Ненужная жена. Хозяйка драконьей крепости (СИ) - Калина Лина - Страница 88

— Забавно. Возомнила себя богиней? Способной играть чужими судьбами?

— Может я смогу стать ей на этой земле. Богиней. Мощью. Избранной. Я всё рассчитала заранее. Знала, что ты попадёшь в тело Ирис. Знала, что оно выдержит. Потому что я помогла ему выдержать. Я. Ирис умерла от моего артефакта. Так было надо. Или ты вправду решила, что РОСИ дали тебе, чтобы спасти? Нет, — усмехается она. — Мой брат просто проводил эксперимент.

Кэтрин лжет.

Не верю. Я видела глаза Фехоса в этот момент. Он и правда хотел спасти Ирис. Это Кэтрин все испортила!

— А постриг? — усмехается она. — Ты думаешь, это было унижение? Это был тест. Если ты погибнешь — ничего страшного. Но если выживешь… значит, в тебе есть сила. Сила, которой можно управлять. Или это значит, что я могу менять и свои воплощения. Не стану же я испытывать цикличный камень на себе?

Но ты выжила. Магия воды — древняя, капризная, и я хочу её обуздать. Хочу твою магию — себе.

Артефакт, который я подбросила, активировал слежение. Я знала, куда ты пойдёшь. И я знала, что Сиар заинтересуется. Он вечно ищет новых «невест». Ты думаешь, он сам тебя нашёл? Нет. Я подарила тебя ему. Сделка проста. Он хотел крылья. Я — власть.

— А я не удивляюсь. И знаешь почему? Потому что уже знаю, какая ты стерва, — усмехаюсь я. — Но могу и спасибо сказать.

— Спасибо? — она опешивает.

— Да. Спасибо. Я поняла, кто я есть. И знаешь что? Атертона можешь оставить себе. Он мне больше не нужен. Как только пройду испытание — буду свободна. Забирай, если хочешь.

— Прости, но он мне тоже не нужен. Атертон думал, что играет мной… А это я играла им. Идиот. Как он уговаривал меня купить артефакт — смешно. Нет, Ирис. Нужна мне ты. Ты — ключ. Инструмент. Фрагмент пути к власти. Атертон, беременность, крепость — всё это было ради тебя.

Я хочу быть рядом с сильными. Я хочу стать сильней всех. И если придётся уничтожить тебя — я сделаю это снова. Потому что вода принимает всё, да? Тогда прими и свою роль: быть моей ступенькой.

Мне кажется, что-то мелькнуло правее.

Сердце сжимается: вдруг это Ривз?

Я всматриваюсь в темноту.

Пусто.

— Ривен не спасёт тебя, — Кэтрин ловит мой взгляд. — Потому что он — один из драконов. И если придётся выбирать, он выберет клятву, а не тебя. А если всё же сделает иначе — погибнет. А я этого не допущу. Потому что Ривен — мой. Атертон не пустит его сюда. Даже если Ривен передумает. А когда ты умрёшь, я заберу твою силу. Он станет моим императором. А я — его императрицей.

— А чем тебе помешала Виви? — спрашиваю.

Кэтрин слегка морщится.

— Виви?

— Да. Невеста Ривза, — смотрю ей прямо в глаза. — Это ведь ты столкнула её с башни, верно?

Пауза.

Кэтрин молчит.

— Что, тоже принесла «напиток» перед прыжком? Или раньше? — я покачиваю пузырёк с жидкостью, и внутри что-то мутно вспыхивает.

— Это не имеет значения, — холодно отвечает она.

— Почему же? — я делаю шаг ближе. — Это ты устроила всё. И с ней, и со мной.

Кэтрин улыбается. Тонко. Безрадостно.

— Это было… очевидно, — говорит она спокойно. — Она тоже мешала. Я просто избавилась от лишнего. Ривен — мой. Я так решила. С детства. Он всегда был моим. И все его невесты будут умирать. И ты — умрёшь.

Тень шевелится у края башни. Воздух дрожит.

— Кэтрин, — голос звучит тихо, но в нём сталь. — Это правда?

Она вздрагивает. Я тоже.

Он появляется словно из воздуха — Фехос. Её брат. Лунный свет цепляется за его волосы, за холодные глаза. Он будто стал старше на сотню лет.

— Зэй… — Кэтрин шепчет едва слышно, глаза мечутся. — Ты… как давно ты здесь?

— Достаточно, — спокойно отвечает Фехос. — Достаточно, чтобы наконец увидеть тебя такой, как ты есть.

— Я… всё делала ради нас. Ради силы, ради будущего. Ты бы понял, если бы…

— Я делал всё ради тебя, — перебивает он. — Ради той девочки, которую помнил. Ради сестры. Я сам дал Ирис РОСИ, потому что хотел спасти её. Верил, что в тебе ещё есть свет. Но ты… ты использовала всех. Даже меня.

— Ты не понимаешь, — шипит Кэтрин. — Это ты слабый. Всегда был слабым.

— А ты всегда была пуста, — говорит он. — Ты заполнила себя чужой болью, чужими жизнями. Но это не сила, Кэтрин. Это отчаяние.

— Он прав, — вздыхаю я, рисую на стекле руну, которой научил Ривз. Потом слегка встряхиваю пузырёк с жидкостью. — Ты всего лишь копия того, кем могла бы быть. И власть не поможет. Тебе вообще ничто не поможет.

Кэтрин хмурится.

Я залпом выпиваю содержимое пузырька и бросаю его на каменный пол.

Стекло бьётся.

— Знаешь, почему? — спрашиваю.

— Почему? — интересуется она, бросив взгляд на брата

— Потому что… это не моя инициация.

— Ты лжёшь. Я за тобой следила. Ты не прыгала с башни Двенадцатого региона, — сжимает кулаки Кэтрин.

— Она не лжет, — подверждает Фехос. — Я был на инициации.

— Верно. Я прошла инициацию иначе. В воде. И те сутки, за которые ты могла украсть мою магию, давно прошли. Ты глупая, Кэтрин.

— Нет! Лжёшь. Вы оба лжете!

— Твоя игра закончилась. Больше никаких ступенек. — Я покачнулась — зелье чтоли начало действовать? Но прежде чем упасть, делаю шаг вперёд и раскрываю крылья. Водяные. Чистая, пульсирующая энергия, обтекающая воздух, как живое пламя.

— Тогда я сделаю по-другому, — выдыхает Кэтрин. Её голос становится ниже, почти змеиным. — Призову своё магическое воплощение. И ты всё равно умрёшь.

Она достаёт цикличный артефакт — гладкий камень, инкрустированный серебром. Он светится, словно дышит. Красиво и опасно.

— Остался один заряд, — говорит она. — Мне хватит. Я сделаю то же, что с тобой. Поменяю местами. Верну себя — и заберу Ривена. А ты… исчезнешь.

— Нет, Кэтти! — вмешивается Фехос. — Отдай его мне. Пойдем домой. Я заварю тебе брусниного чая. Ты не поменяешь свои воплощения. Пожалуйста.

Фехос шагает к ней.

Камень вспыхивает в её руке. Магия начинает пульсировать — неравномерно, слишком быстро.

Воздух вокруг становится густым, как перед грозой. Вспышки — рвущиеся искры. Что-то не так.

Кэтрин напрягается.

— Почему не выходит?.. — шепчет она. — Меняй! — Она трясёт артефакт. — Давай же!

Рывок. Фехос успевает выбить камень. Но он не падает на пол. Он взлетает.

Магия рвётся наружу. Не слушается. Свет не сосредотачивается — он расползается, как трещины по стеклу.

— Нет… нет! — кричит Кэтрин. — Работай же! Моя магия!

Фехос обнимает сестру, прижимает к себе.

Но в следующий миг камень взрывается. Не огнём — волной.

Ударная сила швыряет меня назад, как тряпичную куклу.

Край башни. Воздух вырывает из груди. Камень уходит из-под ног.

И я падаю.

Башня стремительно уходит вверх.

Но до того, как камень ушёл из-под ног, я успела увидеть, как свет артефакта разорвал Кэтрин на части. А Фехоса отбросило в сторону — его силуэт исчез в ослепительном свете.

147. Помни

Ветер рвёт одежду, хлещет по коже, вырывает дыхание.

Подо мной — бездна. Чернильная ночь, наполненная тишиной.

Крылья исчезают. Растворяются в воздухе, как сон.

Я просто падаю.

Конечно, Кэтрин что-то добавила в этот «напиток». Я чувствую это каждой клеткой. Но отказаться — значит бросить вызов Совету. А им не нужен вызов. Им нужна смерть. Ведь вода — слишком древняя сила. Они не могут её контролировать. А я — могу.

— Руни! — кричу в пустоту. — Крылья!

Нет ответа. Ни вспышки, ни света. Только рев ветра, разрывающий мой голос.

Это конец?

Так не должно было быть…

— Руни! Крылья!

И вдруг — жжение. Запястье вспыхивает огнём. На коже вновь зажигается браслет с драконьими рунами, и от него — волокна света, как живые нити.

Ривз. Он возникает из ветра — словно сам воздух вдруг вспомнил, кого должен слушаться.

Его руки крепко, до дрожи, сжимают мою талию. Нас обоих обвивает вихрь — небо трещит, магия поёт.