Красная дорама 3 (СИ) - Кащеев Денис - Страница 30

Ну да главное — мы добрались.

Подъем вдруг прекратился — и наш «хайвей» устремился уже вниз, за горный перевал, а мы прижались к самой стене леса и остановились у видневшегося из зарослей бетонного столба с какой-то полустершейся цифрой. Ан протяжно посигналил, и через несколько минут из густой зелени справа от нас деловито высунулась раскосая мальчишеская физиономия. Окинула оценивающим взглядом наш грузовик, исчезла ненадолго — и вскоре появилась снова, уже в комплекте с прочими частями тела в защитного цвета костюмчике и красном галстуке Детского союза.

За первым бойким школьником из леса вынырнул второй, следом появилась девочка, тут же — еще одна, и вот машину уже обступил добрый десяток юных туристов. Распахнув дверцу, я вылез к ним из кабины. Точнее даже едва не вывалился, нежданно не найдя ногой привычную опору — так, собственно, и узнал, что наш правый порожек остался где-то позади.

Со своей стороны грузовика выпрыгнул на землю и Ан. Дети наперебой принялись с нами здороваться, мы устало им отвечали.

— Чон- сонсэнним, это вы⁈ — в смеси удивления и восторга послышалось вдруг.

Красно-зеленой молнией ко мне подскочила и обхватила руками подоспевшая на просеку Хи Рен.

Кстати, хоть большого секрета из наших с ней учебных занятий давно не делалось, не помню, чтобы она раньше называла меня «учителем» при посторонних. Впрочем, при этих самых посторонних мы с ней и общались не то чтобы часто…

Не сдержав улыбки, я приобнял девочку:

— Привет, походница!

— Добрый день, товарищ Чон, здравствуйте, товарищ Ан, — из зарослей выступила учительница школьников, Пак. — Что-то долго вы! — строго заявила она, покачав головой. — Мы вас к семи ждали!

— Мы и сами себя к семи ждали, — хмыкнул я.

— Весь план сегодняшних мероприятий теперь из-за этого сдвигается! — не унималась девушка.

— У нас был намечен выход на место стоянки героических кимирсеновских партизан! — задрав голову, поведала мне Хи Рен.

— Круто! — снова улыбнулся я девочке и, переведя взгляд на ее учительницу, буркнул: — Скажите спасибо, товарищ Пак, что мы сюда вообще доехали — по такой-то дороге!

— Трудности нужны для того, чтобы их преодолевать! — менторским тоном отчеканила та — уж не знаю, меня решив на путь истинный наставить, или чисто для своих юных подопечных сказала.

Как бы то ни было, при детях ввязываться с ней в перепалку я не стал.

Тем временем Ан обошел грузовик и откинул задний борт. Вскарабкался в кузов, где к нему тут же присоединились трое самых шустрых мальчишек. Водитель стащил с груза укрывавший тот брезент, а школьники принялись потрошить тяжелые для них тюки и подтаскивать их содержимое к краю кузова, где передавали оставшимся внизу товарищам. А те уже волокли «добычу» в лес.

— Нам Хи Рен, а тебе что, особое приглашение требуется? — жестко бросила между тем учительница так и стоявшей рядом со мной девочке.

— Чон- сонсэнним, я пойду работать! — встрепенулась моя ученица — и упорхнула к одноклассникам.

— Товарищ Чон? — снова окликнули меня тут.

Голос будто бы показался мне знакомым, но, обернувшись на него, я понял, что ошибся: с вышедшим на просеку широкоплечим мужчиной лет тридцати пяти, одетым в поношенную военную форму без знаков различия, раньше мы определенно не встречались.

— Я — Гвон! — представился он мне. — Гвон Юнг Хо, туринструктор Министерства по делам физкультуры и спорта! Сопровождаю школьников в походе.

Мы обменялись рукопожатиями. Ладонь у моего нового знакомого была сухой и крепкой.

— Честно говоря, почти не верил, что вы сумеете сюда добраться с грузом! Я-то здешние пути-дороги знаю! — поведал он мне, чуть насмешливо покосившись на Пак. — А уж восточная, по которой вы ехали — самая гиблая!

— Это все товарищ Ан! — кивнул я на возвышавшегося над бортом кузова водителя. — За рулем был он. Настоящий мастер своего дела!

— Да уж, что мастер — охотно верю, — кивнул Гвон. — Сразу назад — или задержитесь у нас тут? — полюбопытствовал он затем.

— Да нет, какое там «задержитесь» — поедем, — покачал я головой. — Дела ждут…

— А, ну, понятно, — развел руками мой собеседник. — Дела есть дела…

— Товарищ Чон, можно вас на пару слов? — пока мы говорили с Гвоном, Ан успел выпрыгнуть из кузова, оставив мальчишек хозяйничать там одних, и двинуться в нашем направлении.

— Не буду мешать, — с готовностью отступил назад туринструктор. — Рад был познакомиться!

— Взаимно, — кивнул я ему — и снова повернулся к водителю: — Да?

— Насчет «сразу назад»… — выговорил тот, подойдя — и замялся. — Товарищ Чон, если можно, я бы перед тем, как ехать, поспал бы в кабине часика три… — продолжил он, виновато запинаясь. — Уже почти полсуток за рулем. А дорога — сами видели какая… Сам не ожидал… Отдохнуть бы чуток, потом, может — скоренько перекусить, и тогда уж отправляться. А то, боюсь, не сплоховать бы где-то ненароком. Яму там проглядеть с устатку или еще чего…

Достав из кармана телефон (и мимоходом отметив, что сети здесь нет — что, впрочем, было ожидаемо), я сверился со временем: экран показал четверть двенадцатого.

— Даже если в половине четвертого тронемся — до темноты точно будем на шоссе, — понял мои сомнения Ан. — Самые сложные препятствия мы с вами убрали, на них время терять уже не придется!

— А трех часов сна вам на восстановление сил точно хватит? — с сомнением уточнил я.

— Хватит! — заверил меня водитель. — Не впервой!

— Ну, хорошо, давайте немного отдохнем, — согласился я.

* * *

Прослышав, что мы решили слегка задержаться, Хи Рен (с разгрузкой кузова школьники уже покончили) тут же на меня насела:

— Чон- сонсэнним, а идемте с нами к партизанскому лагерю! Пак- сонсэнним сказала, мы еще успеваем! Через десять минут выступаем!

— В самом деле, товарищ Чон! — с готовностью поддержал девочку туринструктор. — Это как раз часика на три и выйдет! А когда еще в эти края попадете?

Что правда, то правда — второй раз меня сюда теперь калачом не заманишь! Вот только достаточная ли это причина, чтобы тащиться сейчас через лес к какому-то там «левому» лагерю?..

С другой стороны, устать я, конечно, устал, но все же не настолько, как мой водитель, одиннадцать часов крутивший баранку — с перерывами на разбор завалов на дороге. Уснуть бы, по крайней мере, сейчас, наверное, не сумел — да и в кабине уже развалился Ан. А потратить куда-то три часа всяко требовалось…

Экипирован я, правда, был совсем не по-походному… Туфли, впрочем, и так успел слегка попортить в ходе недавних лихих вылазок из кабины. Досталось, к слову, и брюкам. Хорошо хоть в Расоне и тем и другим у меня имелась достойная смена…

— Тропа там хорошая, — посулил мне Гвон, когда я высказал ему свои сомнения насчет одежды и обуви. — Широкая и твердая. Пройдете в ваших ботиночках, как в Пхеньяне по Проспекту Победы! Ну, почти!

— Чон- сонсэнним, идемте! — не унималась и Хи Рен.

В общем, уговорили они меня.

* * *

Прогулка по лесу и в самом деле вышла не слишком утомительной. Проспекту Победы тропа, конечно, все же уступала — идти по ней можно было только гуськом, внимательно глядя под ноги, чтобы не споткнуться о корень или камень — но вверх она забирала полого, да и подъемы были недолгими, сменяясь столь же плавными спусками.

Возглавлял наш поход Гвон, за ним тянулась вереница школьников, замыкала процессию Пак- сонсэнним. Мне предложили занять место в самой середке этой змейки — чтобы заодно приглядывать за теми из ребят, кого не достигал сзади орлиный взор учительницы.

Забегая вперед, отмечу, что присмотр мой юным туристам совершенно не требовался — более дисциплинированных походников было еще поискать! Ни шагу в сторону, ни лишних полшага отставания от идущего впереди товарища, ни проказ, ни просто даже разговорчиков… Помню, в пионерском лагере сам примерно в этом же возрасте, бывало, ходил с отрядом в лес — так вожатые только и делали, что вылавливали нас по кустам, снимали с деревьев и разнимали после взаимных тычков да пинков, пусть и дружеских! А тут… Не дети, а прямо те самые легендарные кимирсеновские партизаны, выдвигающиеся на ответственное задание!