Безмолвная. Книга вторая (СИ) - "Константин" - Страница 22

Тем временем, хозяйка квартиры прекращает рыдать. Я слышу как она возится, поднимаясь на ноги и вытирая ладонями заплаканное лицо, идёт к двери. Следую за ней. Спустившись на лифте вниз, девушка выходит во двор. Постояв на пороге и несколько раз вздохнув свежий воздух, она решительно направляется в сторону переулка, и дальше, к проспекту. Решаю, что она идёт на работу, в бассейн, но ошибаюсь. ЁнИль, дойдя до «Кхандундэро», огибает угловую «стекляшку» и подойдя ко входу в штаб-квартиру «JYP», через автоматически распахнувшуюся дверь, заходит внутрь.

Конец седьмой главы.

Глава 8

Сеул, пятое апреля.

«Прёт, как к себе домой» — решаю я, когда девушка проходит рамку металлодетектора на входе. Короткий звуковой сигнал, который та издаёт, видимо, не впечатляет охрану, и никто из двоих крепких парней в униформе не тормозит мою спутницу. Мне, к счастью, никакие преграды не страшны, хотя, звон сильно отдаёт в ушах и на пару секунд размазывает картинку перед глазами. Когда зрение восстанавливается, ЁнИль уже находится возле стойки ресепшна и общается с милой барышней в строгом костюме — сотрудницей агентства.

— Я Пак ЁнИль. Директор ЧиЁн (имя основателя JYP немного изменено. Прим. автора) назначил мне встречу, — протягивая удостоверение личности, произносит визитёрша.

Девушка за стойкой окидывает мимолетным взглядом пластиковую корочку и щёлкает клавишами компьютера, ища нужную информацию. Затем, отрывает взгляд от монитора.

— Да, вам назначено, поднимайтесь, — произносит она и тут же теряет всякий интерес к посетительнице. ЁнИль, на ходу убирая паспорт, направляется к лифтам в глубине холла, жмёт кнопку вызова — одну на всех. Ближайший не заставляет себя ждать, и приветливо распахивает двери. Зайдя внутрь, девушка давит на кнопку нужного этажа где-то посередине пульта, — к сожалению, цифр мне не видно, а считать лень — двери смыкаются и лифт мягко трогается. Пока поднимаемся, каждый из нас занят своим делом. ЁнИль, глянув в настенное зеркало хватается за сумочку и судорожно принимается поправлять макияж; а я раздумываю, кто же такая моя спутница?

Сначала, я был уверен, что она, совершенно левая чувиха, решила стать айдолом и просто прёт напролом, в надежде пройти какой-нибудь отборочный конкурс. Очень часто, в жизни именно так и работает формула успеха — ты идёшь к своей цели, порой игнорируя многие ограничения, что накладывает на тебя общество. Не даром ведь говорят: «Наглость — второе счастье».

Но всё оказалось совсем иначе, подтверждая другую поговорку: «Если кажется, креститься надо». А мне, определённо, слишком много кажется, в последнее время. Особенно, насчёт местных традиций. Хотя, в данном случае, всё очевидно. Девушку спокойно пропустили в святая-святых, да ещё и на запланированную встречу с директором, что может означать лишь одно: она работает в JYP. А иначе и быть не может. Вряд-ли директор крупной компании станет принимать у себя незнакомцев, если только они не потенциальные бизнес-партнёры, или сотрудники государственных ведомств. Ни на кого из вышеперечисленных, моя невольная компаньонка не тянула, а значит, правильно, — наёмный работник. Ну, или любовница, в крайнем случае.

Лифт здесь сквозной. Впустив в одну дверь, он, выпускает нас через другую — противоположную, прямиком в просторный зал приёмной. Выходим и я оглядываюсь. Мой взгляд сразу притягивают панорамные окна в пол. Они открывают превосходный вид на парк и наверняка дают море света. Всегда себе хотел такие в квартиру.

Вдоль стен приёмной расставлены диванчики и офисные стулья, позволяющие ожидающим устроиться с относительным комфортом. А пара столиков, заваленных журналами да большой телевизор на стене скрашивают досуг. Дверь в кабинет директора расположилась справа от входа, а левее, в углу, за полукруглым столом, последним рубежом перед финальным боссом, разместился секретарь.

Мы оказываемся не единственными посетителями. На одном из диванчиков сидят три девушки и о чём-то шепчутся. При виде ЁнИль они дружно замолкают и устремляют на вошедшую взгляды полные холодного презрения. Даже мне, бестелесному, становится не по себе от этих взоров.

— Сонбэ… — между тем, здоровается с ними ЁнИль, коротко кланяясь. Она усаживается на свободный стул, прячет косметичку и замирает, уставившись в окно. Девчонки же, принимаются промывать вошедшей косточки, и из их разговора я узнаю много интересного.

— Это же Ёни, я не обозналась? — наигранно удивлённым голосом спрашивает первая из них. Она картинно прикрывает ладонью рот, но её хорошо слышно из любого угла приёмной. Даже секретарю, делающему вид что ничего не происходит. Впрочем, это не её заботы. Вот если кто-то из присутствующих попробует ворваться в кабинет к директору без приглашения, она встанет непреодолимым заслоном на его пути. А так, болтают и ладно.

— Это точно она. Никак, её из подвала вытащили? Не понимаю, зачем? Ей там безопаснее всего, для окружающих, — отвечает ей вторая девушка.

— Осторожно, девочки, держитесь от неё подальше. Как бы она здесь не начала спотыкаться, — добавляет третья. — Не приведи господи, оказаться на месте Сохи. Я бы не выдержала, постоянно быть прикованной к инвалидному креслу. А Сохи держится!

— Зачем она здесь? — снова вопрошает вторая. — Директор ЧиЁн нас собрал, и тут же эта появляется. Никак воссоединение планирует?

— Я лучше свой контракт съем, чем буду с ней на одной сцене выступать, — подаёт голос первая. Остальные, единогласно поддерживают сие смелое заявление.

Прекращаю слушать болтушек, принявшихся обсуждать потёкший макияж ЁнИль, который, она так и не подправила до конца, и оглядываюсь на свою «знакомую». Та, спохватившись, лезет в сумочку. На свет снова появляется косметичка с небольшим зеркальцем в крышке. Глядя в которое, ЁнИль наспех убирает оставшиеся от слёз следы.

«Буллинг — страшная штука. Что, среди подростков, что у взрослых» — думаю я, разглядывая девушку. И сильнее всего прилетает от коллектива. Вот, ты один из толпы, но стоит совершить проступок, как на тебя ополчаются все. Это в старых, советских фильмах провинившегося, хоть и порицали, но лишь в воспитательных целях. И всегда давали шанс исправиться, поддерживая на этом пути. К сожалению, в действительности всё не так. Если тебя начинают травить, то до конца и не задумываясь о последствиях. До неизбежного финала — избавления от «бельма на глазу». При этом, они становятся не лучше впавшего в немилость человека. И даже, хуже. Особенно, если травля идёт не за проступок, а просто, за какую-либо особенность личности — физическую или психологическую.

ЁнИль не повезло. Из разговора товарок я догадываюсь, что она стала причиной травмирования одной из участниц своей группы. После чего, судя по всему, была из неё выгнана с позором, и впала в немилость как коллектива, так и руководства. Последнее вполне логично, учитывая, что ЁнИль подрабатывает в бассейне, и продолжает мечтать о карьере айдола. Насколько она была популярна и как долго выступала оставалось загадкой. До поры до времени.

Корю себя за то, что пришёл неподготовленным и не разузнал побольше о местных к-поп группах. Наверняка, там будет ответ.

В это время, прерывая, доносящееся с дивана, хихиканье, в приёмную заходят ещё трое. Женщина средних лет и две девушки, возраста присутствовавших айдолов. Болтушки дружно вскакивают со своих мест.

— Аньон хасейо, менеджер ХеМин-сии, — здороваются они чуть-ли не синхронно, и кланяются в сторону ачжумы.

— Аньон, девочки, — кидает та им в ответ и занимает соседний диван. Её безмолвные спутницы скромно усаживаются рядом.

Я же переключаю внимание на происходящее в кабинете у руководства. Ибо в наступившей тишине каких-либо ещё откровений ожидать бесполезно, а ждать аудиенции «за компанию» — скучно.