Бояринъ из куна-чакры 2 (СИ) - Журавлев Владимир А. - Страница 45

Сегодня нам не до учебы. Располагаемся в кафешках на Центральной перспективе, так, чтоб был виден дом. Ивашутин уходит к своим коллегам из полиции, его работа там, обеспечивать порядок, безлюдность возле места предполагаемой драки — и хватать подозрительных типов, если Бульдог прибудет с группой поддержки.

А князей Меньшиковых, наших верных союзников, нет. Как нет поблизости и его гвардейцев. Вот почему-то я совсем не удивлен. И где они, возможно, не знает сама мама Вера. Я не ругаюсь, просто ставлю отметочку в памяти, чтоб не забыть потом дать князю Кириллу в рожу.

Подсознательно каждый ожидает, что наш дом вот-вот рухнет под ударом Второго Левитатора империи. Время тянется, тянется, и…

… и я чую панику Мишель раньше, чем она зарождается. Мгновенным рывком ставлю вокруг нее защиту, и вовремя. На защитную сферу наваливается гигантская тяжесть. Блин, я же ее считал абсолютной, что ж она проминается⁈ Там же в сфере Мишель!

Размеренно шагаю к кафе, где находится Мишель. Бежать опасно, могу потерять концентрацию. А потеря концентрации хотя бы на миг означает смерть длинноногой раззявы. Ну как она умудрилась проспать Левитатора?

Но и я не лучше, тоже позорно ошибся. Наши ходы предугадали, шугнули из дома и теперь убивают по одному. Единственное, что не учел Второй Левитатор — нашу связь. И поэтому Мишель пока что жива. Но это ненадолго. Бульдог обладает чудовищной силой, и моя защита поддается. Мишель сейчас наверняка жутко больно. Но она еще жива, я чувствую.

Я не рискую бежать, зато это делают все остальные. И когда я дохожу до кафе с Мишель, около него собирается вся команда, и Сергей бьет по Бульдогу со всей яростью мужчины, у которого на глазах убивают любимую женщину. Начальник Третьего тайного вылетает через витрину на середину першпективы в ореоле стекольных обломков… но не теряет концентрации! Более того, он ежесекундно проверяет мою защиту на прочность, проверяет изо всех своих чудовищных сил! Защита поддается, и мне кажется, что это мои кости сейчас трещат.

Девочки видят искаженное болью лицо Мишель и накидываются на мучителя со слепым бешенством — чем совершают еще одну ошибку. Когти только высекают ослепительные искры на защите Бульдога. Этот монстр спокойно и давит Мишель, и держит собственную защиту.

Я могу его убить в любой момент. Всего лишь на мгновение снять защиту с Мишель и ударить пространством, сжатым гравитационными силами в неразрушимую сверхтонкую иглу. Слабое место Второго Левитатора — скорость реакции. Он — классический маг, он просто не способен осознать, что магия может действовать мгновенно. Может, он среагирует очень быстро, за сотые доли секунды — но мне и этого достаточно, чтоб нанести смертельный удар. И тем самым убить Мишель. И я держу вокруг нее защиту без всякой надежды на победу — просто потому, что я Дракон, а Драконы не сдаются. Такие вот мы тупорылые упрямые гады.

Помощь приходит в последний момент. Умничка Ясмина наконец понимает, что они действуют неправильно, пронзительно кричит и зажимает Бульдога в левитационный захват. В слабенький, но захват!

И давление чуть-чуть, но ослабевает. Левитатор вынужден часть сил переправить на собственную защиту. И Мишель уже может вздохнуть, набрать в горящие легкие живительного воздуха. Но вслед за радостью ко мне вдруг приходит понимание, что мы все равно проиграем. Мама Вера, второй по силе левитатор в нашем клане и лучшая в контроле, не прибежала спасать длинноногую. Ее вообще нет — ни физически рядом, ни в наборе Когтей. Мама Вера сейчас спасает своих нерожденных дочурок. А мне с помощью одной Ясмины против такого монстра не выстоять.

А Ясмина все кричит, пронзительно и зло. И вдруг на ее захват накладывается еще один, неумелый и слабый. Вика, прокусив от напряжения губу до крови, подключается к противостоянию левитаторов. А за ней — Марика. И близняшки…

Бульдог страшно кривится, но держится. А вот мы выдыхаемся. Если б девчонкам хоть немножко опыта! Если б хоть одна догадалась, сумела не просто давить, а ударить остро! Но это умение далеко за гранью их сил, они и так совершают невероятное.

И когда я уже начинаю прикидывать, где, в каких обличьях искать своих ненаглядных девочек по кубинским болотам, раздается выстрел. Голда Бовина, широко расставив ноги, стреляет в горячо любимого троюродного дедушку, и лицо ее в этот момент выражает сосредоточенность, спокойствие и твердую решимость. Вот это да. Если вот так выглядит еврейская внучкина любовь — в жизни не подойду к этому народу!

Свинец отлетает обратным вектором и ударяет ее в грудь, она отступает. Но стреляет снова. Вздрагивает от ранения и стреляет еще раз. И крохотный дамский пистолет оказывается той последней соломинкой, которая ломает спину верблюду. Из-за этого он, говорят, и стал горбатым. Ну а Бульдог не верблюд, просто со звоном разлетается его защита, и Сергей валит его одним ударом на асфальт. После чего бежит ловить на руки свою длинноногую, а я бреду к Бульдогу, кладу руку ему на плечо… и меня чуть не разрывает от потока магии. У-ух! К черту такое счастье, в следующий раз буду отбирать магию порционно, как в ресторане, растяну удовольствие! Хотя следующий раз — это уже получается император…

— Риманте, помоги Голде! — кое-как выдавливаю сквозь перехваченное спазмом горло.

А сам сажусь на асфальт рядом с заклятым врагом. И плевать на костюм от Мерсье, все равно запылился.

Горло постепенно отпускает, и я осторожно пробую побеседовать с вторым по могуществу лицом в государстве:

— Придурок. Ты чего натворил?

Мужчина ворочается, кое-как садится, трет брылястые щеки и рассеянно бросает:

— А что, лучше было ракетой по вам?

А сам все смотрит на свою троюродную внучку, смотрит и что-то там соображает. Надеюсь, не планирует ее убийство. У такого зверя власти и без магии хватит, чтоб организовать десяток-другой несчастных случаев.

— Лучше бы ракетой, — бурчу я. — Мы б ее отбили и в Мечу сбросили на радость браконьерам. Ты зачем вообще полез в драку? Мы же заявили о лояльности!

— Да, но вы заявили мне, а решения принимает Его Величество, — рассеянно бормочет Бульдог.

— Зашибись! И что мне теперь с тобой делать? Убить?

— А у девочки безошибочный нюх, — хвалит Бульдог свою родственницу. — И точный выбор. Что делать? Думаю — заключить союз. Со мной. Чего хлопаешь глазами, как дурачок? Давно хотел свалить этого параноика, сидит в своем бункере и делает вид, что держит контроль. Только союзника не было. Такого… настоящего буйного. Голда сделала правильный выбор, я тоже.

— А… остальные Левитаторы? — мямлю я, ошарашенный до глубины того, кто в куна-чакре.

— По убывающей экспоненте, — презрительно бормочет Бульдог и достает из кармана крохотную рацию. — Меньшиков разве что летать над полом способен. Да камешками швыряться.

— Нет такого выражения — по убывающей экспоненте! — невольно вырывается у меня.

— А явление есть! Лучше заткнись, филолог сраный… Чего уставился на рацию? Ти-фоны все прослушиваются, не знал? Слушают вас в режиме нон-стоп, и не только мы! Жаль, недавно спохватились, уж слишком вы шустрые…

Он пытается кого-то вызвать, недовольно морщится. Это да, мы шустрые. И Ивашутин тоже, он чужих в городе на раз видит. И нейтрализует. Была группа поддержки — и теперь наверняка лежат рылами в асфальт.

— Никак? — участливо спрашиваю я. — По ти-фону попробуйте.

— Вот же ты скотина… Такси вызови.

— Так вы нас специально гнобили? — хмуро спрашиваю я. — Если все слышали и знали?

— А как иначе проверить? Болтают многие, да немногие делают. А ты и клан создал, и распихал всех, и до заклинания блокировки магии как-то добрался. Кстати, чтоб вернул. В качестве жеста доброй воли. Чего расселся? Поехали к тебе, договариваться будем… император сопливый…

Бульдог тяжело поднимается, безразлично смотрит на Сергея.

— Предатель.

Сыч отвечает злым взглядом.

— Я тоже сделал правильный выбор. Урод.

М-да. Чувствую, обстановочка в клане будет еще та. Мало мне князя Кирилла, так еще и Бульдог внаглую лезет. Предварительно чуть не убив Мишель.