Паладин. Свет и Скверна III (СИ) - Романов Илья Николаевич - Страница 54

— Либо же китайцы выкрали технологию, упростили её и поставили на поток, — пригладил я подбородок. Надо бы побриться, а то уже щетина отрастает.

— Такой вариант тоже возможен, но правды нам никто не скажет, — развёл руками Кутузов. — Ты прав, Японцы под нас прогнутся, но сделают это частично на своих условиях. Разумеется, тех, которые устраивают императора.

— Дети Святослава и принцессы Японии встанут в линию наследования первыми?

— Ты правильно понял, — хмыкнул Александр и налил себе апельсиновый сок из графина. — У Мэйдзи нет сыновей, лишь дочери, а старшая была первой на роль правительницы с консортом. Одним из условий было, что дети нашего принца и Айко пододвинут её.

— Власть имущие не любят делиться этой самой властью, которую уже считают своей.

— Поэтому я и говорю, что стычки с Японцами, кто поддерживает принцессу Норико, возможны, но маловероятны. Мэйдзи ведь не глуп, всё понимает, а потому будет держать всё на контроле. Единственное, что может доставить проблем, это его оппозиция. Сборище глав старых кланов Японии, которые очень недовольны фактом отсутствия наследника у Мэйдзи. Тебе известно, что такое сёгунат?

— Военно-феодальная система правления в Японской Империи, при которой император выступает церемониальной фигурой, а реальная власть принадлежит военному правителю — сёгуну. Да, я читал об этом в интернете.

— У оппозиции имеется тот, кто может стать сёгуном, — покивал Кутузов. — Военачальник и Архимаг — Ода Норайо. Он возглавляет оппозицию, которая пока что действует вяло. Мэйдзи позволяет им существовать из-за…

— Своей слабости, — понял я, к чему он ведёт. — Основной костяк его политических врагов это и ударный кулак Японии?

— Верно, — улыбнулся генерал. — Вся оппозиция держится на кланах Минамото, Ода и Тайра. Три из пяти великих кланов терпят власть императора, но отнюдь его не поддерживают. Фудзивара и Татибана, сохранили полную верность и будут на стороне Мэйдзи при любом раскладе. У императора страны восходящего солнца осталось мало времени, наследника заделать он уже не успеет в силу возраста, а потому в любой момент может полыхнуть. Гражданская война в Японии неугодна нашему императору. Это приведёт к потере военного потенциала, ведь часть составляющих нашей военной техники мы закупаем именно у них, что меня не радует, но и исправить это недоразумение в данный момент невозможно.

— И если Российская Империя войдёт в союз с Японией, то оппозиции останется лишь заткнуться, — не люблю я политику, но приходилось плавать в ней по долгу службы в прошлой жизни. — Если только китайцы их не поддержат.

— А они и поддержат, — пожал плечами Кутузов, подтверждая очевидный факт. — Как поддержат и принцессу Норико, которая очень плотно контактирует с Минамото и их наследником.

— В таком случае, возможность покушения на принца не «маловероятна», а практически неизбежна. Если он умрёт, то союзу не бывать. Отношения Российской Империи и Японии полетят в выгребную яму. Вряд ли император простит смерть сына. Я бы не простил. И начал мстить.

— Поэтому наша делегация и будет действовать не одна. Всего не скажу, сам понимаешь, уровень допуска у тебя не тот, но Святослава будут опекать так, как зеницу ока. И это я говорю только про наших, а ведь ещё есть Мэйдзи и его синоби, которые пролезут в любую дырку и прирежут неугодных.

Мы замолчали и каждый ушёл в свои мысли. Кутузов методично уничтожал блины, запивал соком, а я обновил себе кофе и сосредоточился на шоколадном пирожном с вишней. С одной стороны вся эта канитель меня не волновала нисколько. Правители империй и королевств ещё в моей прошлой жизни постоянно боролись за власть, усиление своих позиций и возвышение собственных государств. Это нормально и понятно. Как и понятно то, что за их желания умирают люди, ведь ни одна политика не обходится без жертв. В основном невинных, но гибнут и воины, а это ослабление всего мира из-за угрозы Скверны с Пятнами, Зонами и Эпицентрами. В разрезе целого мира, конечно, капля в океане, но всё же…

Поездка по словам Кутузова займёт где-то неделю. Большая часть этого времени потратиться на согласование всех правил, традиций и прочего бреда, но это неизбежно. Восток, дело тонкое, как он сказал. И пусть полной информации у меня пока что на руках не было, чтобы составить минимум три плана для возможного развития событий и противодействия, но в одном он уверен точно — точка конечной дислокации императорский дворец Японии. Именно там Святослав и делегация остановиться. Не в отелях или какой-либо резиденции, а именно дворец. С одной стороны это хорошо, свои жилища правители укрепляют максимально, с учётом всех возможных факторов риска. Плохо то, что я отлично знаю примеры, когда подобная защита подводила, а то и встала на сторону вторженцев. Идеальной защиты не существует и это факт, но и шансы на успешное выживание принца всё же повышаются. Второй минус подобного места проживания — контроль. Чужакам, пусть и будущим союзникам, не позволят свободно бродить по дворцу, а покидать его пределы придётся под пристальным вниманием. Это урезает возможность действий, если вдруг потребуется устранить угрозу превентивно.

Помимо существования оппозиции, от которой точно стоит ожидать удар, в бумагах Кутузова была информация о прибытии на церемонию знакомства принца Святослава и принцессы Айко иностранцев. Такое событие не пропустят и это понятно, а потому стоит ожидать как минимум китайцев, британцев и представителей Амерской Конфедерации. На последних мне плевать, точек соприкосновения нет, а вот первые двое — другой разговор. Китайцы замарались в химерологии и экспериментах со Скверной. Британцы же балуются с черной магией, создали новый вид оборотней, а значит и разговор у меня с ними максимально короткий. Разумеется, представители этих стран могут и не знать о том, что творят их соотечественники, но ведь могут и быть в курсе. Слишком мало информации, чтобы говорить наверняка, но держать руку на пульсе необходимо, как и провести разведку при случае. Вряд ли мне дадут возможность остаться с каким-нибудь дипломатом китайцев наедине, чтобы выбить из него всю информацию, которую он знает или забыл. Но на крайний случай мне будет достаточно разговора, чтобы понять — есть ли в нём эманации Скверны или нет.

— Фух, ну всё, осилил, — выдохнул Кутузов, откинулся на спинку дивана и блаженно улыбнулся. Стопка блинов была уничтожена им полностью. — Сейчас ещё посидим чуть-чуть и поедем во дворец, а потом, — улыбка его стала шире. — Ко мне в поместье. Шашлык сделаем, баньку растопим. Ты, кстати, как к бане относишься?

— Нейтрально, — повёл я плечом и увидел, что кофе кончился. Как в кружке, так и в чайнике.

— Это ты просто у меня в бане не был, — махнул он на меня ладонью и ухмыльнулся. — Даю слово, что после неё станешь, будто другим человеком! Ладно, поехали, а то не удержусь и ещё блинов закажу…

Британская Империя… Уайтчепел…

Лечебница Ламбет…

На южном берегу Темзы, в стороне от оживлённых улиц Лондона, скрывалась лечебница Ламбет. Место, о котором ходило множество скверных слухов. Пьяные завсегдатаи трактиров рассказывали байки о пропадающих в её стенах людях. Женщины лёгких нравов, продающих любовь за деньги, обходили её с опаской за несколько кварталов. Каждая из жриц любви Лондона хорошо знала ужасающую историю Ламбет. Различные группировки банд, поделившие между собой весь теневой мир Лондона, негласно сделали территорию лечебницы ничейной. Одно единственное здание, оно было словно зияющая рана на теле Туманного Альбиона. Прогнившей от времени, страданий и тьмы.

Чёрные стены лечебницы, некогда облицованные камнем, со временем покрылись трещинами, склизким мхом и багровыми пятнами неясного происхождения. Окна зияли пустыми проёмами. По сбивчивым и полных страха рассказам тех, кто по несчастью оказывался ночью в этом месте, ходили легенды о тенях замученных душ, что были видны в коридорах. Железные решётки на некоторых окнах были изогнуты — словно их когда-то выгибали изнутри руки тех, кто отчаянно пытался сбежать.