Громче меча (СИ) - Ибрагим Нариман Ерболулы "RedDetonator" - Страница 54

До глубокой ночи изматываю ополчение из десяти человек, а затем отправляю спать.

— И чтобы когда будет бой, всё было ёбаный в рот, как ёбаный в рот! — напутствовал я ополченцев бессмертной цитатой мастера Бао.

Они у меня для защиты гражданских. Защита из них, как из говна спагетти, но с залётным гоблином должны справиться.

— М-да… Тяжело… — выдохнул я, ложась на свою кровать. — Тяжело…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Будь я один, я бы этих шуяо просто растрепал. Мочил бы их постепенно. Но у меня под ответственностью деревня, поэтому надо учитывать.

Храм, наверное, засчитает испытание даже если вся деревня умрёт — мастерам и наставникам на такое похуй. Но мне не похуй.

Мне приятно считать, что я хороший человек. Всё-таки, внутренние ценности у меня нормальные. Я никому специально говна не делаю — обычно только в ответ.

Вот и не могу я просто так забить на этих селян, оставить их на съедение шуяо, поэтому иду по самому трудному пути.

— Ну и похуй… — изрекаю я, находясь на границе между сном и явью. — Это не S63, а значит, ёбли будет меньше…

Примечания:

1 — Му — от кит. 亩 — равен примерно 666,7 метров квадратных. Но его значение менялось в разные периоды: во времена династии Цин (1636–1912 гг.) му был равен 920 метров квадратных, а в период династии Хань (206 год до н.э. — 220 год н.э.) му равнялся 576 метров квадратных. В настоящее время эта мера измерения всё ещё существует в Китайской Народной Республике и равняется 1/15 гектара.

2 — Мужа — от кит. 木柵 — буквально значит «деревянный частокол», в военном смысле, а не в хозяйственно-бытовом.

Глава восемнадцатая

Ломать колотить головой об стену хороший высокий качество победить какой пацан 7–8 балл дао совершенство

*2815-й день новой жизни, деревня Шанхэцун, Поднебесная*

— По-русски говори, сука! — ударил я шуяо под дых. — Тьфу ты! Говори на байхуа!

Но гоблин прошипел что-то на своём и попытался плюнуть в меня. Не позволяю ему такой хуйни и даю мощную оплеуху. Гоблин-разведчик обрызгивает плевком свой зелёный маскхалат.

Сегодня с утра к деревне пришло аж семь разведчиков. Ну, точнее, я обнаружил только семерых.

Раньше, когда они приходили по одному, ловить их было просто и скучно, а теперь, когда командование шуяо начало что-то подозревать, разведгруппы стали крупнее и осторожнее.

Приди они одной группой, не было бы проблемы, но они зашли с разных сторон, поэтому догнал и отпиздил я только шестерых, а седьмой скрылся в кустах.

Я искал его следы, обнюхал почти каждый куст, но этот шуяо оказался мастером маскировки и запутал свои следы, что сделало почти невозможным его преследование. Я знаю, где находится их лагерь, но очевидно, что этот гоблин-разведчик не долбоёб и точно не побежал по очевидному пути.

В общем, это был проёб, но зато у меня есть «язык», сумевший пережить вертуху по голове. Видно, что его контузило, левый глаз косит, но он понимает, где находится и в какую жопу угодил…

— Никто из вас не знает языка этих полупокеров? — оглянулся я к сельскому ополчению.

Селяне отрицательно замотали головами.

— Бу снага лат гимбат… — прошипел шуяо.

— Ладно, раз не хочешь сотрудничать, то повисишь на вратах, — решил я. — Приготовьте шест!

Ополченцы принесли длинный шест и верёвку.

Бью гоблина по морде и прислоняю его к шесту, а затем туго приматываю его к нему. Далее я несу гоблина на шесте к единственным воротам деревни и втыкаю шест в специальное крепление для флагштока.

Гоблин оказывается вверх ногами, поэтому скоро ему станет очень хуёво.

— Повисишь тут, — сказал я ему. — Через часок вернусь и поговорим. Не будешь говорить, я оставлю тебя так до утра.

Мне хочется узнать, что за гоблины, какого хрена тут забыли и какова их численность. Тот отряд, который я разбил в первый раз, точно не был рассчитан на то, что кто-то будет оказывать ему серьёзное сопротивление.

Теперь я ожидаю, что их придёт много, возможно, рота или даже батальон. Придётся убить их всех, если уж я хочу спасти эту деревню.

*2818-й день новой жизни, деревня Шанхэцун, Поднебесная*

— М-да… — протянул я, глядя на то, что разворачивается под стенами деревни.

Двое суток тишины — это, как оказалось, затишье перед бурей.

Теперь же к деревне Шанхэцун пришла целая армия шуяо.

Я стою на крыше надвратной башни, построенной с выступом, предназначенным для расстрела и забрасывания камнями тех, кто подойдёт к вратам. Стою и считаю гоблинов по головам.

Шуяо выстроились в ровные квадраты, увенчанные треугольными штандартами. Выбираю крайний левый квадрат, выступающий под красно-зелёным стягом — он состоит из 10 рядов и 15 шеренг. Это сто пятьдесят гоблинских голов.

Всего таких квадратов восемь штук. Считай, два батальона. Как-то дохуя для штурма одной деревеньки…

Видимо, выживший разведчик верно идентифицировал меня и теперь командир шуяо знает, что против него выступает не какой-то там хуй с горы, а настоящий герой. Хотя, по идее, я и есть хуй с горы, но, при этом, ещё и настоящий герой!

Кстати. Когда общаюсь с местными, они называют меня «иши», а не «ся». Технически вернее называть меня «ся», потому что такой термин применяет Храм, а «иши» — это «человек чести и справедливости», то есть, человек, движимый моральными принципами. Это значит, что иши может быть любой, а вот ся — только такие, как я.

По выходу из Храма я стану юся, где «ю» — это странствование или блуждание, а ся — герой.

Но переубеждать селян я не стал. Нравится им считать меня моральным ориентиром — пускай считают…

— А ты ещё что за страус?.. — вгляделся я в одного из гоблинов.

Он носит полные латные доспехи, покрытые чёрным лаком. На его шлеме был белый плюмаж, смотрящийся как-то неорганично. Это бросалось в глаза, вызывало ощущение какой-то неправильности, но в этом, как я понимаю, и был расчёт — гоблин привлекает к себе внимание, но не яркими попугайскими цветами, а контрастом.

Примечательно, что остальные знатные шуяо рассекают по полю в ярко выкрашенных латах, с кричащими прямо в глаза сюрко, а этот один такой чёрный.

В общем, это какая-то средневековая армия западного образца, со штандартами, латниками, пикинёрами, а также некоторым количеством бичей в дешёвых стёганках. (1)

Осадного оружия нет, но древесины вокруг дохрена, поэтому можно ожидать, что эти рукастые парни скоро сообразят себе какой-нибудь таран. Их дохрена, они хотят захватить деревню, и наше противостояние неизбежно.

У меня же против всего этого есть только княжий меч и сверхсила героя.

Видимо, в этом и состоит испытание — захуярить всех гоблинов.

— Мы обречены, — произнёс дед Шуй.

— Возможно, — пожал я плечами. — Но это обойдётся им очень дорого.

— Надо бежать… — начал старик.

— Куда ты со своей клюкой убежишь? — усмехнулся я. — Вы были обречены с самого начала — эти полупидоры пришли сюда не просто грабить. Они хотят вашу долину себе. А это предполагает, что кроме них тут никто жить не будет. Куда бы вы делись, реши бежать?

— Возможно, в горы… — предположил дед Шуй. — Можно спрятаться там и переждать…

— Переждать что? — спросил я. — Они построили за лесом целый военный лагерь! Они здесь навсегда и вам тут больше не место.

Бежать из долины некуда. Можно, конечно, рвануть через перевал, но время уже упущено — он завален снегом и там не пройти. Деревне крышка.

— Но что же делать? — спросил дед Шуй.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

— Снять трусы и бегать, блядь… — процедил я раздражённо.

— Что? — не понял меня старик.

— Я думаю! — ответил я.

Очень хочется спасти деревенских, они ведь не виноваты в том, что тут творится такое…

То, что я справлюсь с этими полукарликами — это даже не обсуждается. Но как сохранить жизни селян?