Где кончаются нервы (ЛП) - Секстон Мари - Страница 42

Мы с Майклом в унисон выдохнули. Она перескочила с отрицания «Что ты имеешь в виду, ты гей?», или «Как ты можешь быть таким?», или «Это невозможно», и с головой ушла в попытки осмыслить это. Он прочистил горло.

- Я, ну. - Он помолчал, глядя на меня. - Не... не долго. Я имею в виду, я давно подозревал это, но не был уверен.

Ее взгляд снова метнулся ко мне, затем остановился на нем.

- Значит, он... - Она сглотнула. - Первый?

Майкл глубоко вздохнул.

- Я, он... - Он немного сдулся, как будто стыд измотал его, и испустил долгий вздох. - Да, он первый. Я вроде как знал это еще в старших классах, но после того, как... после того, как нас всех воспитали, я боялся, что это неправильно. Поэтому я пытался притвориться, что этого не было на самом деле.

Дайна уставилась в пол между нами.

- Но ты знал. - Это был не вопрос.

- В глубине души. Как бы я ни пытался убедить себя, что это неправда... - Он медленно кивнул. - Да, я знал.

Она крепче обхватила себя руками, поджала губы и нахмурила брови. Мы с Майклом снова обменялись нервными взглядами.

Его большой палец скользнул по моему пальцу, и Дайна снова вздрогнула. Именно тогда я понял, что она смотрела на наши руки.

Майкл убрал свою, взглянув на меня, приподняв брови, как будто хотел убедиться, что я не против. Я кивнул. Затем он нарушил молчание.

- Дайна...

- О, Боже мой. - Она рассмеялась. Я не мог понять, было ли в ее голосе волнение, облегчение или это был тот невеселый смех, который иногда предшествует приступу ярости. Покачав головой, она добавила: - Не могу поверить, что я этого не поняла.

- Что ты имеете в виду? - спросил он.

Она прикусила губу, на секунду отвлекшись. Когда их взгляды снова встретились, смех исчез с ее лица, но на смену ему пришел гнев.

- Я чувствую себя такой глупой, я...

- Дайна, пожалуйста, ты не могла знать, - тихо сказал Майкл. - Прости, я не...

- Нет, нет, дело не в этом. Это... - Она помолчала, а когда заговорила снова, то говорила быстро, как будто так было легче разобраться в своих мыслях. - Все это имеет смысл. Я имею в виду, я годами корила себя, потому что знала, что между нами чего-то не хватает. Я знала это, но не могла понять, чего именно, и чувствовала себя такой виноватой. Все это время я думала, что делаю что-то не так или что со мной что-то не так, и именно поэтому мы не могли наладить контакт, и...

- Дайна, ты делала...

- Дай мне закончить, - сказала она. - Я чувствовала себя виноватой, ты знаешь, из-за развода, и Дилана, и... - Она встретилась с ним взглядом. - Но теперь, теперь, когда ты рассказал мне об этом, я знаю, что не сделала ничего плохого. - Она замолчала, на мгновение выражение ее лица не изменилось. Затем она выдохнула, ее плечи расслабились, а губы растянулись в улыбке. - Я не сделала ничего плохого. Ты не сделал ничего плохого. Мы просто не были созданы друг для друга.

Майкл кивнул.

- Да, именно так. Мы не смогли заставить это работать, и никто не виноват, что это не сработало.

Дайна снова провела рукой по волосам и рассмеялась.

- Майкл, ты даже не представляешь, какой груз свалился с моих плеч.

- Господи, Дайна, я понятия не имел... - Он потянулся к ней, и она обвила его руками. Весь мир был совершенно спокоен и безмолвен, когда они обнялись, и когда он взглянул на меня через ее плечо, я улыбнулся ему, и он улыбнулся в ответ.

После того, как они разошлись, Майкл жестом пригласил нас всех сесть за обеденный стол. Мы так и сделали, мы с Дайной сели друг напротив друга, а Майкл - между нами.

- Итак, как все это вообще началось? – спросила она. - Я имею в виду, ты сказал мне, что переезжаешь к пациенту, так что...

- Что было правдой. - Майкл тихо рассмеялся и взглянул на меня. - Вот так все и началось. Как мы и предполагали, так оно и остается.

Она перевела дыхание.

- Я понимаю.

- И я говорю тебе это сейчас, потому что хотел, чтобы ты знала, - сказал Майкл. - И я не буду действовать за твоей спиной, но я... - Его кадык дернулся. - Я хочу, чтобы Дилан знал.

Она напряглась.

- Ты хочешь...

- Я думаю, он должен знать, - сказал он.

- Но... - Дайна помолчала. - Он немного молод, тебе не кажется?

- Он был моложе, когда встретил Ли.

- Ну, да, я знаю, но... - Она оборвала себя, поджав губы и уставившись на свои руки, лежащие на столе.

- Но сейчас все по-другому? - сказал Майкл.

Она виновато кивнула.

- Я не говорю, что это неправильно, это... - Она подняла глаза, ее губы сжались от разочарования, как будто она не могла подобрать слов. - Боже, я даже не знаю. Но правильно это или нет, ты думаешь, он поймет?

- Он согласится, если мы ему скажем. Он смирился с разводом, он смирился с тем, что ты снова выходишь замуж. - Майкл взглянул на меня, затем снова на нее. - Он может смириться и с этим.

Она глубоко вздохнула, но ничего не сказала.

- Дайна, я понимаю, почему ты обеспокоена. - Майкл продолжал говорить мягким голосом. - Но я не хочу, чтобы он рос, думая, что это необычно или неправильно. Мы оба были воспитаны так.

Все еще храня молчание, она прикусила губу.

- А что, если он гей? - спросил он.

Дайна вскинула голову, широко раскрыв глаза.

- Что?

Он слегка пошевелился.

- Если бы это было так, гипотетически, ты бы хотела, чтобы он рос с мыслью, что с ним что-то не так? Как это было у нас с Сетом?

Она ощетинилась, стиснув зубы.

- Мы не говорили ему, что это неправильно, Майкл. Я просто предлагаю подождать, пока он немного подрастет. Пока он не поймет.

- А ты не думаешь, что это заставит его задуматься, что мы думаем об этом, если мы так долго ждали, чтобы сказать ему?

Она вздохнула.

- Наверное, я беспокоюсь, что перегружу его, я...

- Дайна, - мягко сказал Майкл, - я хочу, чтобы Дилан знал, что его отец с кем-то встречается, и я хочу, чтобы он знал, что в этом нет ничего плохого. Если случайно наш сын окажется геем, я не хочу, чтобы он думал, что это ненормально. - Он поджал губы, как будто пытался решить, что сказать, но напряженная линия его подбородка свидетельствовала о том, что он просто собирается с силами. - Я не могу быть причиной того, что мой ребенок будет смущен в старшей школе, стыдился в колледже и ненавидел себя до тех пор, пока ему вдруг не исполнится тридцать пять, и он не начнет объяснять своей бывшей жене, кто он на самом деле.

От дрожи в его голосе у меня сердце ушло в пятки, а ошеломленное выражение лица Дайны стало отражением моего собственного.

Она уставилась на него, приоткрыв рот, не дыша и не произнося ни слова.

- Я двадцать лет знал, что я гей, - сказал он едва слышно. - И притворялся, что это не так, потому что меня воспитали в вере, что это неправильно. Я скрывал это от себя, от своей семьи и от тебя. - Он переплел свои пальцы с моими. - Независимо от того, окажется Дилан геем или нет, я хочу, чтобы он знал, что это нормально. - Его голос слегка дрогнул, когда он добавил: - Мне нужно, чтобы он знал.

Дайна выдохнула и покачала головой.

- Господи, Майкл, я понятия не имела, что ты прошел через это.

- Никто не прошел, - сказал он. - Так ты понимаешь, почему я хочу это сделать?

Она кивнула.

- Можно... можно мне хотя бы присутствовать при твоем разговоре с ним?

- Конечно, - сказал Майкл. - Я думаю, мы оба должны быть там. - Его взгляд скользнул ко мне. - На самом деле, я думаю, мы все должны быть там.

Я провел большим пальцем по тыльной стороне его ладони и повернулся к Дайне.

- Ты не возражаешь?

Она покачала головой.

- Нет, я думаю, Майкл прав.

- Это не ошеломит его? – спросил я. - Если мы превосходим его численностью?

- Нет, - сказала она. - Именно так мы и поступили, когда встречались с Ли. Мы все трое были там, чтобы поговорить с Диланом. Казалось, все прошло хорошо. - Она повернулась к Майклу. - Не так ли?

- Да. Надеюсь, так будет и в этот раз.