Исторический криминальный детектив. Компиляция. Книги 1-58 (СИ) - Шарапов Валерий - Страница 1067

Все случилось, когда девчонки из шестого «Б» на уроке труда пололи сорняки на грядках у теплиц. Примерно за десять минут до конца занятия трудовик Иван Анатольевич Волков ушел в теплицу за новыми граблями. Тут-то и появился Акула. Парень вразвалочку зашел за теплицу, достал пачку «Казбека» и небрежно закурил. Ольга Колесникова, которая оказалась ближе всех к нему, спокойно занималась своим делом, не обращала внимания на парня, прохлаждающегося без дела.

– Эй, мелкота, а ну сгоняй до колонки, принеси попить! – крикнул ей Акула.

– В колонке вода холодная, зубы заморозишь! – не отрываясь от грядки, ответила Ольга.

Несколько девчонок, услышав слова одноклассницы, заулыбались.

Акула понял, что над ним смеются, и начал закипать.

– Слышь, белобрысая, а ты ничего не попутала? А ну быстро принесла воды!

– Я тебе не прислуга. Тоже мне, начальник выискался! Тебе надо, ты и иди.

Акула бросил на землю непогасшую папиросу, смачно сплюнул и быстрым шагом направился к дерзкой девчушке. Увидев это, остальные школьницы попятились, а Ольга невозмутимо продолжала полоть сорняки. Акула схватил ее за рукав и рванул на себя с такой силой, что материя затрещала. Ольга зацепилась за сучок, торчащий из земли, рухнула на землю и угодила рукой в навозную кучу.

Акула захохотал, отпустил Ольгин рукав, чуть отступил и заявил:

– Иди за водой, дуреха, пока я тебя по стенке не размазал! Только руки помой, а то они у тебя теперь дерьмом воняют.

Того, что последовало за этим, никто не ждал. Ольга схватила совок, которым она только что рыхлила землю, зачерпнула навоза и швырнула его прямо в лицо Акуле. Комья попали ему в рот и глаза. Акула, матерясь и сплевывая, стал тереть глаза, а потом бросился на Ольгу, схватил ее за волосы и дважды ударил в живот. Девчонки завизжали.

Тут откуда ни возьмись появился Лешка Шитов. Он увидел, как Ольга согнулась пополам и упала на колени, подскочил к Акуле и отпихнул его в сторону.

Тот увидел нового противника, расплылся в хищной улыбке и сказал:

– Ну ты и влип, сучонок! Молись! – Акула сунул руку в карман.

Многие знали, что он постоянно носит там нож.

Однако этот мерзавец застыл, потому что из теплицы вдруг вышел учитель труда Волков.

– Шитов, а тебе чего здесь надо? – строго спросил он.

– Меня историчка к вам послала. У нас там доска упала, вот Надежда Михайловна и попросила у вас гвозди и молоток взять.

– Хорошо, сейчас принесу. А тебе, Акулинин, чего?

Акула выдавил из себя слащавую улыбку и проговорил, придумывая на ходу:

– А меня Надежда Михайловна вслед за ним отправила, велела ему сказать, чтобы он еще и плоскогубцы прихватил.

– Надежда Михайловна? Тебя? Чего ты мне, Акулинин, тут сказки рассказываешь? Опять, поди, курить за теплицу бегал? – Только сейчас трудовик увидел Ольгу, которая все еще не могла распрямиться. – Колесникова, а с тобой-то что приключилось? Ты чего это за живот держишься?

– Она, похоже, крыжовника недозрелого наелась, – тут же заявил Акула. – Вот теперь у нее нутро и скрутило. В медпункт ей нужно. Хотите, я ее провожу?

– Не нужны мне такие провожатые, – заявила Ольга, сверкнула глазами и распрямилась.

– Раз не нужны, то я пойду, – громко проговорил Акула и, проходя мимо Лешки, тихо процедил: – Сегодня после пятого урока на поляне. Не придешь, я тебя на шнурки порежу, заступничек хренов!

– Приду, – так же вполголоса пробормотал Лешка и одарил Акулу ненавидящим взглядом.

О том, что из-за ее сестры будут драться мальчишки, Кате Колесниковой рассказала Зинка Банникова, самая высокая девочка из шестого «Б».

– Сестренка твоя невеличка, а тут из-за нее страсти такие, что мама не горюй! – с легкой завистью проговорила Зинка. – Шитов из-за Ольги с самим Акулой сцепился.

Эта девчонка кратко поведала Кате о заварушке, случившейся сегодня возле теплиц.

Та ужаснулась и спросила:

– Когда они драться хотят?

– После пятого урока. Может, уже начали. Поспеши, если хочешь посмотреть, как твою мелкую сестрицу наша шпана делить будет.

Не удостоив Зинку ответом, Катя выбежала из школы. Она миновала теплицы, хоздвор и вскоре оказалась на поляне, поросшей орешником, где уже собралась немалая толпа.

Мальчишки стояли группами, свалив в общую кучу портфели, набитые учебниками. Они оживленно обменивались мнениями, размахивали руками, изображали удары и воображаемые захваты. Многие курили.

Тюря и Белка подзадоривали толпу. Они уверяли всех в том, что сегодня Шитику придет конец.

Прибежав на поляну, Катя тут же ощутила пронзительные взгляды парней и почувствовала себя белой вороной. Ведь тут собрались практически одни мальчишки. Еще одной девчонкой, явившейся к месту событий, была виновница ссоры двух парней, ее сестра Ольга. Она сидела на старой поваленной осине, держала в руках бумажный кулек и с безмятежным видом лузгала семечки.

Увидев на месте будущей схватки Катю, Белка тут же подошел к ней и строго спросил:

– А ты чего тут забыла? Тебя сюда никто не звал. Проваливай!

Катя глянула на парня снизу вверх, сжала кулачки и выпалила:

– Я за сестрой!

Откуда ни возьмись возле них тут же нарисовался Тюрнин.

Он выдохнул в лицо Кате густое облако дыма и процедил:

– Черта с два! Я Катьку знаю. Если она сейчас отсюда свинтит, то через пять минут тут будет кто-нибудь из учителей! Раз пришла, то пусть смотрит, как Акула Шитика будет на клочки рвать.

– Никого я звать не собираюсь. Заберу Ольгу, и уйду.

– А кто тебе сказал, что я отсюда уходить собираюсь?

Катя услышала эти слова сестры, произнесенные холодным тоном, и резко обернулась.

Ольга закинула в рот очередную семечку, щелкнула ее, выплюнула шелуху, протянула Кате кулек и спросила:

– Будешь?

Та почувствовала, как в груди у нее опять закипала холодная ярость. С самого раннего детства ее буквально бесило холодное равнодушие Ольги ко всем и вся. Эта девчонка даже родную мать ни во что не ставила, не говоря уж о сестре. Только отец мог заставить ее отказаться от чего-либо, если она это задумала.

Катя даже не взглянула на протянутый ей кулек и строго сказала:

– Пойдем отсюда! Нам здесь не место.

– Ты ошибаешься. Я никуда не уйду, пока не увижу, как Шитик по земле размажет этого выродка Акулу. Он мне платье порвал. Из-за него я в дерьмо вляпалась!

Раздался гогот, кто-то присвистнул. Тут все увидели, что по тропинке к поляне идет Леха Шитов. Парень молча бросил в общую кучу свой портфель и огляделся. Он увидел Ольгу, сидевшую на поваленном дереве, и улыбнулся, но девчонка в ответ лишь хмыкнула и поджала губы.

Когда на поляне появился Акула, толпа, изнывающая от ожидания, загудела.

Этот тип снял пиджак, подошел к Лешке и заявил:

– Ну так что, Шит? Еще не поздно извиниться.

– Перебьешься! – ответил Леха и тоже снял пиджак.

Парни вышли на центр поляны, оказались лицом к лицу, Акула едко скалился, в глазах Лехи была пустота. По его лицу было невозможно понять, страшно ему или нет.

Когда противники сошлись на расстояние удара, Катя шагнула к сестре и взяла ее за руку. Ольга вырвалась и отодвинулась. Катя испытала неловкость, ощутив насмешливый взгляд Белки. Он что-то шепнул двум парням, стоявшим рядом с ним, и те захохотали.

Акула сделал шаг вперед, поднял руки и вдруг оступился, припал на правую ногу. Увидев это, Леха бросился на него очертя голову. Это была его ошибка. Акула резко подался вперед, и носок его ботинка врезался в колено Лехи. На лице парня появилась гримаса боли. Акула выбросил кулак, и из Лехиного носа брызнула кровь.

Болельщики разразились неистовыми криками. Все они, прямо как стая волков в ожидании желанной добычи, подались вперед.

– Кончай его! Гаси этого слюнтяя! – заорал Белка, и десятки голосов поддержали его крик.

Увидев на лице противника кровь и ощутив поддержку толпы, Акула бросился вперед. Его удары лились градом. Леха прижал руки к лицу и уворачивался, как только мог.