Безмолвная. Книга вторая (СИ) - "Константин" - Страница 21

[Онни, я раньше никогда не пользовалась косметикой]

Реакция женщины была вполне предсказуемой.

— Правда? Это так мило! Когда у нас будет побольше свободного времени, я обязательно научу тебя ею пользоваться! Ты согласна?

Я улыбнулся в ответ и кивнул. Говорить ей, что тональник, которым она меня намазала, а может, и остальная её косметика, явно не для моей кожи сейчас не имело смысла. Ещё заставлю человека нервничать. Всё позже.

ЁЛин отпила воды, вновь взглянула на юную собеседницу.

— Лира, ты спрашивай. Я готова ответить на все твои вопросы. Может, ты хочешь узнать о… — женщина запнулась, явно собираясь произнести другое слово, но быстро нашла подходящее, — … о мальчиках?

Я, в этот момент, решил последовать примеру онни и тоже отхлебнул из бокала… Хорошо, что не забрызгал ЁЛин и наш стол с едой, вовремя успев отвернуться. Пострадал лишь кафельный пол.

Несколько пар глаз устремили на нас недовольные взоры.

— Поняла, поняла, — вновь подняла руки онни, капитулируя, — о мальчиках мы не говорим.

Она дождалась, пока я закончу промокать салфеткой губы — «Нафиг эту помаду! Что б я ещё… хоть раз…» — и добавила:

— Тогда, может быть, о девочках? Я знаю, многие чураются этой темы, но со мной ты можешь быть откровенна во всём.

Хорошо, что в этот раз мой бокал стоял на столе. Я, конечно, понимаю стремление ЁЛин как можно больше узнать о Лире, а заодно и поиграть в «дочки-матери», но это уже слишком.

[Онни, о сексе мы вообще не говорим] — продемонстрировал я инспекторше свой ответ.

Пару мгновений мы попереглядывались с ЁЛин, а потом, дружно принялись хохотать. Я беззвучно, а онни не стесняясь, во всё горло, чем вызвали новую волну осуждающих взглядов из зала.

— Всё равно, Лира, ты не стесняйся, спрашивай, если что, — сказала ЁЛин, отсмеявшись. — Отношения — это не только секс.

[До своего совершеннолетия я не планирую никаких отношений] — написал я, и хотел было добавить: «и после — тоже», но решил, что ЁЛин не поймёт. Мол, не загадывай!

— Значит, ты хочешь работать? — с улыбкой на губах спросила ЁЛин, возвращаясь к основной теме нашего разговора. — И кем ты хочешь устроиться?

[В Косоне я работала посудомойкой. Для начала — мне подойдёт. Но если найдётся что-то ещё, тоже не откажусь]

— Вот что, — прочитав мою исповедь, ответила ЁЛин. — Давай договоримся. Я приглашу тичера, и если ты сдашь условный экзамен по основным школьным предметам, тогда вернёмся к вопросу твоего трудоустройства. Хорошо?

Думал я недолго.

[Онни, это справедливо. Но если я сдам экзамен, ты, больше никогда не поставишь под сомнения мой выбор]

— Согласна, но наш уговор будет работать в обе стороны, — ожидаемо ответила хитрая инспекторша.

На том и сошлись.

На обратном пути ЁЛин потащила меня в забегаловку неподалёку. На мой безмолвный вопрос она ответила просто:

— Там делают потрясающие чумок-бап (чумок-бап — шарики из риса и различной начинки. Прим. автора). Тебе обязательно понравится! Я возьму побольше, чтобы на завтра осталось. Пообедаешь.

(Забегаловка)

Внутри крошечного, по сравнению с покинутым рестораном, бистро, разделённого стойкой на основной зал и открытую кухню, нас встретила молодая кореянка. Она радостно улыбнулась вошедшим, и её улыбка была отнюдь не дежурной.

— Аньон хасейо, ЁЛин-сии! Вы будете как обычно?

— Аньон, Мина. Я привела тебе новую клиентку. Её зовут ЁнМи. Она, обязательно должна попробовать ваши фирменные начинки! — при этих словах ЁЛин приобняла меня за плечи. — А где СуНа?

— Рада познакомиться, ЁнМи, — Мина бросила в мою сторону мимолётный взгляд, и снова переключила внимание на ЁЛин. — А омони заболела. У неё совсем плохо с ногами.

— Она в больнице? Я могу чем-нибудь помочь? Может, деньгами? — совершенно искренне поинтересовалась моя онни.

— Камсахэё. Омони дома, только ходит с трудом, — ответила девушка.

— Так ты тут одна? Тебе тяжело, наверное…

— Я стараюсь, ЁЛин-сии. Спасибо, что заботитесь обо мне.

— Передай маме, пусть поправляется. А если вдруг ей придётся лечь в больницу, я буду рада помочь.

— Я обязательно передам, ЁЛин-сии. Вы что-нибудь закажете? — тактично намекнула нам девушка об окончании разговора, и заодно напомнила, зачем пришли.

Мои руки оставались свободными, тогда как, онни держала пакет с чумок-бап, чем я и воспользовался, написав короткое:

[ЁнМи? Серьёзно?]

ЁЛин высвободила одну руку, потрепала меня по волосам, чуть было не лишив парика, и с улыбкой на губах произнесла:

Чем тебе не нравится это имя? Так тебя теперь зовут по документам. Привыкай.

* * *

Так что, с утра пораньше, лежу, привыкаю.

По правде говоря, имя мне не нравится. Что ЛиРа, что ЁнМи — все они странные, типично корейские. Лире, больше подойдут славянские или европейские имена. Дарина, например, или какая-нибудь Шарлотта. Только меня забыли спросить. С другой стороны, винить ЁЛин глупо. Она делает всё возможное для моей легализации. Даже на срок себе заработала, подделкой документов. Мне ли нос воротить? Хотя, документы ещё не готовы. ЁЛин обещала закончить с ними в течении недели. Вчера, она сделала мою фотографию в гриме в строгий фас, а после, попросила попозировать, просто так, специально для неё. Пока она щёлкала камерой своего смартфона, в мою головушку пришла гениальная мысль, навеянная процессом:

А что, если мне снять серию коротких видосиков, где Лира будет демонстрировать простые танцевальные движения для начинающих? Из тех, где: «Медленно, медленно, быстро». Я знаю практически все танцевальные стили, и обучающих уроков можно набрать на сотни, если не на тысячи, часов. Ещё в своём мире я насмотрелся подобных, стабильно пользующихся спросом. Не исключено, что здесь это окажется не менее актуальным. Зачем? Да чтобы со скуки не помереть! А если на этом ещё и заработать можно, тогда вообще жир. Надеть что-нибудь обтягивающее, закрывающее тело и лицо, для инкогнито, и вперёд. Назваться, как песня у Татушек — «Простые движения», и выложить на местном ютубе. Если мне удавалось собрать полный зал в местечковом, провинциальном клубе, то здесь, аудитория может достигать сотен миллионов человек! Разумеется, если выстрелит. Осталось за малым — найти на что снимать и во что одеться. И желательно, подходящий для монтажа компьютер, чтобы не использовать чужой.

Поэтому-то, накануне, я терзал свою онни на предмет работы. Мне был необходим стартовый капитал.

Поворочавшись в уютной постели, решаю, что пора оторвать ленивую задницу от матраса и заняться делом. Сказано-сделано. Через десять минут я уже плещусь в ванной, наплевав на всякие предупреждения, насчёт опасности её приёма без надзора. Во-первых, я убеждён, что приступы происходят «по особому поводу», и, если не напрягать котелок, ничего не случится. А во-вторых, утонуть я не боюсь. Проверено. Скорее, наоборот, наполненная водой ванна — самое безопасное для меня место в квартире.

Где, в прошлый раз, парочка занималась сексом, сегодня громко ссорятся. Видимо, уже давно, ибо я застаю финал.

— Сначала разберись в себе, неудачница! — звучит молодой мужской голос. В дверном проёме мелькает и пропадает длинноволосая голова, а за тем, хлопает входная дверь.

«Кажется, кто-то, кого-то бросил» — решаю я, и переключаю внимание на страдалицу. Девчонку узнаю сразу. Я видел её в бассейне. Рассеянную помощницу, мечтающую о карьере айдола. Она уже одета, в руках сумочка и ключи от квартиры. Видимо, собиралась уходить, когда к ней нагрянул бывший, судя по всему, кавалер. А может, вместе собирались куда, но разошлись дорожки.

Девчонка, внезапно, будто из спины вынули стержень, опускается на пол, и заходится в рыданиях. Не в силах чем-либо помочь, тактично ретируюсь, иду на экскурсию по квартире. Компактная однушка. Ничего примечательного, за исключением пары музыкальных инструментов: мелодиатора и акустической гитары, занимающих место возле противоположной от окна стены. Кажись, ЁнИль, вспоминаю я имя девушки, и правда музыкой увлекается.