"Фантастика 2025-68". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Калинин Алексей - Страница 1658

— Трепещите, мешки с кишками, в городе новый шериф! — громогласно провозгласил голем, и слеза радости скатилась по моей щеке.

Глядя на него, я был готов простить ему предательство и боролся с желанием кинуться на грудь нашего спасителя.

Комендант появился как раз вовремя. Пыжи уже вышли к арене. Они были спокойны, расслаблены и никуда не спешили. Мерзавцы рассчитывали на легкую победу, но едва завидев Коменданта, как-то все подсдулись. Оно и понятно. Кто бы не испугался, увидев здоровенного голема, готового вступить в схватку с самим Люцифером?

От страха пыжи сбились в кучу, а Пигмей, завороженный видом этого механического ангела смерти, замер с отвисшей челюстью.

— Время крушить! — зловеще оскалился Комендант и метнул мачете в самую гущу врагов.

Клинок со свистом влетел в толпу. Послышались крики, ругательства и треск плоти. Этот бросок стоил жизни четырем пыжам, в том числе и Пигмею. Мачете завершило свой полет, пронзив насквозь тело коротышки. Счастливый костюм не спас своего владельца. Вот и верь после этого в талисманы и обереги.

Остальные пыжи не стали лезть на рожон и предпочли спастись бегством.

Все, бой окончен. И победителем становится боец в титановых трусах, супертяжеловес из Форта, виртуоз с мачете — Кооомендаааант!

Скоро оказалось, что один из убитых был очень даже живым. Этим везунчиком оказался Яков. Лезвие задело его левую руку чуть ниже локтя и располосовало щеку.

— Так, так, кто это тут у нас? Давненько не видались, Яков! Как дела, как здоровье? — обратился я к мерзавцу.

— Не убивайте! Яков не виноват! Якова заставили! Они угрожали ему смертью! — заверещал тот.

— Где пленницы? — спросил я.

— Пленницы? Что еще за пленницы? — всполошился Комендант.

— Потом объясню, — сказал я и грозно заорал на Якова. — А ну рассказывай! Быстро!

— Угу, Яков сейчас вам все расскажет, а потом вы его убьете, — заскулил пыж, и я понял, что ответы из него придется тянуть клещами.

И только благодаря смекалке капеллана нам удалось выжать из бывшего сокамерника полезную информацию. Отец Никон отозвал в сторонку Коменданта. Они о чем-то быстро пошептались, хлопнули по рукам, и голем уверенным шагом направился к Якову. По пути он вытащил мачете из трупа Пигмея и сделал несколько взмахов, рассекая перед собой воздух.

— Ну что, будешь говорить? — рявкнул на раненого голем.

В ответ Яков разразился истерикой. Он отгородился рукой от нависшей над ним фигуры боевого робота и что есть мочи завопил:

— Спасите! Помогите! Убивают!

— Не дергайся, таракан, никто не собирается тебя убивать, потому что... — Комендант выждал паузу. — Потому что ты уже мертв. Ранение было смертельным, так что минут через пять-десять ты сдохнешь.

И пока Яков переваривал услышанную новость, в разговор вступил отец Никон:

— Сын мой, не желаете ли исповедоваться перед смертью?

— А не пойти ли тебе куда поглубже, поповское отродье? — по-собачьи оскалился Яков.

Капеллан проигнорировал хамство и нарочито елейным голосом сказал:

— Сын мой, настоятельно рекомендую вам раскаяться в грехах, а то, не ровен час, отойдет ваша душа в загробный мир, но вместо райских кущ получите вы геенну огненную. И для начала расскажите-ка нам, где содержат пленниц. Это серьезно облегчит вашу участь на том свете.

— Iru al infero!*Какой еще загробный мир? Яков всего лишь ранен! Ему нужен не священник, а доктор!

Отец Никон улыбнулся и отческим жестом погладил Якова по голове.

— Сын мой, а вот сквернословить я бы вам не советовал. Себе дороже.

— Damne!**Damne! Damne!

Капеллан повторил свой трюк. Снова улыбнулся и погладил пыжа по голове.

— О, с таким отношением к делу вам прямая дорога в Стигийские болота, где мучаются гневные. Помните, как там было у Данте? «И вошел я в Стигийское болото. И гнев обуял меня, разрывая тело. И хотелось пролить море крови и купаться в ней, как иные омываются святой водой. Вечная драка по горло в красном болоте, которое давно пропиталось их собственной плотью и кровью. И убивали они друг друга, а потом вновь воскресали. И все лишь для того, чтобы вновь умереть в страшных муках и болях...»

— Хватит! Я все скажу, только не надо больше про эти чертовы болота! — запричитал Яков. — Я все скажу! Все! У бугра они, обе. И мулаточка, и девочка.

— А бугор где? — спросил капеллан.

Яков мучительно искривил рот.

— Хата у него на краю Поселухи. Найти просто: идите прямо от Цирка по тропинке до кладбища, а там увидите. Знатный домина, такой трудно не заметить!

— Охрана есть?

— Есть. Целый взвод тренированных бойцов.

— Сколько конкретно бойцов?

— Человек пятнадцать. Все профессионалы своего дела: или бывшие военные, или наемники. Настоящие звери, не знающие пощады. Говорят, что их специально опаивают зеленухой.

— Чем опаивают? Зеленкой? — встрял Циклоп.

— Не зеленкой, а зеленухой. Это такой чудодейственный эликсир, наделяющий всех, кто его выпил, нечеловеческой силой.

— Чудодейственный эликсир? — давясь от смеха, переспросил мутант.

— Ну да, чудодейственный эликсир, — ответил Яков, словно речь шла о персиковом пунше.

— А откуда такое название? — уже без тени иронии спросил мутант.

— Зеленуха?

— Ну да.

— Из-за цвета. Зелененький он.

А потом пыжа как прорвало. Он затараторил с такой скоростью, будто хотел вдоволь наговориться перед великим молчанием:

— Охрану бугра возглавляет Адольфо Герра по кличке Чучельник. Тот еще fiulo***! На Земле Чучельник владел элитным охотничьим клубом с лучшими охотничьими угодьями в Системе. Вот только охотились там не на диких зверушек, а на живых людей. Богатенькие буратины отваливали огромные деньжищи за участие в таких сафари. Доходило до того, что эти извращенцы заказывали чучела своих охотничьих трофеев. Их Чучельник мастерил собственноручно. Он был заядлый таксидермист, отсюда и кличка. А еще он умел делиться. Исправно отстегивал фараонам их долю, а они закрывали глаза на его темные делишки. Так продолжалось до тех пор, пока однажды Чучельник не перешел дорогу одному отставному оперу. Филимонов его фамилия. Этот Филимонов уже много лет был вдовцом и один воспитывал дочь-подростка. А та была настоящая оторва. Якшалась с дурной компанией, сбегала из дома. Ох, и намучился он с ней! А она покуролесит, и прощенья просит. Филимонов был мужик суровый, но в дочери души не чаял. Все ей прощал. Но в тот раз загуляла она капитально. Двое суток дома не появлялась. Папка всю округу облазил, фараонов на уши поднял — толку ноль. Но он не опустил руки, а наоборот, еще серьезней занялся ее поисками. Скоро Филимонов вышел на след похитителей. Этот след вел к Чучельнику. А дальше все было, как в крутом боевике: он позвал на помощь своих однополчан, таких же отставников, и все они вместе нагрянули в охотничий клуб. Заваруха была знатная! В живых тогда остались только двое: Чучельник да Филимонов. Вот только жизнь опера перевернулась с ног на голову и никогда не будет прежней. Бедняга тронулся умом, когда увидел в комнате с охотничьими трофеями чучело головы своей дочери. А Чучельник вышел сухим из воды. Когда началась бойня, он спрятался в потайной комнате и просидел там до окончания резни. Влиятельные клиенты клуба сделали все, чтобы эта история не выплыла наружу, а Чучельника услали с глаз долой, на Сиротку.

— Далековато... — заметил я.

— Это верно. Но Чучельник сам выбрал место своей ссылки. После бойни в охотничьем клубе он сильно запараноил. Боялся мести от родственников жертв. Вот и выбрал такое место, где его уж точно никто не достанет.

Я тогда не особо поверил в эту диковатую историю, и кто же знал, что все это окажется правдой. Но я немого забегаю вперед, поэтому вернемся к хронологии событий.

— Это все? — строго спросил Комендант.

Яков кивнул.

— Тогда спешу тебя обрадовать, мешок с кишками, твоя рана сущая царапина, будешь жить, — объявил голем.