"-62". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Мусин Ринат - Страница 729

— Не было бы ребёнка — другое бы придумали, — вмешалась Земляна.

— Это какое?

— Да уж какое-нибудь придумали бы! Чай, не в первый раз. Владимир прав — учись.

— Можно я хотя бы на Твари поеду?

Я от неожиданности даже бутерброд жевать перестал. Задумался. Потом пожал плечами.

— Не вижу препятствий. Совладаешь — бери. Только имей в виду: в деревнях Тварь немного дуреет. Становится склонной к разрушениям и пожиранию яиц. Так что смотри, есть неиллюзорная возможность и коней не вернуть, и ещё должным остаться. С Твари спроса никакого, она не охотник и не гражданин Российской Империи. Она — транспортное средство с расширенным функционалом. Спрос, соответственно — с водителя.

— Справлюсь, — пообещал Неофит, у которого, судя по заблестевшим глазам, уже созрел какой-то план.

Я кивнул и вернулся к кофе.

— Сам-то чего делать будешь? — спросил Захар. — Когда пойдём на Кощея?

— Когда Баба Яга подготовку закончит. Она нам навигатор потустороннего мира строит.

— Так-таки сама Яга? — фыркнул Захар.

— Ну да, сама. Я с ней случайно познакомился, когда рога от чёрта искал. Она, кстати, найти помогла в тот раз. С Кощеем у Яги свои тёрки, и, я так понял, против она не будет, если мы Бессмертному башку снесём. То есть, получается, что Яга — не проблема. Проблема — Горыныч. Который, как все мы знаем, в потустороннем мире стережёт Калинов мост через реку Смородину. Есть мнение, общий язык найти не получится. То есть, Горыныча — либо гасить, либо обдурить как-то… Что?

Все присутствовавшие за столом смотрели на меня с широко раскрытыми ртами и глазами. Даже младенец на руках у Груни перестал пищать, раскрыл рот и уставился на меня же.

— Ну чего вы как не родные, — обиделся я. — Опять сейчас начнётся… А я разве виноват? Я ни в чём не виноват. Получилось так.

— Просто так получилось найти Бабу Ягу? — просипел Захар.

— Да не искал я её, говорю же! Искал рога. А тут — она…

— То есть, — откашлявшись, сказал Егор, — к походу в Потусторонний мир ты уже готов?

— Да я-то хоть сейчас. Детали обдумать надо. Ну и тысячу собрать, полагаю, будет нелишним. К тому времени, как Яга всё порешает, как раз ресурсов хватить должно.

— Ты что, уже и Тысячник⁈ — обрушились на меня аж несколько голосов.

— Нет пока, там чуть больше девяти сотен родий осталось. Ну так ещё неделя впереди! Успею.

Егор выронил ложечку. Неофит икнул. Младенец на всякий случай заревел. Земляна перекрестилась. Захар прошептал:

— Да кто ты такой, Владимир⁈

— Попаданец из другого мира.

— Очень смешно.

— Угу. Сам ржу — не могу… Ладно, с вами тут, конечно, хорошо, да только пойду-ка я пока мирными делами позанимаюсь.

Дел у меня хватало и помимо истребления тварей. Например, нужно было решить, что делать с запасом банок в сарае. Вариант один — грохнуть их Костомолкой и получить все необходимые родии разом. Потом всё, что осталось, можно будет утилизировать и забыть. Это — один вариант, неплохой.

Другой вариант — собрать туеву хучу разрушителей… Ну как — хучу? Тут не факт. Тут, чтобы убедиться, надо вскрывать все банки и составлять по частям, смотреть. Может, в действительности там пять-шесть разрушителей выйдет укомплектованных. Их отдать Ползунову в сборку, а остальное — Костомолкой. Второй вариант.

Третий — такой же, как второй, только без Костомолки. Вытащить сборщика из Потустороннего мира обратно в реальный, продолжить раскопки в Пекле, найти там кучу недостающих частей и собрать уже по-настоящему огромную армию. Это — работа вдолгую.

И, может, я и выбрал бы третий вариант. Если бы не прозябающая в плену у Кощея Катерина Матвеевна. Дама в беде — это вам не это. Тут реагировать надо. Но не суетно, а спокойно. Так, чтобы потом в Потустороннем мире обо мне легенды складывали, чтобы черти чертят моим именем пугали.

Разрушитель против чертей показал себя очень хорошо. Но то было в нашем мире. А как оно пойдёт в Потустороннем — неизвестно. Что я сам в ранге Тысячника, да с поддержкой тысячи там устрою апокалипсис в миниатюре — в этом не сомневаюсь. А вот заслать туда армию Разрушителей и увидеть, как они тихонечко обсираются — было бы неприятно.

Короче, тут я пока ещё думал. А пока думал, занялся насущными делами. Переместился в свой оплот.

— Доложи обстановку, — велел Алексею, упав на стул в комнате приёма костей.

— Сдают потихоньку, — отрапортовал тот. — Пока мало. Ну, так зима же. Да и не привыкли. Кости я каждое утро в государственный приёмник отношу, покуда шкафа железного нету. Но скоро уж должны привезти, Захар обещал.

— Это ты молодец. Вот, прими-ка и у меня.

Алексей с важным видом принял кости, оставшиеся от превратившегося в ворон колдуна, отсчитал мне деньги. Я кивнул, но забирать не стал.

— Это — на образование.

— На что?

— Брейгель тут? Чем занимается?

— Лясы точит, клиентов ищет.

— Молодец. Самое время вспомнить, для чего я всё это затеял. Надо организовать в оплоте по вечерам что-то такое, чтобы охотники посещали с интересом. Но без спиртного. Подумай. Может, суп бесплатно раздавать, или пиццу. Главное же, Брейгель будет учить народ финансовой грамотности.

— Ты говорил.

— А теперь повторяю. Короче, продукту нужна упаковка! УТП, реклама. Ещё было бы неплохо, если бы Брейгель образовательную программу накидал и мне передал на утверждение. За это он, разумеется, будет получать жалование. По сумме — сторгуйтесь. Прогибаться перед ним не вздумай! Заряжает сто — смело предлагай один. Приемлемый вариант будет где-то между пятью и десятью. Пропорции понятны?

— Понял. Уж торговаться я умею.

— Не сомневался в тебе.

— А с бабкой Мстиславой как быть?

— А что с ней?

— Так она без всякой программы и жалованья каждый день выступает, про подвиги рассказывает. А охотники и рады! Сидят, слушают, рты разинув. Во, слышишь?

Из-за закрытой двери донесся приглушенный смех.

— В столовой они сидят, — объяснил Алексей. — Там больше всего места.

— То есть, Мстислава прямо сейчас выступает?

— Ну да. О чём и говорю.

— А ну, пойдём послушаем.

Мы вышли из приёмного пункта, Алексей не забыл запереть за нами дверь. Это он правильно. Здесь, в оплоте, конечно, все свои, но мало ли какой бессмертный воришка по улице проходить будет.

Пока мы шли по коридору, из столовой снова грянул смех.

— … тут она, тварюга, возьми да обернись змеёю подколодной! — воодушевленно рассказывала Мстислава. — Да какою огромной! Десятнику нашему — в ногу толщиной. А я ей и говорю: хитра ты, ведьма, а только от смерти всё одно не уползёшь. А ежели думаешь, что краше сейчас стала, то ты не просто дура, а слепая дура! Мужики на тебя и прежде-то без колдовства глядеть не хотели, а теперь и колдовство не поможет. Так и помрёшь неласканая.

Охотники захохотали.

— Ну и как же вы с нею сладили? — азартно перебил смех незнакомый голос.

— А вот угадайте.

Мстислава демонстративно уселась на один из столов и сложила руки на груди. Увидела в дверях меня, погрозила пальцем: не подсказывай, мол. Излишняя предосторожность, подсказывать я не собирался. Но важно кивнул, что понял.

— Змею — Костомолкой, — сказал один из охотников.

Он был не из моего ордена, однако лицо показалось знакомым. Всего в столовой, помимо Мстиславы, сидело семь охотников. Трое — моих, двое из ордена Падающих Звёзд, еще двоих я не знал. Пореченские, наверное.

— Тю! Костомолкой, — откликнулся другой охотник. — Змеюка — это тебе не волкодлак. Длинная, падла, поди её раскатай целиком.

— Всю не раскатаешь. Ежели ведьма, так она тут же и поднимется, — подтвердил третий.

— А как же тогда? Мечом башку срубить?

— Прирастёт.

— А Красным петухом если?

— Высшую-то тварь? Сколько ты её жечь будешь? За это время от тебя самого мокрого места не останется.

— Думайте! — прикрикнула Мстислава. — Али головы вам только за тем, чтобы мёд-пиво жрать? Соображайте!