Училка моего сына (СИ) - Лав Натали - Страница 6

Мне нужно пять минут. Пять минут наедине с собой. Анализирую всё, что только что случилось, но о Кабириных стараюсь не думать - они выступают единым фронтом. Кирилл - такой, каким его воспитал отец. Расчёта при увольнении должно хватить на платёж по ипотеке. А дальше - дальше взрослая девочка Лия возьмётся за любую работу, которая ей позволит оплачивать счета.

Захар

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

На пару с директором смотрим на захлопнувшуюся с громким стуком за девушкой дверь.

Потом директор надсадно вздыхает и грустно-грустно спрашивает:

- Уволить?

Смотрю на него, а он - на меня.

- Профессионализма в девочке маловато. Да и - какие ей одиннадцатиклассники? Она сама еще... соплячка, - всё-таки озвучиваю это вслух.

- Лия Сергеевна очень хорошо знает свой предмет! - неожиданно с жаром заступается за обнаглевшую мышь директор.

- Юрий Семёнович, ну, что она знает? Чему она их учит хоть?

- Русский язык и литература...

- Тургеневская барышня... - оцениваю я, - Вы же сами знаете, какие у вас ребята. Вы её лучше на первоклашек переставьте. А здоровенным лбам мужика бы надо. И такого, чтоб они об него зубы сломали, а не вот это - в рюшечках.

- Могу оставить девушку работать? Не будете жаловаться? - директору очень не хочется снова заниматься подбором кадров.

- Да оставляйте! - машу я рукой.

Причина такой покладистости у меня проста - я хочу увидеть девушку еще раз. Хотя, кажется, и я, и мой сын произвели на неё скорее отталкивающее впечатление, чем заинтересовали. Но от ненависти до любви, как известно, всего один шаг.

- С Кириллом я вопрос решу, - обещаю директору.

Только вот это оказывается не так просто - отпрыск словно с цепи срывается - не приходит ночевать, пропускает школу, бухает, участвует в гонках и шлёт меня на хер. И я понять не могу, какая муха его укусила.

Лия

С директором мы встречаемся вечером.

Он очень недоволен.

- Выгоните теперь? - спрашиваю, не желая юлить.

- Если бы Захар Матвеевич потребовал бы - выгнал, - он даже не пытается ничего смягчать, - Вы, Лия Сергеевна, хоть соображаете, что и кому говорите?! Да Кабирин вас на хлеб намажет и в таком виде и сожрёт! Пора взрослеть! Вы - не в идеальном мире, а настоящий - он вот такой... Весьма уродливый...

- Ну что же теперь? Пусть Кирилл и дальше измывается над другими детьми? Надо мной? И пусть всё ему благополучно с рук сходит? - я не могу смириться с таким "уродливым" миром. Не хочу с ним мириться! Это тоже моё право.

- Захар Матвеевич обещал, что Кирилл перестанет хулиганить... - из уст директора это звучит так по-детски.

Наивно. И я в это не верю.

- Вы сами-то в это верите? - с тихой грустью спрашиваю у Юрия Семёновича.

- Ступайте домой, Лия Сергеевна. Всё буде в порядке.

В каком-то смысле так и становится, но вовсе не потому что грозному олигарху удалось справиться с сыном. Просто сын практически перестал появляться в школе, а если и появляется, то отсыпается на задней парте. Иногда распространяя ощутимый запах перегара.

Но тут уж я действую по поговорке: "Не тронь лихо, пока спит тихо".

Только и это не помогает.

В один из дней возвращаясь в кабинет, в котором у меня должен быть урок литературы с 11а, слышу громкий плач. Сердце сжимается от предчувствия беды.

Залетаю в класс.

Глава 6

Глава 6

Лия

От увиденной картины мороз ползёт по спине. Одна из учениц - Нина на полу, практически на четвереньках. Она и плачет. Пол вокруг неё как-то подозрительно блестит, но я не придаю этому значения.

- Что стряслось-то? - вырывается у меня взволнованно, и я направляюсь к девушке, чтобы помочь ей подняться.

В классе становится как-то подозрительно тихо. Слышен лишь плач Нины.

Сделав пару шагов, подскальзываюсь, потому что пол очень скользкий. И, наверное, я бы улетела следом за Ниной, но меня ловит один из приятелей Кирилла - Влад.

- Осторожней, Лия Сергеевна! А то расшибётесь...

Мальчики в классе у нас все как на подбор. Рослые, крепкие. И Влад не исключение, поэтому он без труда поднимает меня за талию обеими руками и переставляет на безопасное расстояние от подозрительного пятна.

- Что случилось? - повторяю я свой вопрос.

- Нина упала... - поясняет её подруга - Вероника.

- Ей помочь надо. Сейчас, Нин... - произношу я, ломая голову, как приблизиться к пострадавшей девочке и не растянуться на скользком полу.

- А пусть ползёт! - раздается в дверном проёме голос Кабирина-младшего, - Ползи, Нинок! Ползи! Таков твой путь на свободу...

Разворачиваюсь. Я против насилия... Не приемлю его ни в какой форме. Но сейчас... Такого желания ударить человека я никогда не испытывала в своей жизни до этого мига.

- Замолчи, Кирилл! - требую у этого неандертальца сквозь сжатые зубы.

Нина начинает плакать еще сильнее из-за того, что он над ней издевается. Некоторые дети на стороне Кирилла, усмехаются, издают смешки, негромко переговариваются, начинают снимать происходящее на смартфоны.

- Да что ж ты неуклюжая такая! - не успокаивается богатый говнюк.

У меня от всего этого быстро рождается в голове идея, как помочь Нине встать.

- Нина, я сейчас! - говорю девочке, чтобы её приободрить и бросаюсь прочь из кабинета, отталкивая Кабирина с прохода.

Еще и шиплю на него:

- Заткнись же ты уже!

Он недобро усмехается. Пять минут у меня уходит на то, чтобы найти тряпку. С ней я возвращаюсь в класс, кидаю её на пол. Нина уже перестала плакать. По тряпке, расстеленной на полу, подхожу к Нине и помогаю ей встать. Сердце сжимается, когда вижу стесанные в кровь колени девушки.

Остальные ученики примолкают.

- Убрали телефоны! - рявкаю на них, забыв про всё на свете.

Усаживаю девушку на стул.

- Медсестру позовите... - прошу остальных.

- Ой, да чего ей медсестру-то... Из-за пары царапин, - Кирилла сегодня прёт.

И в этот момент мне становится откровенно плевать и на работу здесь, и на его могущественного отца.

Особенно, когда подруга Нины Вероника не выдерживает и кричит на Кабирина:

- Чего ржёшь, придурок? Это ты масло машинное тут разлил! Из-за тебя Нина упала и расшиблась!

- Ну я! И что с того? - он даже не отпирается.

Сволочь малолетняя! Как же можно быть таким уродом, я не понимаю?!

- Кирилл... Пошёл вон! - я снова повышаю голос.

- Да пожалуйста! - огрызается он.

И уходит из класса. Без него даже его приятели ведут себя смирно. Приходит медсестра, оказывает Нине необходимую помощь.

Приходится звонить её родителям... В нашем кабинете появляется и директор, который опять ничего не предпринимает.

Уже после того, как всё улеглось, нахожу его сама. С трудом. Похоже, он от меня прячется.

- Вы меры принимать какие-то будете? - спрашиваю у него с вызовом, после того, как в красках описываю случившееся

- Я позвоню отцу Кирилла...

- Вы ему уже звонили. Вы, что, планируете дождаться, когда этот недочеловек кого-нибудь искалечит?

Директор включает руководителя и мужика:

- Лия Сергеевна, не вмешивайтесь. Я сам разберусь...

Я киваю и ухожу, но о случившемся сообщаю в отдел полиции, к территории которого мы относимся. Это как раз вовремя, потому что родители Нины тоже решили не замалчивать инцидент и обратились туда с заявлением.

Меня вызывают в полицию, и я еду, потому что сил терпеть всё это - нет. Там подробно описываю художества Кирилла Захаровича, надеясь, что хоть таким способом его удастся приструнить.

Когда покидаю отдел, то внизу в холле сталкиваюсь уже с обоими Кабириными - и старшим, и младшим. Младший делает вид, что меня в упор не видит. Зато старший полосует таким взглядом, что без слов понятно, что единственное что ему сейчас хочется - это свернуть мне шею.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Правда, по наивности, которой у меня пруд пруди, я не воспринимаю его взгляды, как угрозу. Хотя следовало бы.