Аргумент весомей пули (СИ) - Корнев Павел Николаевич - Страница 25

— Энергии красного аспекта куда больше стало! — мысленно сообщил я замыкавшему нашу процессию уряднику.

Седмень только рукой махнул.

— Не сейчас!

К этому времени мы уже выбрались из джунглей на открытое пространство и брели едва ли не по пояс в воде, но в отличие от прошлого раза туман раздался в стороны не так уж и сильно — увы, солнце сегодня скрывала за собой плотная пелена облаков.

Во рту стоял металлический привкус крови, нестерпимо хотелось сплюнуть, но нельзя, нельзя, нельзя.

Черти драные! Ну чего медлит Дарьян⁈

Я обернулся глянуть на книжника, а тому хоть бы хны — прёт как ни в чём не бывало за мной и в ус не дует. Отъелся лосяра, да и поднатаскали его за две седмицы, не запыхался даже. А стылость ему так и вовсе только в радость. Его аспект. Наверняка хватанул её и по абрису гоняет. Я бы на месте книжника именно так и поступил.

— Не зевай! — обратился я с помощью мыслеречи к товарищу, продолжил и сам вертеть головой по сторонам.

Сердце сдавило, навалились дурные предчувствия.

— Красного и впрямь больше обычного! — отметил вдруг Червень.

Худое лицо тайнознатца осунулось и заострилось, белые глаза мягко светились, лицо покрыли бисеринки пота.

— Плевать! — шикнул на него урядник. — Надо изловить духа, пока он сам к нам из омута наведываться не начал!

Мы без остановок проскочили через рощицу замшелых великанов, на её опушке ненадолго затаились за толстенными стволами, вглядываясь в затянувший протоку туман.

Червень в итоге объявил:

— Чисто!

— Смотрите в оба! — напутствовал нас урядник, по морщинистому лицу которого было и не сказать, что мы вплотную подобрались к владениям ступившего на путь перерождения духа. А ведь это уже не слабенькая потусторонняя сущность, опасная лишь в стае. Я расспросил Дарьяна на сей счёт, и его ответы меня нисколько не порадовали. По доброй воле дальше бы в жизни не сунулся.

Жалкий трус? Да хоть бы и так. Это не моя война, я здесь не ради денег даже, а исключительно из-за долгов.

— Вперёд! — скомандовал урядник, и мы двинулись дальше.

Вода в протоке показалась холодней прежнего, но до островка получилось добраться без приключений. Да и там не нашлось ни свежего пепла в кострище, ни новых следов.

Все самую малость расслабились, я даже пожалел, что начал загодя вбирать в себя порченую небесную силу.

— Ну? — мысленно обратился урядник к Дарьяну.

— Никаких духов! — мысленно же отозвался тот. — Даже странно. Будто их кто-то всех распугал.

— Не будто, а распугал, — подтвердил догадку книжника Седмень.

Дарьян опустился на корточки и приложил к земле ладонь, замер так в полнейшей неподвижности, Огнич беспечно плюхнулся на брёвнышко, а Червень отошёл к поросшему мхом валуну и присел у него. Урядник же ни на миг не оставался на месте — беспрестанно смещался из стороны в сторону и словно бы к чему-то прислушивался и принюхивался. Один только я столбом замер посреди прогалины с кострищем.

— Вроде бы чужое внимание чувствую, — отметил Дарьян. — Но не уверен.

— Забудь! — отмахнулся от него Седмень и приказал: — Сосредоточься на духах!

Книжник решительно мотнул головой.

— Да говорю же: ничего! Если только ритуал призыва провести!

— Так проводи!

Взгляд, взгляд, взгляд…

Меня против воли стало разворачивать по ходу солнца, действовать с духом мы начали одновременно. Лужа на краю полянки взорвалась брызгами, и оттуда на меня ринулась фигура в половину человеческого роста высотой, слепленная из грязи, ила, водорослей и невесть чего ещё. Широченная пасть ощерилась гнилыми палками, но смешным уродец из-за этого отнюдь не выглядел. Я прекрасно помнил, на что был способен тот, кто живёт в пруду, и потому вложил в огненный аркан всю набранную энергию, ещё и предельно его разогнал!

Оранжевый росчерк перехватил марионетку на середине рывка, и удар оказался столь силён, что атакующее заклинание пробило в магическом создании сквозную дыру. Обугленные ошмётки разлетелись на добрый десяток шагов, тварь замерла как вкопанная, и тут же росчерк серебряной плети снёс с плеч уродливую башку.

Черти драные, уж лучше бы Огнич её надвое развалил!

Я напрягся для нового удара, но Дарьян вытянул перед собой руку с растопыренной пятернёй и, сделав хватательное движение, легко выдрал из марионетки потустороннего кукловода. Приблудный дух разинул зубастую пасть и растопырил жуткие щупальца, да только воля тайнознатца разом смяла его в сгусток белого марева.

Фигура обрушилась кучей зловонной грязи, но Червень даже не обернулся, продолжая напряжённо пялиться в туман, а Седмень подступил было и тут же двинулся дальше, лишь бросил на ходу:

— Боярин, проверь!

Поручение урядника несказанно удивило, даже замешкался от неожиданности, и на меня зло шикнули:

— Быстро!

Я нехотя присел на корточки, обнажил ампутационный нож и принялся потрошить останки магической марионетки. Занятие это было мерзким, но знакомым, очень быстро я набрал полпригоршни мелких сосредоточий и даже отыскал зачаток небесной жемчужины с ноготь мизинца величиной. Попутно тянул в себя небесную силу и, как оказалось, отнюдь не напрасно.

— Давай! — скомандовал вдруг Седмень и раскинул руки, прикрыв изрядную часть поляны магическим пологом, а миг спустя вскипел белизной силовой вал, и в барьер ударила саженная волна сгустившегося тумана.

Урядник покачнулся, но устоял. Червень устроил карабин на валуне и открыл беглый огонь. Палил он не наугад, а выцеливая источник магических искажений. Натиск на защитные чары урядника вмиг ослаб, но следом в молочной дымке засверкали тусклые дульные вспышки ответных выстрелов. Преимущественно пули вязли в барьере, одна только прилетела откуда-то сбоку и по касательной чиркнула кирасу Червеня, не пробила её, срикошетила в сторону.

Я пуще прежнего потянул в себя небесную силу, а попутно сдёрнул заброшенный за спину карабин, но ни ударить магией, ни открыть стрельбу не успел.

— Отходим к деревьям! — скомандовал Седмень, и вот уже с выполнением этого приказа я медлить не стал — рванул со всех ног вслед за Дарьяном и Огничем.

Глава 10

12−8

В протоку влетел, подняв тучу брызг. Врубился в воду будто колун в сырое полешко и почти сразу завяз, но продолжил рваться дальше.

Быстрее! Быстрее! Быстрее!

Надо укрыться за деревьями, пока не подоспели преследователи!

Седмень и Червень тоже бросились наутёк. Миг спустя лишённая подпитки магическая завеса лопнула под натиском очередной туманной волны, но я сразу ощутил искажения нового силового полога — меньшего по размерам и куда более насыщенного, прикрывшего на сей раз лишь парочку отставших пластунов. Меня — нет.

Бежать!

За спиной мигнуло, и сразу над головой промелькнул ослепительный росчерк магического разряда. Метили не в меня, метили в кого-то из пластунов, но барьер отклонил молнию, та унеслась дальше, угодила в сухое дерево и расщепила его ствол надвое. Исполин рухнул в воду, вверх остался торчать лишь обугленный обломок.

Ох ты чёрт! Быстрее!

Я выбрался из протоки, опережая Седменя и Червеня на несколько саженей, и с немалым трудом заставил себя остановиться и схорониться за первым попавшимся на пути замшелым великаном.

— Конокрад и Книжник, барьеры! — тут же донёсся мысленный приказ урядника. — Боярин, огненный шар! На остров!

К этому времени я удерживал предельное количество небесной силы, поэтому не замешкался ни на миг — мысленно пробежался по приказам схемы, затем сотворил пламенный сгусток, стиснул его своей волей, сжал отторжением и принялся накачивать воспламенением. Ещё, ещё и ещё!

Отблески огня привлекли внимание стрелков, и в дерево, за которым я укрылся, угодили сразу две пули, причём одна вошла под весьма поганым углом, будто нас начали обходить по флангу. Миг спустя туман прорезали сразу два магических полога — слишком уж растянутых и потому нестабильных, но зато частично наложившихся друг на друга. Едва ли они могли прикрыть от боевых чар, а вот пули враз перестали шибать по стволам, так что я напитал силой последние приказы, безбоязненно высунулся из своего укрытия и буквально выстрелил огненным шаром — только не напрямик через протоку, а по широкой дуге.