Мама для подкидышей, или Ненужная истинная дракона (СИ) - Солейн Анна - Страница 79

— Не сделаю? — протянул отец и пригубил стакан виски. — А с чего ты взял, щенок? Я тебе говорил, чтобы ты не смел шавок в дом тащить? Говорил или нет? А ты?

Воздух, казалось, можно было разрезать ножом. Сердрик сжал кулаки.

— Сэр, вы сами одобрили то, чтобы я занялся благотворительностью. Вы говорили, это поможет избежать части налогов. К тому же это занятие, достойное лорда.

Отец вальяжно откинулся на спинку кресла, а потом подался вперед и рявкнул:

— А это тут причем? Ты не лорд, твоя мама нагуляла тебя от какой-то шавки, а потом сдохла, пока пыталась тебя, ублюдка, вытолкать. Я изо всех сил пытался вырастить из тебя что-то достойное, но ты раз за разом пускаешь мои усилия по ветру! Ублюдок — он и есть ублюдок! Зря я столько с тобой возился.

Седрик сжал зубы, но спокойно произнес:

— Сэр… вы должны понимать, насколько это важно.

— Кто? Двое оборванцев, которых ты притащил в свой дом? Думал, я не узнаю, зачем ты вдруг решил переехать? Думал, ты хоть баб там дерешь, а ты…

— Важен формат обучения, — после паузы ответил лорд Мэлори. — Если получится получить разрешение от короны, создать школу, место, где маленькие маги смогут учиться независимо от статуса — это будет новым словом в образовании. Сейчас маги учатся в основном в семьях, а некоторые — не учатся вовсе. Это разбазаривание ценного потенциала. Если мы сможем что-то сделать с этим — это откроет огромные перспективы. Экспорт артефактов. Увеличение рынка магических услуг. Как итог — новый виток науки, потому что появится больше обученных магов. Не говоря уже о том, что это впишет в историю имя Мэлори.

Отец покачал головой и залпом допил виски. А я размышляла, насколько связано желание Седрика позаботиться о брошенных детях с тем, что он сам, по сути, брошенный ребенок? Даже хуже, чем брошенный. Уж лучше бы брошенный!

Седрик ждал ответа. Отец встал и подошел к нему, дохнув в лицо запахом виски.

— Новый виток науки… Ты себя вообще слышишь? И это говорит Мэлори.

— Сэр…

— Нужно все-таки преподать тебе еще один урок, — лениво откликнулся отец. — Чтобы ты понял, что бывает, если тащить в дом шавок. С первого раза до тебя не доходит никогда, тупой ты ублюдок.

Глаза Седрика расширились.

— Вы не посмеете их тронуть. Сэр, это дети, они…

— Ты будешь мне указывать?

Он замахнулся, чтобы его ударить, но Седрик удержал его руку.

— Уйди с дороги, ублюдок! Я тебя за такое…

Воздух стал таким тяжелым, что буквально стал давить на плечи, как плита. Последнее, что я увидела — ужас в глазах отца лорда Мэлори, белые вспышки, а затем все исчезло.

Наступили тишина и темнота, в которые мне хотелось спрятаться, как ребенку, после того, что я увидела. Я плыла в бесконечном безвременье, плыла и плыла, и было так хорошо и так спокойно.

А потом я вдруг услышала встревоженный голос:

— Элис! Элис, чтоб тебя! Проснись! Элис! Гидеон! Гидеон, чтоб тебя! Она не приходит в себя!

Спустя невыносимо долгое время раздался еще один голос, пахнущий чем-то сладким:

— Хм… странно. А ты себя как чувствуешь? В лучший мир не собираешься?

— Да какая разница, что со мной! Элис!

Вдруг из сплошного небытия появились ощущения. Я поняла, что лежу на чем-то мягком, а по щеке меня аккуратно гладит твердая ладонь.

— Элис… Гидеон, да почему ты замер? Ты можешь сказать, что с ней?

— Я маг, а не фокусник! Мне нужно время.

Я открыла глаза — и тут же встретилась взглядом с лордом Мэлори. Уже взрослым, бледным и явно испуганным.

Глава 36

На секунду все вокруг замерло — включая Гидеона, который как раз потянул в рот какой-то орешек. Где он вообще нашел орешки?

— Элис! — воскликнул лорд Мэлори. — Как ты себя чувствуешь?

Он моргнул, карие глаза, зрачок которых теперь был обычным, драконьим, обеспокоенно прищурились.

Я замерла.

— Элис? — снова позвал лорд Мэлори, а затем рявкнул: — Гидеон, чтоб тебя, хватит есть! Иди за целителем и…

— Но я сам целитель!

— Ну так сделай что-нибудь!

— Седрик, хватит на меня орать! Тебе ни один целитель мира лучше меня здесь не поможет! Откуда я знаю, что с ней, никто ни разу не видел, чтобы пара истинных во-первых, готова была друг друга убить, во-вторых, у одной оказалась чужая магия, а другой — вообще был бастардом с огромным магическим потенциалом, потому что нагуляли его…

— Хватит трепаться, — перебил лорд Мэлори и встал, — нам нужны артефакты!

— Они у меня с собой и…

— Значит, нужны еще! Исцеляющие, укрепляющие — какие угодно! Немедленно…

— Я в порядке, — наконец смогла произнести я.

Во рту было сухо. Комната кружилась, а еще — почему здесь так темно? Или мне только кажется? Чувствовала я себя…

— Элис, — тут же присел на корточки лорд Мэлори, — как ты?

— Отлично, — соврала я и тут же отвела глаза.

Говорить с лордом Мэлори сейчас было странно. Я уже немного привыкла наблюдать за ним со стороны и мучиться от невозможности помочь.

— Ты можешь встать?

Я кивнула и тут же поняла, что поторопилась с ответом. Тело как будто мне не принадлежало, было тяжелым и неповоротливым. Лежала я на ковре, а вокруг…

— Почему так темно?

Как ночью, только лампа где-то вдалеке горит.

Голос тоже не слушался, был хриплым, как во время простуды или после долгого молчания.

— Потому что почти четыре утра! — радостно заявил Гидеон. — Вы оба больше двенадцати часов были без сознания. От гостиной фонило магией, с ума сойти! В жизни такого не видел! Ты в порядке! Ну и отлично, ну и хорошо.

Сколько? О боже.

— Ну как? Как это ощущается? — тут же насел он. — Что ты видела? Я должен все знать.

Я бросила нерешительный взгляд на лорда Мэлори, который невозмутимо подхватил меня за талию и поднял, чтобы пересадить на диван.

Так намного удобнее. А еще у него руки — теплые, твердые. Так, сосредоточиться.

Я осмотрелась. Гостиная напоминала поле боя.

— Гидеон, ты не мог бы нас оставить?

Его лицо обиженно вытянулось.

— Зачем? Я же… Я же целитель! Должен наблюдать и, если что…

Боже, он просто невозможный!

— Затем, что ты сам говорил: нужен сексуальный контакт с истинной, чтобы…

— А, ты про это! — отмахнулся Гидеон, падая рядом со мной на диван. — Это ведь была просто теория, секс, знаешь… сближает иногда проще и быстрее всего остального. Ваша магия явно и без этого смогла найти дорогу друг к другу. Вы как… сообщающиеся сосуды, это же с ума сойти! Да ты посмотри на него, здоровее всех!

Я подняла взгляд на лорда Мэлори. Тот в самом деле выглядел чуть менее умирающим, чем до этого, но лицо было серьезным и бледным. Не отрываясь, он смотрел на меня.

Здоровее всех? Ну, теперь понятно, почему Гидеон такой счастливый и болтливый, раз за жизнь лорда Мэлори он больше не тревожится.

— Элис, ты чувствуешь какие-то изменения? Уверен, что через тебя Седрик все-таки получил доступ к магии Мэлори, я прав? — Гидеон достал из кармана какой-то камень-артефакт и поднес его к лорду Мэлори. По камню пробежала ровная голубоватая рябь. — Вот, говорил же! Все отлично, в пределах нормы — в первый раз за все время! А ты…

Гидеон поднес камень ко мне, и рябь сменила цвет на зеленый.

— Хм, у тебя все чуть хуже. Но это, вероятно, из-за истощения и стресса, так бывает, когда, хм… когда человек переживает слишком большую… нагрузку. Кажется, все… — Гидеон сник и бросил на меня виноватый взгляд. — Насколько плохо ты себя чувствуешь?

— Все в порядке, — соврала я.

Хотя вряд ли я хотела бы все произошедшее еще раз пережить. От одних воспоминаний мороз бежал по коже.

— Ты встать не можешь, какое еще «в порядке», — хрипло вмешался лорд Мэлори. — Больно было?

Я изо всех сил старалась не измениться в лице.

— Нет, — соврала я снова и повернулась к Гидеону. — То есть… секс не нужен?

— А ты хотела?

— Я…

Господи.

— Гидеон, будь добр, оставь нас, — вмешался лорд Мэлори.