Вы (влюбитесь) пожалеете, господин Хантли! (СИ) - Ильинская Екатерина - Страница 57

— Любой вопрос, не касающийся конфиденциальной информации, — поправился журналист, словно что-то прочитал на моём лице.

Внутри проснулось любопытство. То есть о себе он готов отвечать без увёрток? Один вопрос уже очень-очень давно не давал мне покоя, но не верилось, что Хантли возьмёт и выдаст эту тайну. И всё равно я решила попробовать.

— Даже почему вы так не любите гадалок?

Хантли помрачнел. Немного помолчал, смотря на меня тяжёлым взглядом и с такой недоброй решимостью, что я даже занервничала, а потом ответил:

— А это и не секрет, Амелия. И если бы вы действительно хотели, то давно уже раскрыли бы эту тайну. — Он посмотрел на стопку газет на столе, на исписанный блокнот, бросил на меня уже вполне спокойный задумчивый взгляд и продолжил: — И раз уж так получилось, что я смог сделать спонтанное предсказание о встрече с вашими родителями, то вы вполне можете собрать информацию, как журналист, и самостоятельно найти ответ.

— Я же извинилась! — возмутилась я, заподозрив Хантли в мелкой мести.

— Не извинялись.

Эрнет улыбнулся, а я расслабилась — это снова был прежний Хантли, пугающий мрак ушёл из его взгляда.

— Но это и не важно, я знаю, что вы жалеете о своей реакции, а слова — всего лишь слова. Поступки говорят больше.

— И всё равно вы мстите? Могли бы просто рассказать…

— Зачем мне вам мстить? — удивился Хантли. — Я сейчас занят, а вам надо как-то скоротать время. Почему бы не утолить собственное любопытство? К тому же вся необходимая информация есть под рукой, надо её только найти.

— Ну, знаете…

Возмущение бурлило внутри, но возразить было нечего. Не хотелось копаться в старых газетах, это было скучно и уныло, но сразу сдаться и признать, что я не справлюсь?.. Нет уж! Если может Хантли, то смогу и я! К тому же для этого не нужна ни магия, ни божественное благословение, только глаза и немного усердия.

— Ладно, — решительно сказала я. — Что надо читать?

Хантли рассмеялся, словно я удачно пошутила. Взял из стопки чистый лист, положил на соседний стол, где стояла чернильница с примитивным пером, и сказал:

— Амелия, мне же никто не подсказывает, где найти информацию. Но я, так и быть, дам вам некоторые наводки, чтобы сузить круг поисков. Во-первых, вы найдёте ответ, когда узнаете о моей семье. Во-вторых, смотреть надо только подшивки газет из Брейвиля и Рейвенхилла.

— Ещё и из Брейвиля! — взбунтовалась я, а Хантли засмеялся ещё громче.

— Вы же знаете, что я оттуда родом, почему же удивляетесь, что в столичных газетах печатали обо мне новости?

— Вы сказали, что поможете сузить круг поисков, а не расширить. — Сама я почему-то не думала, что придётся листать ещё и газеты Брейвиля, которых выпускали ещё больше, чем в Рейвенхилле.

— Конечно, сузил. — Во взгляд Хантли плескалось такое удивление, что я начала подозревать, что где-то крупно просчиталась. — Вам не надо смотреть газеты других городов, а это значительно меньший объём информации. К тому же я гарантирую, что ответ там точно есть, и нет необходимости никуда слать дополнительные запросы. Это действительно довольно простая задачка.

Я застонала, представив, что могла бы подписаться на обзор прессы всей империи, да ещё и на рассылку запросов в другие города. И всё равно «доброту» Хантли я не оценила. Насколько же проще погадать и сразу получить нужный ответ! Но отступать было поздно.

— Ладно. Ищу информацию о вашей семье в газетах Рейвенхилла и Брейвиля.

— У вас всё получится, Амелия, я уверен.

Голос Хантли был ровным и спокойным, но я готова была поклясться, что он едва удерживается от смеха.

— Подшивки газет за определённый период в комнатах с табличками за нужный год. На каждую газету свой шкаф — там всё подписано, не ошибётесь.

— Ладно! — оборвала я инструктаж. Вдохнула, унимая раздражение, порождённое неуверенностью, что я смогу справиться, и пошла к двери. На самом выходе опомнилась и повернулась к вредному журналисту. — А сколько вам лет, господин Хантли?

— Двадцать восемь, но вы можете так далеко не копать.

Фыркнув, я вышла в коридор. Сама разберусь, с чего начать. Итак, семья Хантли…

Через час я знала, что Эрнет родился в семье леди Мадлены Саргийской и лорда Дрейка Хантли, что у него была старшая сестра Элеонора, и что по обеим линиям наследования никаких гадалок у него не было — детям передавались только способности к магии. Также газеты молчали о предсказаниях к рождению детей — видимо, их не делали, — так что можно было отбросить первую версию. На этом мои успехи закончились.

— И что дальше?

Стеллажи с газетами упирались в низкий потолок и занимали всё пространство комнаты. Искать информацию, листая выпуск за выпуском, было нереально, но понять, куда двигаться дальше я не могла. Начала я, зная год и место рождения Хантли, и поэтому поиски ограничились одним стеллажом, но в какую сторону двигаться дальше?

— Надо рассуждать логически… — Я постучала носком туфли по полу. — Если такое отношение к гадалкам не связано с фактами рождения, то оно может быть связано с фактами смерти. Логично? Логично.

Но я не знала, кто умер, когда, и насколько близкий родственник это был, а идти и спрашивать Хантли совершенно не хотелось — словно признаться в собственной глупости. Гордость внутри шептала, что если Эрнет с успехом заменяет гадалок, то уж я-то точно должна справиться с работой журналиста. Вот только идей, что дальше делать, всё равно не было.

Я начала бездумно ходить между стеллажами, пытаясь понять, где узнать про умерших родственников, пока не зацепилась за фразу на одной из газет: «Некролог лорда Хоппета». Точно, Хантли же лорд! А все аристократические рода внесены в каталог. Там, конечно, нет подробной информации по каждому человеку, но даты рождения и смерти вносят в выпуск за тот год, когда они произошли. Осталось только найти информацию за нужный период.

Я вышла в коридор и направилась в сторону настоящего — в смысле к двери с табличкой за текущий год, зашла в помещение и направилась к стойке с ежегодниками. Свежий каталог там действительно обнаружился, но вся информация о журналисте заключалась в одной ёмкой фразе: «Род Хантли. Лорд Эрнет Хантли (28 августа 729 г. — … ) с 14 сентября 756 г. находится в императорской опале». Дальше шли пустые сроки, говорящие, что больше в роду никого не осталось.

Получается, у Эрнета все близкие люди умерли? Вдруг стало его так жаль. В Рейвенхилле я почувствовала, что такое жить без семьи, но могла в любой момент бросить дела и поехать в Фаренли, обнять маму и Аделину, выслушать наставления отца. От одной этой мысли внутри становилось теплее. А если бы мне было не к кому возвращаться?..

Хотя, может, я излишне драматизирую, и сестра Хантли просто вышла замуж, а у Эрнета имелась куча родственников с другой фамилией? Откидывать эту версию не стоило.

В каталоге за предыдущий год Эрнет тоже указывался, как единственный представитель рода. И в каталоге за 756 год. И за 755…

Может, пойти другим путём и поискать информацию о причине императорской опалы? Хантли говорил, что глубоко копать не надо, а опала была самым последним поворотным событием в его жизни. Хотя об этом я кое-что помнила: журналист опубликовал компрометирующие материалы на чиновника, поэтому и попал в немилость. Ни про каких гадалок там речи не шло. Тем не менее надо было продвигаться в своём «расследовании», так что я вздохнула, пошла к шкафу, в котором лежала пресса из столицы, вытащила подшивку «Независимой газеты Брейвиля», села за небольшой стол возле окна, открыла первый попавшийся номер и чуть не выронила его из рук.

Со страницы на меня смотрел знакомый мужчина. Вот только имя в статье было указано совсем не то…

Глава 39

От неожиданности я заморгала, но и портрет, и буквы остались на месте. А информация была крайне интересная.

'ВИДНЫЙ ХОЛОСТЯК ЕЩЁ СВОБОДЕН!

Вчера вечером в императорском дворце состоялся пышный приём в честь празднования дня рождения нашего досточтимого монарха. На это грандиозное торжество были приглашены самые влиятельные и уважаемые гости со всех уголков империи.