"Фантастика 2025-68". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Калинин Алексей - Страница 701

На балу

Вдали от всех

Глава Рода Долгоруковых

В курительной комнате было не так много людей. Сюда приглушённо доносилась музыка из бального зала. Стойкий аромат редких благовоний создавал атмосферу уюта и таинственности.

Здесь, вдали от общего шума приёма, глава Рода беседовал с двумя мужчинами: одним высоким брюнетом и другим, что ниже, со шрамом.

Сам Долгоруков был человеком импозантным: высокий, стройный, с серебристыми прядями в гладко зачёсанных назад волосах и с холодным змеиным взглядом. Он заговорил первым:

— Почему вы заставляете меня так долго ждать? — спросил он мягким, но опасным тоном. — Ведь это вы хотели обмолвиться со мной парой фраз. А то я уже успел подумать, не передумали ли вы?

Те двое нервно переглянулись и поспешили извиниться.

— Простите, но нас задержал один парнишка, который хочет умереть, но не знает как. Представьте себе, какая дилемма! — развёл руками мужчина со шрамом.

Глава Рода приподнял бровь и с любопытством принялся их расспрашивать. И выяснил, в итоге, что этот странный человек на балу — Добрыня Добрынин.

— Всё ясно, — поразмыслив и потерев переносицу, он объявил. — Вернёмся теперь к тому, ради чего вы сюда пришли. Вы упомянули до этого о предложении главы вашего Рода.

Он продолжил медленно их расспрашивать; хотя они мало что сказали, этого было достаточно, чтобы заинтересовать его. А ещё он пожелал разобраться с одной проблемой прямо сейчас.

Он обернулся, сделал едва заметный жест слугам и назвал одно имя.

Довольно скоро в курительную комнату явился его сын.

— Виктор, — обратился к нему глава Долгоруковых и показал ему фото. — Это твоя цель. Иди, спровоцируй его на дуэль, а потом убей. Сделай это красиво, как ты умеешь.

Парень кивнул, лёгкая усмешка мелькнула на его лице, и он сказал:

— Как скажешь, отец! Уже предвкушаю, как моя безупречная техника вдохновит художников запечатлеть меня с оружием в руках.

Сын Долгорукова скрылся так же незаметно, как и появился. А его отец повернулся к гостям, которые выглядели слегка ошеломлёнными.

— Мой сын с детства увлекается фехтованием. Для него красота движений не менее важна, чем эффективность. Он такой перфекционист, весь в меня! — пояснил он тем двоим.

Высокий и низкий нервно рассмеялись, не зная, насколько уместно проявлять веселье в такой момент, и с интересом решили ждать, что будет дальше.

Я был искренне удивлён, когда меня всё-таки вызвали на дуэль, причём самым нелепым образом. Какой-то молодой щегол, словно актеришко из дешевой комедии, с преувеличенной драматичностью налетел на меня, но не рассчитал, что я не сдвинусь с места. Потеряв равновесие, он захватил с собой двух ни в чём не повинных официантов, и те, с громким звоном, при падении, опрокинули на него свои подносы.

Казалось, этот аристо хотел спровоцировать жуткий конфликт, но сама «судьба» распорядилась иначе. Один из подносов крайне неудачно, плашмя, обрушился ему прямо на лицо. Думаю, что такого развития событий он точно не планировал, но пути назад уже не было.

А роль судьбы, как всегда, сыграл я… Увидев представившуюся возможность, решил добавить подносу веса. В итоге, у того парня половина лица оказалась разбита. И это всё выглядело очень комично. Теперь между мной и ним точно будет назначена дуэль. Но это произойдет в том случае, если после такого сильного удара этот неудачник сможет в ней участвовать.

Самое смешное, что всё это может произойти в родовом доме Долгоруковых. Ну, конечно же, где ещё устраивать разборки, как не в гостиной, перед портретами их знаменитых предков.

Гриша, узнав о возможной предстоящей дуэли, сразу занервничал и стал нарезать вокруг меня круги. Он твёрдо заявил, что будет моим секундантом, хотя Долгоруковы должны предоставить своего человека. Что ж, похоже, мне предстоит веселая ночка!

Глава 15

А кто это сделал? Мысленно, с насмешкой, глумился я над травмированным щеглом.

Ему действительно неплохо так досталось. И, похоже, я слегка переборщил, а ведь стоило быть чуть-чуть осторожнее.

Но это было лишь началом моего плана. А дальше… Дальше я включу режим танка и начну давить всех сучар направо и налево. Но пока я — безобидный лопушок, которого вовсе не стоит бояться. От этих мыслей на моём лице появилась хитрая улыбка.

Ну ещё бы! Я бы не улыбался, если бы тот выскочка не попытался устроить скандал. Получил, что хотел, но, видимо, не так, как ожидал. Можно долго ещё размышлять о нём и даже посмеяться, но мне абсолютно наплевать на него.

Подхватив зубочистку со стола, я принялся ковыряться в зубах, избавляясь от упрямых кусочков закуски. Тем временем, вокруг нас начала собираться толпа.

— Это как же его так крепко приложило? Из чего у них тут подносы сделаны? Из стали? — усмехнулся вслух мужчина с тростью, стоящий в первых рядах зевак.

— И в самом деле, его же чуть не размозжило! Теперь самому интересно, — самый проворный из аристократов растолкал всех локтями и, подобрав поднос с пола, с лёгкостью его сжал. — Да он совсем не тяжёлый! — удивился он.

Но, похоже, это ещё не все самые любопытные подтянулись. Со взъерошенными волосами и расстёгнутыми верхними пуговицами рубашки в круг ворвался молодой мужчина с аккуратными усиками. Его пиджак, небрежно накинутый на одно плечо, сапоги и штаны явно напоминали гусарский стиль.

Увидев валявшегося на полу щегла, он подбежал к нему и, тряся за плечи, выкрикнул:

— Что здесь стряслось? И чего вы все зря стоите? Лекаря сюда, живо!

Пока лекарь, которого так некстати застукали за страстными поцелуями в коридоре с некой маркизой, поспешно бежал сюда, я закончил ковыряться зубочисткой.

Огляделся вокруг: сначала мое внимание привлёк огромный аквариум с экзотическими рыбками, затем я заметил трёхъярусную причёску какой-то богатой дамы — зрелище, честно говоря, пугающее. Я вздохнул и, чтобы развеять скуку, потянулся в карман за карамелькой. Здесь уж слишком скучно, и я ещё не вошёл в азарт. Какая печаль… В любом кабаке, где играет хотя бы шарманка, было бы куда веселее. Но, как говорится: алкоголь — фу! Сигары — фу! Я за борщ и за уху!

Это, конечно, мои дурацкие мысли от безделья. Но гляжу, лекарь всё же сумел немного привести в чувство аристо, пришибленного подносом.

— Брат, кто тебя так избил? — спросил усач, склоняясь над пострадавшим.

— Я не помню, — пожал плечами тот и застонал от боли. — Да и не бил меня вроде никто. Правда, ничего такого не припоминаю.

— Это, наверное, он его толкнул, — проговорил какой-то мужичок в толпе, указывая на меня толстым пальцем. — Я видел, как он подносом по нему заехал. Ведь рана — от этого самого подноса.

Ещё пара человек поддакнули его словам.

— Погодите, вы хотите сказать, что это я толкнул его и подносом разбил ему голову? То есть всё это я сделал? — меня охватил смех, и я не смог сдержаться. — Но я же просто мимо проходил, — добавил с лукавой улыбкой.

Мой смешок донёсся до ушей усатого аристо. Он внезапно развернулся ко мне и грозно выпалил:

— Тебе кажется это смешным? Твое имя, несчастный!

— Добрынин Добрыня Валерьевич.

— Как ты смеешь насмехаться над моим братом после того, что сотворил с ним? Это бесчестно! — усач поднялся с колен.

В принципе, смеяться — дело нехитрое, но я прекрасно понимал, к чему всё это ведёт. Решив отпустить ситуацию на волю судьбы, я ему сказал:

— Если тебя что-то не устраивает, вызови меня на дуэль, — вот так я и получил вызов на дуэль, как всегда.

Всё произошло с такой скоростью, что в зале все ахнули: объявили дуэль, и толпа зевак еще больше увеличилась. Я невозмутимо разминался, готовясь к поединку.

Мой верный друг Гриша прохаживался рядом, засунув руки в карманы и бросая на меня косые взгляды.

— Объясни мне, как у тебя это выходит, — сказал он, пнув поднос ногой и уставившись в пол. — Стоило мне лишь отвернуться на две минуты, а у тебя уже дуэль. Ты либо проклят, либо это твоя суперспособность.