Паладин. Свет и Скверна III (СИ) - Романов Илья Николаевич - Страница 55

Гнилой ветер, веявший с Темзы, приносил с собой запах плесени и старой крови. Внутри расползался лабиринт коридоров, окутанных полумраком, где за каждым шагом следовали шорохи, невнятные шёпоты и ощущение чужого присутствия. Кровати с проржавевшими рамами, разбросанные инструменты, обрывки бинтов и кожаные ремни, которыми когда-то приковывали пациентов, лежали, покрытые вековой пылью и чем-то, что напоминало пепел.

Про Ламбет действительно ходило множество странных и ужасающих слухов. Говорили, в подвалах всё ещё стояли комнаты для опытов, где врачи, утратившие разум, искали ответы на вопросы, которых не должно было быть. Говорили, что ночью в выбитых окнах мелькал свет, а по лестницам раздавались шаги босых ног. Одни слышали плач. Другие — смех. Один мальчишка из Ист-Энда, прятавшийся там на спор, не вернулся. Другой вышел, но больше не говорил — лишь рисовал чёрные символы на стенах.

Заброшенная лечебница притягивала к себе смельчаков и храбрецов, которые пытались доказать, что страх им неведом, но судьба их в большинстве своём… была страшна.

— Что-то мне не по себе, милорд Гастингс, — поёжился высокий мужчина в тёмном пальто. — Веет от этого места чем-то… скверным. Может я лучше подожду вас здесь?

— Можешь и подождать, — сухо ответил ему собеседник в образе типичного франта. На его голове был тёмный цилиндр, в глазу пенсне, а на плечах клетчатое плотное пальто бежевых тонов. Он опирался на резную трость с золотым набалдашником и невозмутимо взирал на ржавые ворота лечебницы. — Но тогда я не смогу гарантировать твою безопасность, Лойд.

Без страха за собственную жизнь, лорд Гастингс легко открыл ворота. Петли заскрежетали от натуги и усилий Архимага, а тёмный холл встретил запустением и грязью.

— Следуй за мной и не отставай, — Архимаг зачем-то три раза стукнул тростью по плиточному полу, покрытому тёмными разводами, и твёрдым шагом направился в сторону двери, что вела в подвальные помещения и морг.

Лойд, в отличии от лорда Гастингс испытывал непередаваемый страх. Стены лечебницы будто давили на него. Наблюдали за ним голодным взглядом, от которого сердце учащённо застучало, а спина покрылась холодным, липким потом. Споткнувшись, он резко опустил взгляд и увидел возле своего ботинка сломанную детскую куклу. С выжженными глазами, оплавленным пластиковым лицом и… широкой улыбкой.

Шумно сглотнув, он поспешил догнать Архимага, рядом с которым чувствовал хоть какую-то иллюзию безопасности. Благо найти его было несложно, рядом с лордом Гастингсом парила сфера из пламени, освещающая путь.

Лестница спуска в подвалы и морг встретила их сыростью, ещё большей грязью. Несколько ржавых кресло каталок стояли у стены на лестничном пролёте, как и одна кушетка со сломанной ножкой, на поверхности которой виднелись следы засохшей крови.

На удивление, в коридоре морга работали лампы. Лишь несколько из них, мигающих и дающих тусклый свет из-за заляпанных плафонов, но они работали. Вот только облегчения это Лойду не принесло, ведь он услышал, как за дверьми у входа в помещение, где висела табличка «Морг», раздавался чей-то шепот.

— Говорить буду я, — лорд Гастингс подобрался, словно зверь, готовый биться на смерть. — В глаза ему не смотри, на вопросы не отвечай и не показывай страха.

«Легко сказать, чем сделать…» — вздохнул про себя Лойд.

Внутри морга пахло плесенью, старыми медикаментами и чем-то ещё. Чем-то тошнотворным, кислым, прилипчивым. Пол был залит грязной водой, в которой отражался иссечённый трещинами потолок при тусклом свете ламп.

Таблички на холодильных ячейках давно проржавели или покосились. Металлические дверцы покрылись коррозией, некоторые были сорваны с петель. Один из отсеков был наполовину открыт. Внутри него — пустота, но Лойду отчётливо казалось, что из этой пустоты на него смотрела плотная, ощутимая тьма. Секционные столы остались на своих местах, пятна на них не исчезли со временем. Некоторые инструменты всё ещё лежали на подносах — заржавевшие, кривые, с налётом, будто после работы, которую никто не завершил.

Один из этих столов находился в самом центре помещения. И он был отнюдь не пустым. На нём лежало тело обнажённой, юной девушки. Холодной, испустившей последний вздох, и очень бледной. Её чёрные волосы разметались по металлическому покрытию стола, на запястьях виднелись кровоподтёки, словно её очень долго держали в оковах.

Лойд с замиранием сердца посмотрел на неё, и на человека в заляпанном белоснежном халате, что склонился над её телом со скальпелем в руке. Только сейчас мужчина заметил, что грудная клетка девушки вскрыта, а края плоти стянуты специальным инструментом, являя на всеобщее обозрение внутренности.

— Лорд Гастингc, — раздался довольно приятный для слуха баритон этого… патологоанатома. — Давно мы с вами не виделись. Как ваши дела?

— Милостью её величества всё хорошо, — сухо ответил готовый к бою Архимаг. С удивлением, Лойд понял, что его единственный союзник в этом месте… боялся?

— А как ваша семья? Слышал у вас родилась дочь… Наверное, столь же прекрасная, как и жена? — участливо спросил незнакомец, продолжая свою кровавую работу.

Архимаг с силой сжал челюсти, его глаза полыхнули мощью пламени, способного уничтожать целые армии. Но он не ударил. Не покарал того, в чьём голосе при заданных вопросах прозвучали странные, отдающие какой-то неправильностью, нотки.

— Хм, а кто это с вами? — чуть повернул незнакомец голову через плечо, но лицо его скрывал полумрак. За исключением глаза. Красного, словно кровавая луна. — Не представитесь, молодой человек?

Лойд вздрогнул и быстро опустил взгляд в пол. Раннее предупреждение лорда Гастингcа набатом било в его голове, душа ушла в пятки от охватившего страха, а сердце словно перестало биться. Под вниманием того, кто без стеснений потрошил тело юной девушки, он чувствовал себя так, будто вновь оказался под снарядами крупнокалиберной артиллерии, как случилось однажды.

— Он со мной и этого тебе достаточно, — взял слово Архимаг, буквально спасая своего коллегу. Он выудил из кармана пальто гербовую бумагу с печатью её величества королевы, от которой пахло можжевельником и лавандой. — Приказом королевы, заверенного палатой парламента, тебе дарована временная амнистия.

— Вот как… — отчётливо хмыкнул незнакомец. — И кого же мне нужно убить на этот раз, Гастингc?

— Младшего сына императора Российской Империи, принца Святослава.

После ответа Архимага в морге возникла гнетущая тишина, пока её не разорвал громкий смех, отдающий безумием. Этот смех эхом отражался от стен, проникал в разум и разрушал его, отчего Лойд зажмурил глаза и молил господа бога, чтобы он поскорее прекратился. Как молил и том, чтобы они с лордом Гастингcом наконец-то покинули это скверное место.

— Да будет так, Гастингc! Я согласен!

Архимаг незаметно выдохнул и посмотрел на своего коллегу. Из взгляды столкнулись и Лойд отчётливо увидел в глазах Гастингcа… сожаление?

Мелькнула неуловимая тень и в следующую секунду Лойд захрипел. Его глаза распахнулись от ужаса и неверия, с губ сорвался стон полный боли, а всё тело словно поразивало. Единственное, что он мог — это смотреть. Смотреть на тёмный силуэт того, кто впился клыками в его шею, и смотреть на лорда Гастингcа… Который отдал его в жертву твари, что обитала в стенах этой проклятой лечебницы.

Когда из некогда здорового и сильного одарённого ушла жизнь, Джек ослабил хватку и подхватил иссушённый труп. Со смехом он заплясал с ним в вальсе, разбрызгивая грязные лужи на полу.

— Передай своей королеве, что старина Джек выполнит её маленькую просьбу! — оскалил хозяин лечебницы окровавленные клыки в подобие улыбки. — Надеюсь, кровь потомка ублюдка Рюрика будет столь же сладкой! Ха-ха!!!

Следующая книга здесь: https://author.today/work/445039