Ненужная жена. Хозяйка драконьей крепости (СИ) - Калина Лина - Страница 71

Старшие слуги подчиняются Элис. Экономка управляет всем хозяйством: следит за запасами, уборкой, ремонтом. Руномант — ключник и хранитель замковых рун, а в случае опасности командует дозорными. Повар, отец Мури, заведует кухней. Он составляет меню, закупает продукты, готовит угощения для хозяев и гостей.

В зале толпятся горничные, лакеи, прачки, конюхи. А вот и садовник — стоит чуть поодаль, сжимая в руках какой-то корень.

Я хмурюсь: садовник в замке есть, а вот сам сад напоминает заросший пустырь.

Дозорные не говорят ни слова, но их взгляды цепкие, настороженные.

Что же, людей здесь много. Теперь осталось понять, кому можно доверять.

Я снова внимательно оглядываю лица горничных. Арх в моей груди постепенно меняет крепость — грязь больше не появляется сама собой, а стены перестали «вредничать». По сравнению с тем, что было раньше, это уже серьёзный прогресс, хотя перемены ещё не завершились. Возможно, стоит пересмотреть штат и сократить количество горничных, но мысль о том, чтобы кого-то выгнать, мне не нравится.

Больше всего мне хочется разобраться с западным крылом: при Сиаре оно было заброшено, и его давно пора привести в порядок.

Я поручаю уборку горничным.

И тут же ловлю на себе злой взгляд Лианы.

Подзываю её жестом. Лиана оглядывается, вскидывает подбородок, но всё же подходит и останавливается напротив меня.

Вокруг нас уже нет толпы: каждый занят порученным делом.

В зале остаётся лишь Элис, что-то помечающая карандашом в своём списке.

Я много думала о Лиане. Выгнать её без причины — глупо, оставить без присмотра — опасно.

Но… может, стоит дать ей шанс? Ведь ошибаются все. В том числе и я.

— Что же, Лиана. Ты ведь в курсе, что многое поменялось? — начинаю я.

— Да… — она опускает глаза. — Лиора.

— Знаешь… Если сама сознаешься. Я помогу тебе смягчить наказание. Но ты должна всё рассказать.

122

— Что рассказать, лиора? Я ничего не делала.

— Ты дважды приносила еду лиорду Эдриану. Ты ведь помогала Сиару, да? Что он тебе обещал? Много капель? Домик с садом?

— Не понимаю, о чём вы. Сами старика отравили, а теперь на меня вину сваливаете? Не выйдет!

— Это твой последний шанс — исправить то, что натворила.

Лиана резко отводит взгляд.

Секунду кажется, что она заговорит. Но нет.

Жаль. Я дала ей шанс, но Лиана им не воспользовалась.

— Вместе с Неей займись уборкой в западном крыле. Осмотрите стены и полы; если что-то нужно починить, сообщите хранительнице крепости.

Поворачиваюсь к ней спиной, чувствуя на себе тяжёлый взгляд, и говорю громче:

— Я не слышу ответа.

— Да, лиора, — наконец выплёвывает она с нескрываемой досадой. — Будет исполнено.

Качаю головой и иду на второй этаж к гостевым комнатам. Стоит мне приоткрыть дверь, как в нос бьёт тяжёлый запах лекарственных трав. Тихонько стучу по дверному полотну.

— Входите, — раздаётся изнутри негромкий голос Лейза.

Дозорные остаются в коридоре.

Я захожу и вижу бледного инспектора: он лежит на широкой кровати, под головой высокая подушка, а сбоку стопка книг и записей.

На прикроватной тумбочке стоит чашка с настоем, аромат которого напоминает полынь.

— Лиора, — хрипло приветствует он, стараясь приподняться. — Простите, не могу встать.

— Не нужно, — отвечаю я, жестом останавливая его. — Как вы себя чувствуете, инспектор?

Лейз сжимает губы и пожимает плечами:

— Живу. Та девчонка не пустила ко мне доктора, и, видимо, не зря. Чувствую себя лучше.

Я сажусь на скрипучий табурет рядом с кроватью:

— Девчонка? Расскажите, что произошло.

Лейз принимается объяснять, и постепенно я начинаю понимать, что это Элис не дала доктору Перенсу приблизиться к инспектору и сама ухаживала за ним.

Чем дольше Лейз говорит, тем больше я удивляюсь: оказывается, остатки зелья, которое случайно разбил Ривз в моей комнате, убирала служанка, и они попали в руки Элис. Она тут же определила, что это экстракт жгучего тёрна.

В малых дозах это зелье подавляло волю, и Сиар подмешивал его в чай своим жёнам. Элис тоже пила его, пока однажды её хранительница покоев не подслушала разговор Сиара с доктором.

Она помогла Элис сбежать, но сама, похоже, пропала — возможно, стала очередной жертвой Сиара.

— То есть вас опаивали? — уточняю.

— Похоже на то. — Лейз пытается усмехнуться, но выходит болезненно, натянуто. — Это зелье… Оно меняло всё.

Он откидывает голову на подушку, прикрывает глаза. Его пальцы сжимают покрывало, словно он всё ещё в том моменте, где его воля перестала ему принадлежать.

— Сначала — лёгкость. Как будто мысли становятся яснее, тревога отступает. Потом провалы. Незаметные сразу, но… — Он замирает, хмурясь. — Я мог начать разговор, а через мгновение понимать, что уже закончил его. Помню, как вёл беседу с Сиаром, но не помню, о чём говорил.

Я затаила дыхание. Выходит, ему давали это зелье со «звёздочкой», делая его марионеткой в руках Сиара.

— А если я отказывался пить? — Лейз вдруг усмехается, но в глазах холод. — Тогда начиналась агония. Головная боль, такая, что хотелось выцарапать её ногтями. Стоило выпить настой — становилось легче. Понимаете? Меня не нужно было уговаривать.

— Значит самый первый раз вам тоже подмешали зелье тёрна в чай? — спрашиваю.

— Не совсем. На меня напали, и лечили «звездочкой». Когда я приехал сюда, то решил действовать инкогнито, — говорит Лейз. — Поговорил с лиордом-протектором, сделал вид, будто уезжаю, но на самом деле остался. Сиар, похоже, догадался. Вечером, когда я возвращался в домик, который снял в городке, вдруг отвлёкся на миленькую девушку. Да… девушку в бордовом плаще. Волосы скрыты капюшоном. Она что-то сказала мне, голос… холодный, спокойный, почти ласковый.

Лейз замирает.

— «Простите, инспектор». И потом — удар. Сильный, резкий. Глухая боль в затылке. Я почувствовал, как теряю сознание. Как будто мир вдруг накренился и рассыпался.

Он резко моргает, возвращаясь в реальность.

— А дальше… провал. Потом зелье. А потом… Сиар. И Ривз…

— Как жестоко, — тяну я.

— Да. Заслуга Ривза: я хоть что-то вспомнил… Он умеет быть очень убедительным, когда хочет. Ривз забрал зелье, и мне стало совсем плохо — вы сами видели моё состояние в вашей комнате.

На мгновение я умолкаю, переваривая услышанное.

— А сейчас как вы себя чувствуете? — спрашиваю.

— О, намного лучше.

— Значит, вы поможете разобраться с делом Эдриана? Я не убивала его.

Лейз медленно кивает:

— Помогу, разумеется.

Я выдыхаю, чувствуя, как уходит напряжение. Он мне верит. У меня появился союзник.

123

— Расскажите ещё раз, — просит Лейз, но тут же спохватывается, смягчая голос: — Это важно. Пожалуйста. Я знаю, что вы уже говорили об этом не раз, но постарайтесь вспомнить всё до мельчайших деталей.

Я киваю и снова пересказываю события того дня, пытаясь удержать в памяти каждую деталь. Лейз внимательно слушает, иногда делая пометки в своих записях.

Инспектор вертит ручку, затем отрывается от бумаги и смотрит на меня.

— Я поговорил со слугами, и они подтвердили: еду приносили не вы. Поднос принесла Лиана. — Он делает паузу, словно обдумывая дальнейшие слова. — Экстракция выявила следы тиноцвета, но… этого недостаточно.

— Почему? — спрашиваю я, чувствуя, как внутри снова нарастает тревога.

— Тиноцвет — сложный яд, — объясняет он, постукивая пальцем по своим записям. — Он не действует мгновенно. Точнее, чтобы его эффект стал быстрым, ему нужна не просто вода — реакция должна произойти с жирами или кислотами. Чаще всего это что-то маслянистое… Это главный компонент. Если бы вы просто принесли чашку с тиноцветом в воде, такой реакции не произошло бы. Значит, яд был в еде. Вы не помните, что именно было на подносе?