бутылки. – И ты позволяешь ей так себя вести?

– А ты попробуй ей что-то запретить, – хмуро ответил Эмбрис. – Тем более я не верю, что из этого выйдет что-то серьезное.

– И все равно допускаешь, чтобы к Эрлиссе притрагивался человек, не являющийся даже ее женихом? – продолжал возмущаться сайлирец, для которого все это выглядело вопиющей дикостью.

Брис не стал обращать внимания на его гнев и, подняв кубок, сделал несколько глотков. К его удивлению, напиток оказался ничуть не хуже предыдущего и очень приятно согревал горло.

– Ты же знаешь, какой у нее характер, и отлично представляешь, на что она способна, – протянул он, поворачиваясь к Дамиру. – А Филипп отлично на нее влияет. Лисса прислушивается к нему, и у виконта прекрасно получается сдерживать ее необдуманные порывы. А это даже мне не всегда удается.

– Но… – попытался возмутиться наследник Сайлирской Империи, которого само наличие рядом с Эрлиссой постороннего мужчины почему-то жутко выводило из себя. – Брис, он же ей не пара. Она – принцесса, а он – всего лишь виконт. И пусть в будущем унаследует графский титул, но это мало что изменит. Это – мезальянс. Она достойна большего!

Но его слова не произвели на Эмбриса никакого впечатления. Он лишь криво усмехнулся и продолжил лениво потягивать коньяк.

– Мой отец тоже был простым графом, когда женился на матери, – проговорил он. – А она в то время уже много лет правила страной, являясь коронованной королевой. И сей пример жесточайшего мезальянса все время у меня перед глазами.

– Твои родители – исключение, – не желал сдаваться Дамир.

– Но что мешает Лиссе с Филиппом стать еще одним таким вот исключением? – поинтересовался Брис, развернувшись к собеседнику. – Знаешь, Деми, для меня главное, чтобы она была счастлива, а с кем… решать не мне. Пока Фил – единственный, кто готов принять ее такой, какая она есть.

Дамир с силой сжал ножку бокала и одним махом выпил все содержимое. Несмотря на собственное нервное напряжение, которое никак не желало отступать, он вдруг почувствовал, что начинает пьянеть. Но сейчас такая мелочь волновала его в самую последнюю очередь.

– Как далеко зашли их отношения? – холодно поинтересовался он. – Что он себе позволил?

– О, поверь, Фил слишком правильный, чтобы позволить себе лишнее, – заметил Брис. Но потом встретился взглядом с немного затуманенными глазами Дамира и, ухмыльнувшись, добавил: – Он же – не ты.

Дамир еще сильнее нахмурился и отвернулся к огню. Он прекрасно понял, что имеет в виду карилец. И пусть тогда в подземельях они с Лиссой на самом деле зашли очень далеко, но виновато в этом было пресловутое вертийское вино, от которого все ограничители в буквальном смысле испарились.

– А она… любит его? – поинтересовался Дамир, прокручивая в стакане остатки янтарного напитка. И, судя по напряженному тону, ответ был для него очень важен.

– Не думаю, что все настолько серьезно, – отозвался мгновенно помрачневший Брис.