Тайна дважды убитой (СИ) - Грошев Григорий - Страница 9

— Обойдусь без оружия, — буркнул сыщик. Зная, что ему придётся посещать атташе, револьвер он оставил дома, в сейфе. — Будем ещё каждого лихача со стрельбою брать!

— Резонно, — кивнул следователь. — Однако же, я свой «Глок» прихвачу. На всякий случай.

Они сели в служебный автомобиль. Незыблемое правило, что ввели ещё при Николае Третьем, продолжало своё действие. Никаких заграничных моторов на службе! Впрочем, сам государь во время своего правления разъезжал то на «Паккарде», то на «Ровере». Преемница от него не отставала — «Мерседес», «Феррари», «Альфа Ромео». Служебная машина марки «Екатерина Вторая» уже ждала господ полицейских.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Макар, — обратился к водителю Фёдор. — Столыпинский округ известен тебе?

— А то как же! — ответил Макар. — Чай, не из села будем!

— Поезжай на улицу Плевако, — распорядился Иванов, и водитель плавно тронулся с места. — Нам надобно пятнадцатый дом. Это большой особняк с белыми колоннами. Только ты к нему близко не подбирайся. Встань в начале квартала. У полицейской сторожки.

— Как прикажете.

Ехать пришлось недолго. Центральное управление располагалось в каких-то пятнадцати минутах езды от границы Столыпинского округа. У «Екатерины Второй» была на удивление жёсткая подвеска, а передачи переключались рывками. Фёдора даже немного укачало от такой езды, зато Святослав, привыкший к транспорту похуже, чувствовал себя неплохо.

— Зря вы китель надели, — покачал головой Святослав. — Ежели заметят нас?

— Подумают, что мы патрульного прибыли проведать, — ответил Иванов. — Ну-ка, дай ордер. Надобно на ошибки проверить.

Святослав передал документ. Таков был Её Величества старший следователь по особым поручениям и делам. Каждую бумагу проверял с особым тщанием. Михаил Иванович пользовался самой современной печатной машинкой. Текст сначала набирали на специальном табло и лишь затем запускали на бумагу. Так можно было исправить ошибку, вовремя её заметив.

— Михаил Иванович адрес перепутал, — покачал головой Фёдор. — Смотри-ка, шестнадцатый дом. А нам надобно пятнадцатый.

— Подумаешь, — махнул рукой Святослав. — Ордер он и есть ордер.

— Проверять надо, детектив! — укорил его следователь. — С таким в дом нам не войти.

— Рискнём, — буркнул сыщик, покраснев. Фамилию и год рождения он за судьёй проверил, а номер дома не догадался.

Приехали. Вышли. Под сенью лип прошли к роскошному особняку. Святослав залюбовался аккуратным зданием. Абсолютно белый фасад. Высокие окна, обрамлённые лепниной. Колонны на террасе. Высокий кованый забор, увенчанный пиками. Калитка, способная выдержать столкновение с небольшим танком. За зелёными насаждениями, должно быть, ухаживала целая гильдия садовников.

Фёдор нажал на звонок. Дворянин-с! Это в дом простолюдина (простите, разночинца) можно ворваться, выломав дверь. Аристократия свои права знает. А потому полагалось нажать на звонок как минимум трижды, прежде чем пытаться проникнуть внутрь без спроса. Из дома сначала вышел улыбчивый слуга, сделал несколько шагов навстречу, а потом — сморщился и опрометью бросился обратно.

— Ждут-с, — съязвил Иванов и нажал на звонок ещё раз.

Из особняка выпорхнул высокий, широкоплечий мужчина. Сразу видно, что его оторвали от домашнего безделья. Из одежды — лишь тонкий шёлковый халат. При ходьбе становилось заметно, что нижнего белья сей житель не носил. Святослав сконфузился и пытался не смотреть туда, где у этого господина был повязан пояс.

— Мать честная! — сказал детектив, когда владелец коттеджа неспешно приблизился к ним.

— Знакомы? — удивился Фёдор.

— Видел давеча.

Недаром говорят, что Москва — одно большое село. Калитку открыл детина, тот самый, что день назад прицепился к Святославу в Красном квартале. Высокий, статный, он могучим туловищем начисто перекрыл проход в жилище. Фёдор сделал небрежный жест, и детектив извлёк из своей папки ордер. Продемонстрировал хозяину дома. Тот быстро пробежал по строчкам — и тут же переменился в лице.

— Как вы смеете подозревать в чём-либо моего благородного брата? — прокричал он. — Братца моего благородного! Дмитрия моего дорогого. ДМИТРИЯ!

— Сударь, не кричите и освободите проход, — потребовал Святослав. Федор молчал.

— Я с места не сдвинусь, слышите? — сказал он. — Пока вы мне не объясните, какого черта забыли в доме моего отца. И чего хотите от ДМИТРИЯ!

— Мы официальные лица, молодой человек, — продолжал настаивать Святослав. — У нас…

— Вы — пыль! — прокричал детина. — Грязь под моими ногтями, понятно? Убирайтесь вон. Покуда я не вызвал настоящих полицейских, а не эти ваши потешные войска!

Фёдор хмыкнул. Надевая свой парадный китель, он отчего-то рассчитывал на другой приём. Стояла прекрасная летняя погода. Именно такая, что бывает в августе в Москве. Скоро, скоро начнутся беспробудные осенние дожди…

Святослав хотел сказать что-то ещё про ордер и законы. Про необходимость соблюдать уложения Её Величества. Однако же, напор мужчины в бесстыдном одеянии начисто лишил его аргументов. И едва сыщик набрал в лёгкие воздуха, как за руку его схватил Иванов и громко крикнул, показывая вглубь участка:

— Уходит, негодяй! Уходит!

Через высокий забор с острыми пиками, что обрамлял участок, перелезал он. Двадцатипятилетний юноша со светлыми волосами. И, как можно догадаться, с хорошим слухом.

Глава 10. Сбежит или нет?

Профессия детектива в Москве не считалась престижной. Русский народ относился к полиции с недоверием, а порой — с ожесточением. Императрица же не хотела наделять сыщиков чрезвычайными полномочиями и делать их неприкасаемыми. Эксперты видели в таком решении тонкий расчёт.

Впрочем, насилие в отношении полицейского каралось строго. А убийство человека в форме и вовсе считалось посягательством на основы Империи.

«Противоречия и конфликты надобно разрешать переговором, а не перестрелкою», — говорила по этому поводу Екатерина Третья. И ставила в пример полицию Великобритании, где у копов не было даже нормального огнестрельного оружия. Однако же, что ты будешь делать, если твой клиент самым бесстыдным образом бежит прочь?

Святослав бросился за ним и неловко перемахнул через ограждение, едва не насадив свой зад на пику. Пробежал по японскому саду за преступником. Буксовал на гравии, едва не рухнул в водоём. Перепрыгнул через мостик, когда Дмитрий Горелов, коего преследовал сыщик, уже перескочил на следующий участок.

Здесь, напротив, всё было оформлено в старорусском стиле. Особняк — сруб из огромных стволов, по полуметру в диаметре. Резные ставни. Всюду — скульптуры, высеченные из древесины чьими-то умелыми руками. При другой возможности Святослав бы непременно залюбовался такой красотой.

Но у него возникли проблемы посерьёзнее, чем бегущий клиент. Раздался рык, а потом — лай, похожий на выстрелы из дробовика. Показались псы исполинских размеров. И вот они оба, Святослав и Дмитрий, неслись прочь от двух гигантских алабаев. Перемахнули через другое ограждение. Преступник опять вырвался вперёд. Дальше — участок любителя путешествий. Миниатюра Эйфелевой башни. Крошечная копия Колизея. Реплика Статуи Свободы и много других интересных вещей.

— Стой! — прокричал Святослав. — Именем Императрицы приказываю остановиться!

— Всенепременно! — ответил Дмитрий, не оборачиваясь, и ускорил свой бег.

Следующий участок. Должно быть, купец. Ничего примечательного, одни лишь тюки да коробки, лукошки да бочки с разными товарами. Убивец на ходу переворачивал их, Святославу приходилось прыгать. Он едва не поскользнулся на грецких орехах, с трудом удержав равновесие.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Новое ограждение. Через него сыщик перемахнул, играючи: размялся. Наконец, улица. Столыпинский округ широк: это вам не какие-то трущобы. Четыре машины проедут в ряд по дороге. Добротный асфальт, бордюры, водосток. Сыщик ускорился, отбивая чечётку в служебных туфлях, и нагнал преступника. Но тот, коварный, в последний момент развернулся и выставил кулак.