Главная проблема дракона - Мамаева Надежда - Страница 20

В общем, с таким выражением в гроб кладут. Своих врагов. Но никак не творят благодеяния. А вот разнюхивать что-то могут. Собственно, данным ушастый, похоже, и намеревался заняться…

Все это я отметила отстраненно, потому как была немного занята: пыталась справиться с полученным магическим откатом. И когда сие наконец удалось, начала анализировать случившееся. Что мы имеем? Первое, пролетевший совсем рядом магический разноименный заряд. Второе, его почувствовала не я одна. И третье, если злодейка не только поняла, что рядом опасность, но и сумела на нее среагировать – то была к таковой явно готова. В отличие от меня. Брюнет же среагировал скорее на бросок рыжей, чем на магическую угрозу.

Это все факты. И они рождают множество вопросов. Зачем Тэрвин защищала принца? Случайным ли был разряд? И если нет, то кому предназначенным? У принца, конечно, много врагов, но и меня тоже хотели не так давно убить… И если так, остается надеяться лишь на сюжетные доспехи героя – способность главных персонажей выживать в любых передрягах до самого эпилога. И у Одри с Ричардом такие латы были. Я их сама создавала! Обосновывала спасения и случайности в книге…

Вот только сейчас появились сомнения: а мы точно в моей истории? Потому как в последнем возникли сомнения. Слишком уж много обнаружилось деталей, которые остались за страницами романа. Опекун, песценот, теперь это покушение… что пошло не по плану? Где в сюжетной вилке я свернула не туда?

Или просто авторский взгляд слегка отличался от того, что действительно происходило с героиней? Ведь знакомство состоялось по плану… Только суть при этом вывернулась наизнанку! Но хронология-то событий осталась на месте!

Вот, к примеру, сейчас, как я и описывала в романе, брюнет подхватил на руки злодейку, не дав той остаться рядом с принцем. Ричард лишь проводил друга слегка насмешливым взглядом, а потом посмотрел на меня…

И мало того, что посмотрел, подошел, при этом ловко миновав преграду в виде декольтированной блондинки.

– Добрый день, леди… Простите, как ваше имя? – раздался ровный, уверенный голос, от которого внутри все враз сжалось. Потому как, несмотря на кажущуюся светскость фразы, суть ее вынуждала представиться.

Франкенштейна мне в подушку! Как же не хотелось называть свое имя… До зубовного скрежета, до холодной капли пота, ухнувшей по ложбинке позвоночника от шеи вниз, не хотелось. Но пришлось.

– Одри, Одри Хайрис, – ответила чуть нервно.

Со стороны наверняка выглядело, как смущение. Вот только меценатом того была не робость, а серьезные опасения. После этого разговора с Ричардом я могла попасть и на языки сплетниц в академии, и в статью. Уголовного имперского кодекса или в новостную – как получится…

М-да… Как-то по-другому я представляла себе эту сцену, когда описывала ее в романе. Вот она, суровая книжная реальность!

– Мы с вами уже встречались? – между тем осведомился Ричард.

– Навряд ли… – с нажимом отозвалась я, мол, дорогой принц, тебе показалось. Так что даже не вздумай выдвигать обвинения!

Дракошество же, как истинный политик, похоже, обладал суперсилой – делать вид, что не заметил, когда на самом деле и заметил, и понял, и даже спрогнозировал последствия! Что и продемонстрировал следующим вопросом:

– А как насчет угнанной кареты? – чуть качнувшись ко мне, прошептал одними губами Ричард, не переставая при этом пристально смотреть мне в глаза, как тот, кто знает твой самый темный секрет.

Со стороны это наверняка тянуло, если не на любовь с первого взгляда, то на неподдельный интерес. Вот только никто не знал его подоплеку, которая отличалась от авторского замысла так же, как характер книжной Одри от моего. И последний-то дал о себе знать. Я не смогла его сдержать и ответила на вопрос принца отнюдь не как приличествует скромной деве:

– Каретами надо делиться! – так же тихо, но куда более злобно отозвалась я.

Может, дракошество еще бы что-то сказал из, так сказать, личного, но тут в нашу шипящую беседу наконец ворвалась блондя.

После того как принц оставил ее за бортом, Ким приняла на себя весь удар энтузиазма белобрысой, рвавшейся к высочеству.

С криком «Сесиль! Подруга, какая встреча!» пышка бросилась на шею охотнице на принцев, повиснув на той гирей. Судя по удушающему хвату, подруга у брюнетки была явно из заклятых. А я вспомнила, где уже слышала это имя. Ким упоминала его, когда они со злодейкой только подошли ко мне в начале боя. «Не просто заклятая, а непримиримая», – поправила я себя.

Тут блондя таки дорвалась до меня с принцем. И только она глубоко вдохнула, чтобы сказать наверняка что-нибудь глубокое, эмоциональное и прекрасное, как ей помешали в истинно дивных традициях.

Тот самый лекарь-эльф вдруг оказался рядом с нами. От него веяло таким холодом, что подумалось: этому остроухому прямая дорога в трупницкую. А работать или просто пребывать там – не суть важно.

Первородный, не обращая внимания на Сесиль, обратился к принцу:

– Позвольте представиться, ваше высочество. Я Тианэль Сормирский. Целитель. Первый курс. Прибыл для межрасового обмена опытом, – произнес дивный с легким приветственным кивком.

Я на эти слова лишь мысленно хмыкнула. Тянул ли стоявший рядом со мной остроухий на посла эльфийской культуры? Если та заключалась в тысячелетних традициях шпионажа, то еще как тянул!

Едва ссыльный… в смысле посланный к нам дивный закончил эту фразу, Сесиль тут же попыталась снова приковать к себе внимание принца и отвлечь того от всего остального.

– А-а-а, – начала было она и почти тут же закончила свою речь лишь перечислением гласных в диапазоне высоких октав:

– Ай-яй-яй! – провыла Сесиль и, согнув одну ногу, заскакала на второй, и ловко, я бы сказала, прицельно, схватилась за локоть принца со словами:

– Кажется, мне сломали палец на ноге… Как же больно-то!

– Кажется, ваша помощь, пресветлый Тианэль, все же не будет лишней, – тут же отозвался Ричард.

Я же, воспользовавшись тем, что принц пока заякорен блондинкой, поняла: вот он! Лучший момент для отступления. И, решив поддержать традицию, начала фразу так же, как и блондинка с дракошеством:

– Кажется, мне пора…

И только дивному ничего не казалось, он был уверен:

– Как целитель, могу сказать с абсолютной точностью: у вас, леди, даже ушиба нет, – произнес эльф после того, как с его пальцев сорвалось сканирующее заклинание.

И если активацию чар я еще видела, то вердикт остроухого услышала, уже повернувшись к трио спиной и шустро работая локтями.

– Не может быть! – разнесся на весь тренировочный зал возмущенный возглас Сесиль…

М-да… Похоже, у белобрысой и правда горело огнем, но, похоже, не от боли в ноге. Полыхала у девицы совсем другая часть тела. Та, что пониже спины. Зато знатно. Такого разоблачения адептка, сдается мне, не ожидала.

Впрочем, и мне тоже было жарко: попробуй-ка активно лавировать в плотной толпе. А еще почему-то чесалось меж лопаток.

Я непроизвольно обернулась и увидела Ричарда, который смотрел мне вслед. И какой это был взгляд! Он словно пробил дыру в центре моего мироздания.

Во рту враз стало сухо, и я непроизвольно сглотнула. Это все жара. Да, треклятая жара и только. С такими мыслями я заставила себя отвернуться и устремилась к выходу, желая убраться подальше отсюда в частности и от неприятностей в целом.

«А доберусь до общежития – брошусь под одеяло в комнате», – вдохнув полной грудью свежий, чуть прохладный воздух, решила я.

Неплохо было бы для снятия переживаний еще накинуться на еду, но той, увы, не было… Так что только и оставалось, что пострадать с полчасика, как положено приличной девушке (не больше! чтобы не впадать в отчаяние), и потом я обязательно придумаю, как решить возникшую проблему с угоном кареты. Просто не могу не придумать! Я же дочь своего отца. А он научил меня бороться и не сдаваться, что в бизнесе, что в жизни.

Вот только на середине пути я поняла, что с душевными терзаниями, кажется, не получится, и этот пункт из сегодняшнего распорядка дня можно вычеркивать. Потому как мозг начал уже прикидывать варианты, как выкрутиться из щекотливого положения.