Имперский Провидец (СИ) - Майерс Александр - Страница 30

Ведь на самом деле Виктор не так уж плохо ко мне относится. Его просто раздражают внезапные перемены. Стоит убедить его, что эти перемены к лучшему, как он сразу же оттает.

Судьба рода теперь на моих плечах, как бы пафосно это ни звучало. И я готов нести эту ответственность, невзирая на то, что остальным Зориным это не по душе.

— У меня есть просьба, тётушка, — сказал я, закончив с омлетом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Что угодно, дорогой? — приторно улыбнулась та.

— Во-первых, не надо этой напускной вежливости. Ведите себя естественно. Во-вторых, у вас же есть личный автомобиль? Попросите водителя отвезти меня кое-куда.

— Ну, вообще-то, у меня самой есть дела в городе… Это далеко?

— Нет, не очень. Мне нужно в отделение полиции.

— Зачем? — тётя Варвара побледнела.

— Не переживайте, вы здесь ни при чём. У меня назначена встреча, которая не имеет никакого отношения к роду.

— Хорошо. Сейчас я позвоню водителю, — расслабившись, ответила Варвара Николаевна.

Дорога не заняла много времени, и вскоре я уже стоял возле отделения. Как только вышел из машины, сразу же заметил Кретова. Он стоял в теньке и держал перед собой продолговатый кристалл на верёвочке, внимательно за ним наблюдая. От кристалла расходились волны белого эфира, которые складывались в какие-то узоры, напоминающие лицо человека.

— Доброе утро, — поздоровался я, подойдя. — Что ты делаешь?

После вчерашнего разговора в баре мы оба договорились обращаться друг к другу на «ты», всё-таки теперь мы находимся в равных правах и, возможно, скоро станем напарниками.

— Доброе, — кивнул Дмитрий и сразу же убрал кристалл. — Тебе это не надо знать, с работой не связано. Пойдём.

Я не стал расспрашивать. Несмотря на вчерашнее откровение, Кретов всё ещё оставался для меня таинственной фигурой. С ним нам тоже предстоит узнать друг друга поближе — надеюсь, это будет проще, чем с Зориными.

По крайней мере, он дружелюбнее ко мне расположен. На входе следователь поздоровался с дежурным и сказал, что я пришёл с ним. Но мне всё равно пришлось показать паспорт и расписаться в журнале. После этого мы прошли в отдел регистрации, где меня оформили как стажёра провидческого отдела.

Вместо удостоверения я пока что получил только справку с печатью. Ни табельного оружия, ни чего-то другого мне тоже пока не полагалось.

— А Конгрегация крепко в тебя вцепилась, ты в курсе? — спросил Дмитрий, пока мы шли по коридорам отделения.

— В каком смысле?

— За нами вчера следили. А возле дома я имел сомнительное удовольствие пообщаться с Владимиром Стоцким.

— Стоцкий? — нахмурился я. — Что ему было нужно?

— Ты ему был нужен, — фыркнул Кретов. — Так что готовься, наверняка они к тебе ещё придут. Раз нахрапом не получилось, попытаются умаслить.

Я хотел спросить ещё что-нибудь, но тут мы оказались перед дверью, на которой было написано «Провидческий отдел». Кретов открыл дверь, и мы оказались в небольшом кабинете, где никого не было.

Сиротливо прижатый к стене шкаф с делами, два стареньких стола со стульями, ноутбук с обмотанным изолентой проводом зарядки — вот и вся обстановка. Ну, если не считать ещё и урны, заваленной стаканчиками от кофе.

— Добро пожаловать в мои хоромы, — следователь обвёл руками помещение.

— Это весь провидческий отдел? — удивился я.

— Это просто комната. Провидческий отдел — это я.

— Дмитрий Анатольевич, вы уже на месте? — раздался за спиной женский голос.

Я повернулся и встретился со взглядом потрясающих зелёных глаз, скрытых за стёклами очков.

Передо мной была девушка в полицейской форме, которая невероятно ей шла. Неброский макияж, аккуратно убранные в хвост каштановые волосы, строгое выражение лица — но при всём при этом девушка показалась мне гораздо соблазнительнее, чем вчерашняя Жанна.

— Здравствуйте. Меня зовут Григорий, — представился я.

— Капитан Реутова, оперативный отдел.

— А по имени?

— Полина, — нехотя назвала своё имя девушка.

Было в ней что-то необычное. Не во внешности, не в эфирной ауре. Что-то… другое.

Хотя нет, необычное во внешности тоже кое-что было. Тонкий шрам на щеке, который, как ни странно, шёл ей не меньше, чем форма. А говорят, что шрамы украшают только мужчин.

— Познакомились? Молодцы, — вмешался Кретов. — Полина, это мой ученик, барон Зорин. Он будет нам помогать.

— Зорин? — Реутова посмотрела на меня поверх очков. — Наслышана.

— И что же вы слышали? — спросил я.

— Что вы отправили в тюрьму родного брата.

— Не родного, а единокровного. Он это заслужил, как вы знаете.

— Не мне судить. Как бы там ни было, вы вовремя, ваше благородие. Мне только что принесли новое дело, — Полина приподняла папку, которую держала в руках.

— Хотите сразу отправить меня в гущу событий? — улыбнулся я.

— Я от вас ничего не хочу, барон Зорин, я просто выполняю свою работу, — холодно произнесла девушка.

— Что там? — спросил Кретов. — Кого-то убили?

— Очень может быть, — сказала Полина. — Пропали три девушки, а единственные улики — это следы эфира, которые обнаружил полицейский артефакт. Похоже, вам двоим предстоит с этим разобраться.

Глава 13

— «Пропали» — это очень расплывчато, — проворчал Кретов. — Они не вернулись ночевать домой или что?

— Изучите дело, Дмитрий Анатольевич, там есть все детали, — Полина протянула ему папку, и в этот момент я обратил внимание, что на руке у неё нет обручального кольца.

— Ладно, поглядим, — следователь взял папку и сел на скрипнувший стул.

Реутова тем временем повернулась ко мне и вопросительно приподняла бровь.

— Всё в порядке, ваше благородие? Смотрите на меня не отрываясь. У меня что-то с аурой? Или вы хотите что-то спросить?

— Хочу, — кивнул я. — Что вы делаете сегодня вечером?

— Я не хожу на свидания с коллегами, — поморщилась она.

— Из каждого правила есть исключения, — улыбнулся я.

— Свои правила я соблюдаю строго, — отрезала Полина.

— Похвально. Тогда, может быть, выпьем кофе прямо сейчас и обсудим подробности дела?

— Пока что там нечего обсуждать. Вам стоит съездить на место и изучить эфирные следы.

— Отлично, — сказал я. — Тогда выпьем кофе и поговорим, когда я вернусь.

Капитан Реутова нахмурилась и вышла из кабинета, ничего не ответив. Я с улыбкой посмотрел ей вслед, оценивая фигуру. Красивая и неприступная… В моём вкусе.

Раньше я в этой жизни не задумывался об отношениях, хватало мимолётных интрижек. Но теперь всё было иначе — я больше не обычный парень, а барон, и мне рано или поздно предстоит передать кому-то дар. Можно задуматься о браке и продолжении рода уже сейчас.

А Полина чем-то меня зацепила. Особенно своим отказом сходить на свидание — во мне словно включился инстинкт охотника.

Капитан скрылась за углом, и я закрыл дверь.

— Скажи мне, Григорий, ты здесь зачем? — спросил Дмитрий, не отрываясь от чтения дела.

— Как будто ты не знаешь, — ответил я, садясь на свободный стул.

— Мне начинает казаться, что ты просто задумал склеить какую-нибудь девушку в погонах, — исподлобья глянув на меня, проворчал следователь. — С Реутовой тебе точно ничего не светит.

— Почему это?

— Потому. Она первая красавица отдела, и кто только ни пытался с ней заигрывать. Даже генерал, который как-то к нам приезжал. Видел бы ты, как она его отшила.

— Представляю, — усмехнулся я и кивнул на папку в руках Дмитрия. — Но она всё равно будет моей. Есть что-нибудь интересное по делу?

— Тебе, я смотрю, не терпится взяться за работу? — Кретов захлопнул папку и встал. — Тогда вот, занимайся.

Он несколькими жестами сотворил сложный эфирный символ. Затем вытащил из-за пазухи артефакт, похожий на зажигалку. Щёлкнул кнопкой, и плетение вдруг сплелось в клубок.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

— Приступим к обучению, — сказал Дмитрий, убирая артефакт. — Эта штука нужна специально для того, чтобы рушить чужие плетения. Сам видишь, как всё перепуталось. Но не только у меня есть подобный артефакт, иногда преступники заметают следы с их помощью, а нам приходится распутывать, чтобы понять, какое плетение было изначально.