"Фантастика 2025-68". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Калинин Алексей - Страница 1657

И хотя мое горло и легкие плотно застилал дым, а во рту было так сухо, что язык прилип к небу, я мечтательно подумал: «Эх, сейчас бы сигаретку!».

В Системе табак уже давно стал роскошью. Но находясь на пике своей криминальной карьеры, я мог позволить себе настоящие сигары и дорогущие трубочные табаки! Да, были времена...

И тут, как обухом по голове, шарахнула мысль: «Ты чего это разлегся? Забыл, что находишься на вражеской территории? А ну-ка, давай, поднимайся, тюфяк! Быстро! Вот доберешься до Форта, там и належишься!».

Кое-как я собрался с силами и поднялся на ноги. Состояние было такое, как будто меня хорошенько пожевали и выплюнули. И видок был под стать — весь, с макушки до пяток, я был вымазан в черном, охряном и алом. Черным была сажа, охряным — грязь, а алым — кровь. К счастью, не моя кровь, а пыжей.

Я оглянулся по сторонам и, к своему удивлению, увидел рядом Циклопа. Он находился в трех метрах от меня. Мутант сидел на корточках и не преставая блевал.

— Говорили тебе, что мешать портвейн с водкой — плохая идея, — пошутил я.

— Отстань, — окрысился Циклоп.

— В ресторане подали несвежие устрицы?

— Отстань, говорю!

Это прозвучало так жалобно, что я отстал от болезного, хотя шуток у меня было еще много.

Капеллан тоже был здесь. Но в отличие от нас, держался он бодрячком. Отец Никон напоминал затаившегося волчару, готового в любой момент броситься на свою добычу и сжать на ее горле свои смертоносные челюсти.

— Все живы? — спросил капеллан.

— Вроде того, — ответил я и грустно добавил. — А вот про девчонок не скажу...

— Полноте, сын мой, мы их обязательно найдем.

Слова отца Никона почему-то сразу обнадежили, но я все-таки уточнил:

— Клянетесь?

— Вот вам истинный крест, — ответил он и совершил знамение.

Несмотря на трагичность произошедших событий, вокруг шла своим чередом шумная жизнь Поселухи. Уцелевшие в пожаре пыжи не теряли времени даром и открыто занимались мародерством. Я видел, как один ушлый гаврик пытался снять куртку с тяжелораненого, но, встретив сопротивление, достал из кармана нож-коготь и вскрыл ему глотку. Другой мародер долго обыскивал своего стонущего приятеля, которого сам же и вынес из рушащегося Цирка, но, не найдя ничего ценного, забрал его ножной протез. Когда ворюга улепетывал, прижимая к груди добычу, его лицо просто светилось от счастья.

Со всех сторон стали подтягиваться дети. Они искали своих родных, но были и такие, что брали пример со старших, грабили раненых и мертвых.

То тут, то там доносились полные мук крики и стоны раненых пыжей, но это не вызывало у меня никаких эмоций. Нет, я не черствый сухарь и не бездушная скотина, мне не чуждо сочувствие, но всякий раз, когда я хотел их пожалеть, перед глазами вставала картина боя в клетке. Я вспоминал жадную до крови публику, Мирона, Шухера, Гвоздя, и любые позывы жалости отступали.

— Отдохнули? А теперь пора отсюда драпать и побыстрее. Рано или поздно пыжи очухаются, вспомнят про нас, и тогда поминай как звали, — стал поторапливать нас отец Никон.

О чем-то похожем я думал некоторое время назад, но сейчас мое мнение поменялось.

— Остыньте, отче. У этих мерзавцев и так забот полон рот. Да и как они нас вычислят? Мы ведь от них ничем не отличаемся. Такие же грязные, оборванные босяки, — возразил я.

— Ничем не отличаемся? — усмехнулся капеллан и ткнул пальцем в Циклопа. — А как насчет этого? Много ли вы видели мутантов среди пыжей, сын мой?

Сказанное взбодрило меня лучше, чем крепкий кофеек.

— Извините, отче, ступил. Ну и какой у нас план?

— Сперва освободим пленниц, а потом будем пробираться в Форт, — ответил отец Никон.

— Этот план мне нравится. Но, нельзя ли поподробней?

— А вот с этим проблема... Единственное, что я знаю, так это то, что нам нужен транспорт и пушки.

— Просто отлично! — всплеснул я руками. — И где мы все это возьмем?

В ответ капеллан бросил короткий взгляд на Цирк.

— Сын мой, а чем вас не устраивает вездеход? Тем более внутри него должно быть хоть какое-то оружие.

Я посмотрел в ту же сторону.

— Как вы думаете, отче, кто управлял «Полканом»? Неужто Комендант? Думаете, он решил вернуться и спасти нас?

— Не знаю. Но другого выхода, кроме как вернуться в Цирк, к вездеходу, у нас нет.

Я скептически почесал нос:

— «Вернуться в Цирк». Звучит как приглашение на виселицу.

— А у вас есть другой план, сын мой?

— Угу. Мой план — не возвращаться в Цирк, а пойти в другую сторону.

— В какую?

Я наугад махнул рукой куда-то вдаль.

— Туда.

— А что там?

— Там у нас будет хоть какая-то надежда на спасение. А в Цирке... В Цирке нас ждет верная смерть.

— С чего вы так решили?

Аргументов у меня был вагон и маленькая тележка, но только я отрыл рот, чтобы их озвучить, как раздался истошный вопль:

— Вот они! Яков говорил вам, что видел их, а вы не верили!

Голос принадлежал нашему бывшему сокамернику. И он был не один. За его спиной стояли семеро вооруженных до зубов головорезов во главе с Пигмеем. Сам коротышка с бахвальством размахивал трофейной энерговинтовкой и о чем-то переговаривался с одним из своих клевретов.

Мы переглянулись и, не сговариваясь, ломанулись в Цирк.

Пока мы бежали, у меня над ухом прожужжал целый рой картечи, а где-то совсем рядом бабахнул взрыв. Потом еще один. Это упражнялся в стрельбе из «Герды» Пигмей.

Когда шарахнул третий взрыв, мы уже вбежали в Цирк. В нос сразу ударил запах гари и разложения. Всюду валялись тела убитых и стонали тяжело раненые, большинство из которых стояли одной ногой в могиле. А над этой горой мертвецов, словно надгробный памятник, возвышался «Полкан».

Впрочем, «возвышался» — это слишком громко сказано. Вездеход лежал на левом боку, его двигатель мерно похрюкивал, а по земле пожеванной лентой размоталась одна из гусениц.

А ведь Гуччи предупреждал нас об этой чертовой гусенице! Я живо представил, как по возвращении в Форт буду рассказывать об аварии «Полкана» старшему технику. Как он выслушает меня, вздохнет и покачает головой. После сплюнет под ноги, отопьет глоток спирта из своей фляжки и укоризненно скажет:

— А ведь я говорил, что вездеход находится в аварийном стоянии и что ему самое место на помойке! Вам еще повезло, что водородный двигатель не взорвался. Тогда бы уж точно в ящик сыграли!

Меня как током ударило: «А ведь и правда. Если движок рванет — все тут и поляжем. И угораздило нас вернуться. Идиоты просто... Слов нет!».

Я хотел было рассказать о своих опасениях остальным, но меня остановил голос капеллана:

— Тихо! Вы это слышали?

— Что именно?

— Вот этот звук: тук-тук-тук.

— Ага, слышу, — закивал Циклоп. — Будто кто-то тихо постукивает молотком. Там, внутри вездехода.

Я напряг слух и действительно уловил какие-то странные звуки, доносившиеся из «Полкана». Тук-тук-тук.

Но мы так и не успели разобраться, что это было. Из коридора донесся зычный голос Пигмея:

— Я считаю до пяти,

Не могу до десяти:

Раз, два, три, четыре, пять,

Я иду искать!

Кто не спрятался —

Я не виноват!

Голос коротышки звучал радостно и беззаботно, словно он действительно собрался сыграть с нами в прятки.

— Легок на помине, — сказал отец Никон и подобрал с земли кусок арматуры.

Циклоп последовал примеру капеллана и тоже вооружился увесистой железякой, а я крепче сжал в руке кастет.

Но тут случилось неожиданное. Шум внутри вездехода стал сильнее. Он нарастал и нарастал, а потом как бабахнуло! Словно взорвался целый ящик плазменных гранат. В тот же миг над нами пролетела бронированная дверь вездехода и из «Полкана» высунулась закопченная голова Коменданта. Следом за головой показалось и титановое тело голема.

С нескрываемой радостью я отметил, что Комендант нисколько не пострадал, только вымазался в копоти по самые уши. Его глаза угрожающе светились красным огнем, а в руке он сжимал мачете.