Обратное течение (СИ) - Рудин Алекс - Страница 25

Затем тщательно вымыл чашку, на дне которой осела коричневая кофейная гуща. Взял со стола принесенный Игнатом пирожки. На мой взгляд, они были ничем не хуже пирожных.

Держа сверток с пирожками в руках, я спустился вниз и с улыбкой посмотрел на дверь своего кабинета. На ней какой-то неведомый варвар грубо нацарапал гвоздем рисунок раскрытой книги.

Не иначе, это был Акатош — шаман из джунглей, новый приятель Библиуса. Во всяком случае, именно так я представлял себе первобытное искусство.

Толкнув дверь, я просунул в проем голову и громко позвал:

— Библиус, ты здесь?

Глава 15

— Библиус, ты здесь? — громче повторил я.

Хранитель Незримой библиотеки не отозвался. Тогда я вошел и закрыл за собой дверь.

Огромный золотой глобус, украшенный сверкающими драгоценными камнями, медленно вращался над письменным столом Библиуса. Уходя в бесконечность, тянулись высокие стеллажи, заполненные книгами. Мягкое сияние над головой скрывало потолок библиотеки.

Но самого Библиуса не было.

Я удивленно хмыкнул. Обычно хранитель библиотеки встречал меня у порога. Куда он подевался на этот раз?

Бросив взгляд на письменный стол, я заметил на нем листок бумаги. Но не стал без разрешения читать чужие записи. Мало ли, может, там что-то личное?

Я пошел между стеллажами в сторону круглого зала, в котором журчал магический фонтан и росла Туманная роза. Иногда я останавливался и громко звал:

— Библиус, у тебя гости!

На мои призывы отвечало только гулкое эхо.

Круглый зал в центре библиотеки тоже оказался пуст. Мелодично журчал фонтан, в котором одновременно текли холодная чистая вода и молодое красное вино. Струя воды падала в неглубокую чашу фонтана, а струя вина просто таяла в воздухе.

Рядом с фонтаном стояла скамейка с городской площади, которую я однажды нечаянно прихватил с собой и принес в библиотеку. А на скамейке лежала пурпурная тога Библиуса.

Это меня встревожило. Что случилось с хранителем библиотеки? И как его выручать, если он попал в магическое приключение?

На всякий случай, я осмотрел зал и ближайшие проходы между книжными шкафами. Библиотека была пуста.

В полном недоумении я вернулся к письменному столу, над которым парил глобус. И только теперь прочитал лежавшую на столе записку:

«Не беспокойся за меня, я скоро вернусь. Ушел в экспедицию. Почитай пока что-нибудь. Библиус».

Я удивленно развел руками и с облегчением рассмеялся. Главное, что с Библиусом все в порядке. Но что это за полевые работы, и почему он ушел на них без одежды?

А вот совет «что-нибудь почитать» показался мне очень своевременным. Я именно за тем и пришел в библиотеку, чтобы найти больше информации.

Но и здесь меня поджидала трудность.

Вокруг было бесконечное количество книг. Как найти среди них нужную?

У нас с Библиусом был строгий ритуал. Я задавал вопрос. Хранитель Библиотеки делал характерный жест рукой, и нужная книга сама собой слетала с полки мне в руки. Эта традиция отлично заменяла библиотечный каталог.

А как быть теперь?

Раздумывая над этим вопросом, я пошел обратно в круглый зал. Просто по привычке — чаще всего мы с Библиусом разговаривали именно здесь.

Я сел на садовую скамейку, закрыл глаза и подумал — какой ответ я хочу получить в первую очередь. Из головы никак не выходила Екатерина Антоновна. Ее черная одежда и твердый взгляд произвели на меня не самое приятное впечатление. Магический дар подсказывал, что эта женщина неспроста ищет Елизавету.

Я протянул руку, повторил небрежный жест Библиуса и замер в ожидании.

Через мгновение на скамейку рядом со мной упало что-то тяжелое. Я открыл глаза и снова удивился — уже в который раз за это утро.

Передо мной стоял небольшой ящик, изготовленный из тонких деревянных планок. Планки потемнели от времени и были украшены затейливой резьбой.

В ящичке лежали камни. Обычная галька разной формы, цвета и размера.

Разумеется, это была книга. Я даже видел такие книги на одном из стеллажей. Вот только читать их мне до сих пор не доводилось.

Но с этим было проще. За время нашего знакомства с Библиусом я держал в руках самые разные книги — хрупкие папирусные свитки, тяжелые фолианты в обложках из толстой кожи и даже связку узких кожаных ремешков. На этих ремешках были завязаны хитрые узлы. Они отличались друг от друга на взгляд и на ощупь. Проводя пальцами по узелкам, можно было понять скрытую в них историю.

Точно так же я поступил и с камнями, которые лежали в деревянном ящичке. Я выбирал их наугад. С любопытством разглядывал форму и цвет. На одном из камней были косые цветные полоски, на другом — какие-то золотистые вкрапления. Некоторые камни были угловатыми и шершавыми, словно долгое время пролежали в земле. Другие стали гладкими и холодными — наверняка их подобрали на берегу моря или реки.

Я старался ни о чем не думать. Просто крутил камни в руках и вслушивался в их историю.

Давным-давно на краю леса и степи стоял большой город, который назывался Тагур. В этом городе сходились торговые пути. Из лесов везли шкуры и меха, дерево и мед диких пчел. Из степи пригоняли стада антилоп, привозили сушеные финики.

Рядом с городом текла река — по ней тоже шла торговля. Вниз по течению сплавляли лес, а вверх поднимались баржи, груженые рыбой, морской солью и тканями.

Богатым городом был Тагур. В нем не было нищих — каждый мог заработать себе на жизнь. Даже уличные музыканты и гончары, которые лепили из глины детские свистульки. Городские трактиры никогда не закрывались. Днем и ночью в них можно было найти еду, выпивку и ночлег.

Слухи о могуществе и богатстве города разносились далеко вокруг. Многие завоеватели хотели покорить Тагур, вот только никому это не удавалось. Слишком высокими и крепкими были стены города, слишком сильной была его армия.

А еще в Тагуре было много магов — город стоял на одном из древних Мест Силы.

Но однажды из глубины степей пришло другое племя, которое тоже было сильно в магии. Только магия у них была своя, странная.

Они подчиняли себе зверей.

Это были лучшие степные охотники — сильные и безжалостные. Одним взглядом они заставляли стадо буйволов бежать к обрыву и прыгать вниз, прямо на острые скалы. Приручали степных львов, укрощали диких лошадей. На юге они добрались до влажных джунглей, и там охотились на слонов и обезьян.

А теперь пришли к стенам Тагура.

Огромная армия. Десятки боевых слонов с длинными загнутыми бивнями. Сотни буйволов, которые тащили тяжелые повозки и осадные машины. Тысячи злобных псов, готовых разорвать на куски любого противника. Легионы ловких обезьян, которые легко карабкались по отвесным стенам.

Началась осада.

Пришельцы перекрыли торговые пути. В городе были запасы еды, но они быстро подходили к концу. Защитники Тагура попробовали сделать вылазку — ночью они выбрались из города и напали на степняков. Но чуткие боевые псы учуяли воинов, и те едва успели вернуться под защиту стен.

Захватчики не спешили идти на приступ. Он окружили город плотным кольцом и ждали, когда защитники ослабеют от голода и болезней.

Победить их в сражении было невозможно. Что может сделать даже самый лучший воин, когда на него набросится десяток боевых псов? Или быстрых обезьян, вооруженных дубинами и кривыми ножами?

Но защитники Тагура нашли возможность. Магия выступила против магии. Мастера изготовили тысячи стрел, а маги Тагура нанесли на их наконечники особое магическое плетение. Это плетение разрушало степную магию и освобождало животных из-под власти степных воинов.

На стрелы пошло все дерево, до последней щепки. Чтобы сделать достаточное количество наконечников, кузнецы переплавили все железо, всю бронзу. В ход пошла медная посуда, деньги, золотые и серебряные украшения.

Ранним утром лучники Тагура поднялись на стены. Они выпускали стрелы одну за одной. Они не старались убивать — наоборот! Просто выпускали стрелы в гущу зверей.