Первый среди равных. Книга X (СИ) - Бор Жорж - Страница 42

Пока мы опрашивали людей виконта, Бетюжин изучал пленного аристократа. Наследник графа стоял неподвижно и даже не моргал, будто время для него остановилось.

Я наблюдал за действиями Бетюжина со стороны. Однако, понимал, чем он занимается, лишь благодаря знаниям прошлой жизни. Ощутить его заклинания на моём уровне было просто невозможно и это немного раздражало. На за всё приходилось платить. За могущество в будущем, я вынужден был расплачиваться некоторой ограниченностью сейчас.

— На проходную прибыла машина светлейшего князя Муравьёва, — ровно через час сообщил Полоз.

— Пропускайте, — приказал я.

В отличие от виконта, князь прибыл без помпы — на единственном автомобиле, за рулём которого сидел его слуга. Когда Степан и его хозяин подошли, оборотни обменялись светскими кивками — не хуже потомственных аристократов.

— Что же вы хотели мне показать, Ярослав Константинович? — не тратя время на долгие приветствия, прямо спросил Муравьёв.

— Вот, прошу, — указал я на неподвижного виконта. — Николай Дмитриевич Дорохов. Недавно прибыл с обучения в Австрийской Империи в сопровождении австрийского же мага-целителя. По словам охраны, целитель не отходил от него ни на шаг.

— И где этот целитель сейчас? — прямо спросил Муравьёв.

— Примерно в трёхстах метрах отсюда. Если посмотрите между ангарами — увидите лужу, — указав примерное направление, ответил я. — Вот всё, что от него осталось.

— Так… — задумчиво протянул Павел Александрович. — И вы предполагаете…

— Я пока ничего не предполагаю, Павел Александрович, — спокойно ответил я. — А вот мой секретарь, который сейчас в ранге архимага аспекта Ментала, считает, что Николай Дмитриевич находится под внешним контролем. Таким же, под которым был ваш сын.

— Степан, — негромко произнёс Муравьёв. Личный слуга светлейшего князя моментально оказался рядом, и светлейший князь повернулся ко мне. — Если вы не против, я хотел бы забрать этого молодого человека с собой.

— Боюсь, у вас ничего не выйдет, Павел Александрович, — неожиданно сообщил Бетюжин. — Как только я сниму блокировку, этот юноша умрёт. Причём смерть его будет довольно мучительной.

— Могу ли я предположить, что причиной станет взрыв головы? — тяжёлым взглядом окинул виконта светлейший князь.

— Именно так, ваша светлость, — кивнул Бетюжин. — Источник контроля локализован в районе темени. Если убрать блокировку — черепная коробка лопнет.

— И что же получается? Это невозможно предотвратить?

— Ну, я, по крайней мере, такими инструментами не владею, — невозмутимо ответил Григорий Антонович.

— Очень жаль, — признал князь.

— Не торопитесь расстраиваться, ваша светлость, — прикинув свои возможности и состояние Источника, произнёс я. — У меня есть один вариант.

Глава 21

Я уже мог использовать грязный Эфир, но не был уверен, что этого будет достаточно. Пока это все находилось на уровне предположений, но я был практически уверен, что тот же князь Антипов вряд ли бы стал мириться с чем-то, что мог блокировать или извлечь.

В данном случае от поспешных действий меня останавливали слова Бетюжина. Архимаг Ментала оперировал чудовищными количествами энергии своего аспекта и при этом был не готов к активным действиям или вмешательству в разум виконта. А значит, и мне торопиться не стоило.

— Я буду очень рад, если у вас действительно что-то получится, — внимательно посмотрев на меня, произнес Павел Александрович. — Если это необходимо, то мы готовы оказать любую посильную помощь.

— Признаться, без вашей помощи у меня в любом случае ничего не получится, — улыбнулся я. — Но нам потребуется некоторое время на подготовку.

— Чем я могу помочь? — уточнил Муравьев.

— Вы и ваш личный слуга станете источниками силы, — ответил я и тут же увидел, как нахмурился светлейший князь. Для мага его уровня становиться обычной «батарейкой» в чужом заклинании было крайне унизительно. Но ситуация требовала решительных действий и Павел Александрович не стал возмущаться. — Еще неплохо было бы позвать какого-нибудь сильного лекаря.

— Насколько сильного? — доставая необычно массивный мобильник, деловито уточнил Муравьев.

— Чтобы он мог удержать на грани человека, который полностью выжег собственный резерв и резервы всех участников ритуала, — уверенно ответил я.

— А если не секрет, — задумчиво протянул светлейший князь, — Кто еще будет участвовать в этом ритуале, кроме нас со Степаном и вас, Ярослав Константинович?

— Ну, собственно, те маги, которые здесь присутствуют, — обвел рукой своих спутников я. — Хорошо бы еще пару человек в других аспектах, но за неимением таковых придется обходиться имеющимися ресурсами.

Светлейший князь осмотрел «ресурсы» в моем распоряжении, и брови Павла Александровича поползли вверх. Потом Муравьев повернулся к виконту Дорохову и с некоторым даже сочувствием посмотрел на неподвижного молодого человека.

При том количестве маны, которое одновременно могли генерировать собравшиеся вокруг меня одаренные, от виконта не осталось бы и выжженной тени на асфальте. Но мне нужно было провернуть нечто куда более сложное, чем обычное «распыление» живого человека.

— Антип, Григорий, Степан, — обратился я к оборотням. — Мне нужно созвездие Эртакла.

Оба моих подчиненных молча кивнули и пошли готовиться к ритуалу. И только Степан некоторое время оставался на месте и удивленно смотрел на меня, пытаясь понять, пошутил я или нет.

Ритуал созвездия был предназначен для конденсации сил разных аспектов. В далеком прошлом, когда я был даже не в полной силе, а только на пути к величию Вершителей, это был не ритуал, а одно из обычных заклинаний. Но сейчас, если я попытаюсь создать что-то подобное, мое тело просто не выдержит — и никакие целители мне не помогут. Я и так достаточно сильно рисковал. Без серьёзного «якоря» на подобное не решился бы никто в здравом уме.

Бетюжин уверенно держал блокировку вокруг виконта Дорохова и при этом спокойно помогал остальным оборотням выбить на бетонной площадке нужный рисунок. Одним из самых интересных моментов задуманного мной ритуала был стандартный размер рисунка — его нельзя было адаптировать или изменить. Фокус множества аспектов всегда был одного и того же размера. И он был просто огромный — внешний круг диаметром порядка двадцати метров.

В современной магической науке рисунки подобного размера использовались для того, чтобы питать стационарную защиту крепостей. А нам нужно было всего лишь без последствий взломать голову одного молодого человека.

— Николай Петрович, принесите, пожалуйста, мой подарок из машины, — повернулся я к Аршавину.

Ратай молча кивнул и пошел в сторону нашего автомобиля. Вполне возможно, что для моих замечательных артефактных мечей ритуал станет последним. Но лучше для них, чем для меня.

Вся подготовка заняла не больше двадцати минут.

Когда нанесением рисунка занимаются сразу три архимага, результат практически гарантированно идеальный. В центре сложнейшего узора стоял неподвижный Дорохов-младший. Пока шла подготовка, светлейший князь внимательно наблюдал за происходящим и периодически порывался что-то спросить у Степана, но всякий раз останавливал себя.

И это было правильно, потому что его вмешательство могло все испортить. Однако я не сомневался, что позднее личный слуга получит очень много вопросов. Потому что многоопытный магистр аспекта Света просто не понимал, что рисуют на бетоне по моему приказу.

Шатун принес мечи, подаренные мне накануне, и дисциплинированно отошел в сторону. Архимаги заняли места в узловых точках ритуального рисунка. Я указал Коту на его место, а Степан сам занял нужный луч и обернулся к своему господину.

— Павел Александрович, прошу вас встать сюда, — уважительно произнёс оборотень.

Место Муравьева находилось практически на противоположной стороне громадного рисунка. Князь неохотно подчинился и, обойдя круг по внешнему радиусу, остановился в узловой точке своего аспекта.