Училка моего сына (СИ) - Лав Натали - Страница 17

Это не как мне - пошёл вон! Не пиши, не звони, имя моё забудь! Я бы рад! Как я бы был рад этому...

И не вижу я ни хрена для себя...

Это сносит остатки разума.

- Кирилл, Кирилл... - отвечаю я ей.

И подхватив за локоть, запихиваю в тачку. Она даже не сопротивляется... Дура...

Я мгновенно сам оказываюсь на водительском месте, блокирую двери, вжимаю педаль газа.

- Кирилл... Ты что творишь? - неверяще шепчет Майка.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

И глазами лицо моё ощупывает. Я бы тоже на неё пялился. Да только вот несусь на бешеной скорости. Потому что чувствую, что не так много времени у меня. Папины шавки ищут. Майку-то вряд ли кто пока хватится. Друг её очнётся, может, тогда кипиш поднимет.

- А что? - ржу я, словно придурок, - Соскучился. Вот в гости приехал... А ты с другим. Как так-то, Май? А верность? Идеалы? Всё - по боку? Главное, чтобы мальчик хороший за тобой ухаживал и маме твоей нравился? Да?

- Кирилл! - в голосе Майки звенят требовательные нотки, - Ты - свихнулся! Отвези меня обратно! Немедленно! Меня там...

И осекается.

- Что, Маюш? Ушлёпок тебя там тебя твой ждёт? Так я ему нашел занятие, не переживай!

- Что ты сделал с Мишей?! - кричит на меня и рукой лупит.

Машину ведёт на встречку. Благо, мы уже за городом, и я успеваю вырулить обратно на свою полосу.

- Чего творишь?! - вызверяюсь я на завизжавшую девчонку, - Сама больная! Угробишь нас обоих! И не дождётся тебя твой Миша!

Притихает. Только дрожит. Как заяц под кустом.

А меня прёт - прёт от всей ситуации. Она - со мной. Больше никого вокруг нет. Можно не притворяться. Можно никого из себя не строить. Можно быть самим собой.

Заезжаю во двор, глушу двигатель.

- Вот мы приехали. Выходи, - разговариваю нормально.

- Кирилл, отвези меня, пожалуйста, домой. Я не хочу здесь находиться, - тоже перестала кричать. Просит. Думает, что тихим голосом и смиренным видом что-то изменит.

Но для меня пути назад уже нет.

Его не было уже тогда, когда я всё это придумал.

- Выходи, Маюш. Давай хоть поговорим. Столько времени не виделись. Почти не общались...

Вскидывает на меня мятежный взгляд. Кажется, что сейчас дикой кошкой в лицо вцепится.

- Выходи! - повторяю я словно заведенный.

- Ладно! - выкрикивает тут же.

Ни фига она не спокойна.

- Хочешь поговорить - давай поговорим! - выскакивает из машины.

Тут же бросает взгляд на ворота, через которые мы заезжали. Но тут всё на электронике.

- Не, ничего у тебя не выйдет. Всё заперто. Только, если через забор. Если сможешь. Я тебе даже мешать не буду. Постою, посмотрю, за тебя поболею. Если получится - даже отпущу, - не шучу.

Забор здесь - я, наверное, через него не перелезу.

- Мерзавец! - подскакивает ко мне.

И пробует отвесить пощечину. перехватываю за руку.

- А вот так вот - не надо!

Глава 18

Глава 18

Майя

Ненормальный... Козёл! Как посмел?! Ведь не думает же, что ему за это ничего не будет?!

И я - тоже ненормальная... Так жутко это осознавать. Потому что... Потому что я в лицо его всматриваюсь, в каждую черточку. И так прикоснуться хочется... Не пощечину отвесить. А... Пальцами по щеке провести...

Да пощечину отвесить Кирилл мне и не дал.

Перехватил за запястье. Держит. И в глаза смотрит... Так смотрит, будто душу вынимает из меня.

И я смотрю. Только не в глаза. В глаза - страшно. В его глазах бездна. И я не хочу туда.

А вот на лицо - да, смотрю, и взгляд оторвать не получается. Повзрослел... Возмужал. Красивый какой...

Особенно сейчас, когда такой бешеный.

Грудная клетка вздымается и опадает, это видно, потому что куртка расстегнута. Дыхание с шумом вырывается.

И у него. И у меня.

А я... Я с каким-то ужасом осознаю, насколько скучала по нему, по этому невозможному мальчишке. Хотя нет - не мальчишка он уже. Юноша... Почти мужчина.

Какой Миша? Он и толики этих чувств во мне не будил. И ехать с ним на вечеринку я не хотела. Он бы стал настаивать на близости, а я... Сейчас глядя на Кирилла, могу позволить себе быть честной - я не хочу Мишу. Да, он - хороший, да, у него масса достоинств, да, я всё это время твердила себе, что нужно двигаться вперед.

Только это для разума. А тело... Я его просто не хочу...

Не то, что сейчас. С Кириллом. Господи! Да у меня все волоски на теле дыбом, мурашки табунами. И если бы это от страха. Присутствие Кабирина что-то запускает во мне на химическом уровне. И, когда мы были детьми, с этим было проще. Мой интерес к нему вполне вписывался в понятие "дружба". А сейчас... Кто мне скажет, что нужно с этим делать теперь? И можно что-то с этим сделать? Или это всё - конец? Полная капитуляция?

А потом, вдоволь наглядевшись на упрямый подбородок, точёные скулы, высокий лоб, прямой нос, я отваживаюсь заглянуть в глаза. И проваливаюсь в них.

Губы пересыхают мгновенно. Облизываю. Сама не осознавая, что делаю. И что от этого, кажется, становится хуже. Потому что у Кирилла взгляд загорается еще сильнее. И зрачки так расползаются - почти перекрывают радужку.

Мы с Кабириным выросли. И у нас теперь совсем другие игры - взрослые.

Он не отпускает мою руку, но его хватка слабеет. Кажется, до него доходит, что он делал мне больно. Он по-прежнему удерживает моё запястье, только теперь не стискивает так, словно стремится переломить кость.

- Май... - зовёт по имени. И голос у Кирилла хрипнет.

А меня отбрасывает в прошлое, туда, где я ему доверяла, хотя доверять ему - это такое себе. Тот еще аттракцион. Кабирин же и научил меня, что доверять ему нельзя.

Хочется очнуться от этого морока, потому что тогда, в прошлом было больно. Очень больно от того, что мои мечты не совпали с реальностью. Не хочется думать насколько больно может быть теперь.

Я не выдираю руку... Осознавать это горько. Я - слабачка. И это тоже тяжело принимать. Отталкивать его по телефону, находясь на расстояние - это всё, что мне под силу.

- Что "Май"? - переспрашиваю я его. Не чтобы услышать какие-то объяснения. Чтобы услышать его голос, - Зачем ты всё это устроил?

Вопрос предназначен запустить выяснение отношений, которых нет. Он сам во всем виноват! Он всё разрушил!

Но вместо этого... В меня врезаются мужские губы. Не то, чтобы я не целовалась до этого. Конечно, целовалась. У меня даже парень есть.

Но это... Я никогда не чувствовала, что нужна кому-то так сильно. Вместо кислорода. Потому что он - это жизнь. И я - я - тоже жизнь. Для него.

Потому что Кирилл как варвар, сминает мои губы, сразу же проталкивает свой язык мне в рот, стукается о мои зубы своими. И целует меня... О боги! Как он меня целует!

Земля уходит из-под ног...

А я ведь... Мне даже оправдаться перед самой собой не удастся, потому что я ему отвечаю. Также бешено, потеряв контроль.

Его руки мнут моё тело. Мои - гореть мне в аду, но я забираюсь под футболку, прикасаюсь к горячей коже его живота, ловлю его дрожь, которая сотрясает парня и лишь усиливается от того, что я его касаюсь.

Ничего между нами не закончено... Мы просто перешли на другой уровень.

Кирилл подхватывает меня под задницу, вжимает в себя. Я чувствую, как сильно он меня хочет.

И понимаю, что нужно тормозить. Но не вырываюсь, когда он несёт меня в дом.

Я всё сейчас делаю неправильно. Надо было не целоваться с ним на улице, как оголодалая кошка, а кричать и звать на помощь.

Он же похитил меня. И кто его знает, что собирается делать со мной дальше.

Ведь для него это всё игра, увлекательная, адреналиновая, но игра.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

А что со мной будет после того, как он поиграет? Как я собирать себя буду? И смогу ли - собрать?!

На крыльце Кириллу приходится меня опустить, поставить на ноги.

До меня же почему-то лишь сейчас, именно в этот момент, доходит всё, что произошло со мной, всё, что Кирилл сегодня сделал.