Блин и главная улика - Некрасов Евгений Львович - Страница 30

– Не думаю, – покачала головой Наталья Константиновна. – Теперь они знают, что мы способны на сопротивление, и будут беречь свои велосипеды.

– Спасибо за винтовку, но лучше я подарю ее вашей Ане, – решил Блинков-младший. – В Москве она мне не нужна, не по воробьям же в самом деле стрелять. А Энни научится.

– «Мы мирные люди, но наш бронепоезд стоит на запасном пути», – вздохнула Наталья Константиновна. – Все-таки противно. Мне вообще не нравится, что такое почти настоящее оружие продают безо всяких справок. Только, к сожалению, нигде не дают справок, хороший человек или плохой.

От входа на виллу к ним шла Ирка с ватагой малышей. У нее за спиной маячила скорбная физиономия влюбленного Стасика.

Блинковская группа ринулась к Иркиной, и произошло братание с легкой потасовкой. Вос-питуемые Натальи Константиновны солидно восседали в пластмассовых креслах. Они уже знали по две сотни английских слов и, конечно, с таким запасом знаний не стали ввязываться в игры малышни.

Ирка подошла к Наталье Константиновне и что-то зашептала ей на ухо.

– Конечно, конечно, – ответила Наталья Константиновна. – А почему Аня тебя не подменила?

– Так Аня же собиралась к вам, – удивилась Ирка. – Я поэтому и привела сюда группу.

– Придет, я ей задам, – пообещала Наталья Константиновна.

Все знали, что не задаст, и оставили эту реплику без внимания.

Блинков-младший краем глаза следил за Стасиком. Влюбленный подбирался бочком, издали всматриваясь ему в лицо.

– Скажи своему идиотику, что синяка опять нет. Он бьет слишком слабо, – сообщил Блинков-младший Ирке.

С тех пор, как он вернулся из бандитского плена, это был их первый разговор. Митек надеялся, что Ирка перестанет валять дурака.

А Ирка подумала и безжалостно вынесла приговор обоим:

– Значит, пускай тренирует удар!

Для Стасика это означало, что поцелуя он вряд ли дождется. Для Блинкова-младшего – что придется то и дело нарываться на удары этого слабосильного, но упрямого Стасика.

– А давно она ушла? – спросила Эннина мама.

– С полчаса назад, – ответила Ирка и беззаботным тоном пояснила: – За ней приехала женщина из детской комнаты милиции. Они Петьку сажают в колонию для малолеток. Но та женщина сказала, что дел на минуту: съездить на машине к охранникам.

– А какая у нее машина? – с опустившимся сердцем спросил Блинков-младший. И услышал:

– Иномарка, серая с искорками.

– Серый «металлик»! – выдохнул Блинков-младший. – Наталья Константиновна, только не волнуйтесь. Вашу Аню, кажется, украли!

Глава XX

Упустили

– Та самая машина, – подтвердил начальник охраны. – «Вольво», серый «металлик», госномер 666. Он у меня записан еще с прошлого раза.

– Зачем же вы Аньку с ними отпустили?! – взвыл Блинков-младший.

Эннина мама стояла с каменным лицом и беззвучно плакала. На нее было больно смотреть.

– Так ведь там за рулем милиционер, старший лейтенант. Попробуй не пропусти! – огрызнулся начальник охраны. – Пожилой, вроде нашего участкового. Машина, говорит, конфискованная, девочку везем на опознание… Тут последнее время такое творится, что я голову потерял. Один приходит – пропусти его, оказывается полковником налоговой полиции. Другая приходит – подполковник контрразведки. Я думал, и этот старлей из их компании.

– Поехали с нами, – попросил Блинков-младший. – Нам нужен вооруженный человек. Может, догоним.

Начальник молча смотрел на Наталью Константиновну.

– Поехали, – попросила она, и слезы брызнули у нее из глаз.

Страж порядка решительно сдвинул кобуру на живот.

– Нет. Простите, Наталья Константиновна, но нет. Я офицер, прошел две войны, а потом полтора года был без работы. Случайных пассажиров на машине подвозил и тем кормился. Я боюсь потерять место.

Наталья Константиновна заплакала навзрыд.

– Я не имею права применять оружие вне территории охраняемого объекта, – уныло твердил начальник. – Вы мне скажете – стреляй в этих, а стрелять и отвечать придется мне.

– У меня украли дочь, – сквозь слезы произнесла Наталья Константиновна. – Неужели вы не разберетесь, кто похититель и куда стрелять?!

Разговор затягивался.

– Поехали, – сказал Блинков-младший беря ее под руку. – И так уже мы вряд ли их догоним.

Начальник охраны с кислой гримасой смотрел им вслед.

У двери Блинков-младший обернулся и отчеканил:

– По-моему, вы уже не боевой офицер!

– Сопляк, – сказал начальник охраны. – Погоди, я запасную обойму возьму.

И они помчались!

За руль джипа сел начальник охраны. Он сказал, что в таком состоянии, как у Натальи Константиновны, можно догнать не иномарку, а только «Скорую помощь». Сам начальник водил машину, как механизм: неподвижно держал руль и знай себе топтал железку. На его охранницкой карточке была фамилия Н. А. Тычинкин.

Через минуту джип долетел до шоссе, и Н. А. Тычинкин, не раздумывая, свернул к Большим Грязюкам. Такая уверенность удивила Блинкова-младшего. Они же не знали, в какую сторону поехала машина преступников. Потом он сообразил: Н. А. Тычинкин хочет въехать на гору и оттуда осмотреть шоссе. Другого способа определить маршрут похитителей у них не было.

На груди Н. А. Тычинкина висел бинокль – необходимая вещь для того, кто охраняет дачный поселок у озера. Загнав джип на перевал, он забрался ногами на сиденье и осмотрел дорогу в оба конца.

– Ну вот и кончилась наша погоня, – горько сказал он, садясь за руль.

Эннина мама снова зарыдала.

Блинков-младший подумал, что на ее месте девять человек из десяти сказали бы: «Может, мы и догнали бы их, если бы не пришлось так долго вас уламывать». Лично ему хотелось сказать именно это.

– Куда теперь? – спросил Н. А. Тычинкин. Он обращался к Блинкову-младшему, поняв, что из них двоих у Митьки самый трезвый рассудок.

– В Большие Грязюки, к участковому, – ответил Блинков-младший. – Там все наши и двое ваших охранников.

– Я им еще покажу. Лезут не в свое дело, – заметил Н. А. Тычинкин, поворачивая ключ зажигания.

И тут у Блинкова-младшего появилась одна мысль.

– Подождите, – попросил он. – Господин Тычинкин, раз мы все равно опоздали, остановимся на минутку. Позвольте ваш бинокль.

– Я Никита Алексеевич, – буркнул Тычинкин и, сняв с шеи ремешок с биноклем, протянул его Блинкову-младшему.

Митек тоже взгромоздился ногами на сиденье. Только он смотрел не на дорогу. Он смотрел на умирающую деревеньку Малые Грязюки.

Единственная улочка деревни тянулась вдоль озера. Когда Малые Грязюки были обитаемыми, у всех жителей имелись лодки. С тех пор почти в каждом грязюкинском огороде остался короткий канал, выходящий в озеро, и причал или лодочный сарай.

Другое дело, что сейчас там жили только дачники. Они поселялись в грязюкинских домах на лето и не заводили лодок, потому что их некому было бы караулить зимой.

Блинков-младший медленно обводил биноклем каждый сарай. Он, разумеется, не на авось решил поискать преступников в Малых Грязюках. Отсюда Роберт Портянкин приплыл на виллу за клише. Здесь, поджидая его, пряталась серая иномарка. Наконец, вспомним разговор преступников, подслушанный Блинковым-младшим в тумане. Незнакомец жаловался на старух, которые встают ни свет ни заря и могут заметить, что в лодке привезли пленника. Из-за старух он спешил вернуться на берег, пока не рассеялся туман. Так вот, Большие Грязюки, где живет Роберт Портянкин, в километре от озера. Местные жители держат лодки на общем причале. На нем всегда полно мужчин и мальчишек, но только не старух. Зато Малые Грязюки у самого озера, и старух здесь хоть отбавляй. Значит, и лодка Роберта Портянкина должна быть здесь! А об остальном, конечно, гадать бесполезно. Преступники могли и на лодке уплыть, и на машине уехать.

– Ты долго еще? – надоело ждать Тычинки ну.

Блинков-младший сел. Он увидел все, что ему было нужно.