Сухой закон 2 (СИ) - Дорохов Михаил Анатольевич - Страница 32

Я, не спеша, перебрался на место водителя. Завёл Паккард и поехал по улице. Как там говорят: «Иногда лучше пусть одна рука твоя не знает — что делает другая»? Нет уж! Я приеду сюда через время. И снова на пороге окажется конверт. И снова я увижу эту женщину в чёрном. Пусть это поможет мне не свернуть с нужного пути и не потерять своё лицо.

Синий Паккард медленно проехал мимо почтового ящика, на котором висел похоронный венок и сверкала выбитая надпись. «Офицеру Ли Куперу. Пропал без вести при исполнении долга. Считается погибшим»…

От грустного к позитивному. Нейросеть так увидела Ксению-Кристину — агента Коминтерна. Мне понравилось))) А Вам?

Глава 14

Вынужденные меры

Уважаемые читатели, прошу прощения за долгое отсутствие из-за ситуаций, сложившихся в последние 5 месяцев жизни. Куда я пропал? Если кратко, то с сентября и до Нового года из-за болезней и лечения пробыл на работе 1,5 месяца от силы. Подкошенное здоровье, изменения в деятельности, смерть родственников — всё это за это время. Масса командировок по выходу из всего этого. Прошу у Вас прощения за такую гигантскую задержку. Очень благодарен тем, кто поддерживал в личке и под книгой, несмотря ни на что. Вам я ещё напишу отдельно! И я очень благодарен тем, кто купил книги — без этих средств протянуть в месяцы до Нового года было бы в разы сложнее! Надеюсь, что не разочарую тех, кто ждал, и даже тех, кто негодовал по поводу такого простоя. Написанные главы будут выходить большие, по паре-тройке в день и сразу после редакта в течение нескольких дней.

Краткое содержание вставил в блог https://author.today/post/628385 для подписчиков. Прошу ознакомиться! Также в новые главы будут вплетены некоторые отсылки, чтобы быстрее вспомнить всех персонажей и их «функционал».

* * *

Отель «Плейс» смотрел прямо на Центральный парк Нью-Йорка. Фешенебельное место, сейчас это был девятиэтажный дом с номерами, в которых чаще всего останавливались политики, магнаты и бизнесмены, а они любили тишину и уединённость. Молодёжь здесь бывала редко. Двадцатые наступили только пару дней назад, но характер, за которые их прозовут «ревущими», уже проявлялся вовсю в поведении набриолиненых тусовщиков. Здесь, в укромном уголке центра города, время пока было не властно.

В шестидесятые это здание выкупит фирма «Хайят», добавит к названию своё, достроит ещё тридцать пять этажей и превратит один из первых больших домов Нью-Йорка в обезличенный бежевый мини-небоскрёб. Они вообще будут скупать все подряд по миру, из-за чего некоторые будут путаться и думать, что «Хайят» это разновидность гостиницы.

Швейцар открыл мне массивную деревянную резную дверь в полтора человеческих роста, и я ступил в просторное фойе. Прошёл мимо длинной лакированной стойки администратора из тёмного дерева, жестом остановив уже было набравшего для вопроса воздуха портье.

Холл высотой в пять этажей с огромной люстрой, бордовые дорожки среди оттенков нежно-голубых портьер вдоль ниш, закрытых деревянными панелями. Небольшие изящные бра над журнальными столиками вдоль стены для посетителей. Пара мужчин в дорогих костюмах удобно расположилась в креслах рядом с ними, и пили кофе, ожидая свой багаж. Один из них махнул по мне ленивым взглядом, но я отметил это про себя. Вдруг Кристина пришла не одна. От этих подпольщиков можно ожидать что угодно.

Саму то ли провинциалку, то ли эмигрантку, то ли беглую княжну я нашёл в кафе, отгороженном символическим барьером из красных бархатных «цепочек» между столбиками. Блондинка сидела, закинув ногу на ногу, и тянула чай, тремя пальчиками придерживая небольшую пиалу. Где её только раздобыли — непонятно. На девушке было строгое тёмное платье на старый манер с двойными юбками. Короткая шубка расположилась на соседнем кресле, будто намекая нежелательным собеседникам, что дама уже скоро покинет сие заведение и заводить знакомство или хотя бы разговор — не намерена.

Я снял шляпу с лёгким поклоном и положил её на колено, устроившись в кресле поудобнее под недовольные взгляды двух мужчин, исподтишка рассматривающих красавицу, но не решившихся с ней заговорить.

— Не боитесь лишнего внимания? — кивком указал я на пиалу с улыбкой, — Или вам не нужно скрывать своего происхождения?

Кристина улыбнулась, обнажив белоснежные ровные зубки, словно слегка оскалилась.

— Нет, и даже предложу вам, Алексей, перейти на родной язык.

— Что же, было бы приятно… — перешёл я на русский.

— Видите ли, мне не нужно как Фролу изображать из себя то одну личность, то вторую, то третью, — тихо произнесла она.

— А он так делает? — деланно удивился я.

— И весь успешно. Вы же не замечали Фрола, когда он наблюдал за вами и вашими друзьями. Раз, два, три, а может, и больше… — повела бровью блондинка.

Я скрипнул зубами. Действительно, как бы мы ни старались, ничего такого никто и не заметил. Может быть, слежку заметил бы Илья Митрич… Но, я пока держал его как туз в рукаве, выпустив только один раз, когда нужно было взорвать машину с «собирателями дани» Горского. С подобными талантами такого человека светить лишний раз не стоило.

Рядом неслышно материализовался официант, и я коротко заказал кофе и пару сливочных круассанов. Как только он испарился, Кристина-Ксения снова заговорила:

— Вы принесли деньги?

Я похлопал ладонью по саквояжу, который поставил на кресло рядом.

— Хорошо… — удовлетворительно кивнула девушка.

— Пересчитывать не будете? — иронизировал я.

— А нужно? — состроила обиженную гримаску Кристина, — Вы что, обманите честную девушку? Мы же не имеем друг от друга никаких тайн и ничего не скрываем, ведь так?

Пришёл мой черёд смеяться. Слышать такое от агента Коминтерна в самом сердце капиталистического мира — уже как готовый анекдот. Но девушку поспешил заверить:

— Нет. Вы назвали сумму, я её принёс. Все как договаривались. Это же вроде так работает? — сбился я на каламбур. Сейчас Гай Ричи мне бы поаплодировал за эту цитату.

— Всё так. Вопрос в другом — что дальше? — пристально посмотрела на меня Кристина и выпрямилась в кресле, оставив пиалу. Грудь натянула платье. За дальним столиком отчётливо послышался вздох тех двух нерешительных джентльменов.

На Алексея, которому едва стукнуло восемнадцать, это произвело бы разительный эффект вкупе с прекрасными чертами лица шпионки. Но не на Ивана Романовича, который уже честно отсчитал больше сорока лет в прошлой жизни и теперь «сидел» в теле молодого русского эмигранта.

Вопрос был словно бы двусмысленным. Но Кристина так говорила, что я бы не посмел сейчас перейти напрямую к каким-то личным предпочтениям интимного характера. Время не то сейчас, чтобы напрямую в лоб предлагать что-то.

— А дальше я попрошу вас об услуге, — ответил я, наблюдая за её реакцией.

Бровь девушки изумлённо поползла вверх:

— Насколько мне известно, вы хотели разделаться с денежным вопросом и больше «нас не видеть».

— Обстоятельства изменились. Да и, признаться, сначала нужно оценить возможности вашей организации, — развёл я руками.

Девушка нахмурилась, но в этот момент мне принесли кофе и выпечку. У неё было время переварить мой провокационный вопрос.

— У нас достаточно обширные…

— Это я уже слышал от Фрола. Вы простите мою бестактность и то, что я вас перебил, угощайтесь… — я пододвинул тарелку с нежным хрустящим круассаном поближе к красавице, — Не стоит беспокоиться, такую фигуру ничем не испортить — я уверен!

Даже мелочи выбивают людей из колеи, даже если они максимально собраны и опытны. Сейчас я переводил шпионку с серьёзного вопроса на уровень дружеской болтовни ни о чём. О еде, о кофе, о погоде.