Малахитница (сборник) - Корбут Янина - Страница 27

— У нас есть вот такой ножик.

— Кинжал серебряный тебе чакли дали, потому что малахитницу в тебе признали. Для меня ковали, когда я еще в силах была. А теперь не могу я вештицу одолеть.

— Чего Святобор ее не прогонит? — удивилась Малика.

— Навела она морок и на Святобора. То сорокой ему покажется, то девкой красоты невиданной. Я не могу помочь людям найти новый малахит. Без малахита нет защиты от вештицы, да еще и Святобор лютует. Думает, ослушалась я его, малахит укрываю.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Так мы растолкуем ему правду.

— Оно бы хорошо, да между горой и лесом в ветхой избушке вештица поселилась. Не даст пройти: Малику в прислужку обратит, воли лишит.

— А меня? — обалдело спросил юноша.

— А у тебя сердце съест.

— Охренеть как прекрасно…

— Запомни, Малика, — с трудом выдавила из себя Хозяйка. — Ты — рудник, раз на поиск каменьев идешь, ты — любим, раз надеждою встречи живешь. Вникни в суть этих слов — и нехитрых, и мудрых. То, что ищешь, в себе непременно найдешь! Все, последние силы мои уходят, не мо…

Малахитница исчезла, а Малика все стояла, переваривая услышанное.

— Короче, надо идти к Святобору, — энергично орудуя кинжалом, заявил Златан. — Я уже почти обтесал осиновый кол. Сейчас и тебе сделаю. Знаешь, как я с острогой управляюсь? В детстве щуку в глаз бил, как дед научил.

На том месте, где только что была Хозяйка, забил фонтанчик ключевой воды, Малика с удовольствием напилась и умыла пылающее лицо.

— Значит, твоя бабушка тоже из рода малахитниц. Я же говорил! Как там Хозяйка сказала?

— Не нервируй! И так забыла… То, что ищешь, в себе непременно найдешь!

— Не густо. Может, это заклинание? На всякий случай запомни.

— Что-то не нравится мне эта дорога, — через полчаса пути заметила Малика. Она шла, опираясь на вытесанный ей осиновый кол, как на клюку. — Лес все гуще, сюда уже и свет не проникает. Жутко.

— Зато так мы обойдем избушку ведьмы стороной, — неуверенно заметил парень. Он тоже нервничал, но старался держаться.

До опушки, где жались друг к дружке низкорослые ели и было хоть чуточку светлее, оставалось еще шагов десять. Пахнуло болотом, хотя болота возле деревни отродясь не бывало. И вдруг путники застыли.

Прямо на границе света и темноты их уже поджидали существа, похожие на оживших мертвяков. Зарычав, один из них мгновенно кинулся в их сторону. Златан инстинктивно задвинул Малику назад, метнул кол и попал в одного из мертвяков. Тот зашипел, схватился когтистыми лапами за осину, пытаясь освободиться.

Но преимущества хватило ненадолго. Оставшиеся упыри, черный и серый, схватили отбивающегося Златана и бросили в центр поляны. Перепуганный парень, лежа на земле, пытался отползать.

— Беги! — крикнул он Малике.

Зажав рот рукой, та застыла на месте. А когда сообразила, что надо спасаться, из темноты леса одним прыжком на нее бросился огромный волколак. Повалил и лапой вдавил в землю. Малика, визжа, пыталась сбить чудовище с груди.

Златан заметил в стороне от тропы поваленные крест-накрест старые деревца и ветки. Прыгнул, схватил ту, что потолще. Орудуя ей как дубинкой, откинул туповатых упырей. Черный все-таки задел его когтями. Парень успел пригнуться, а разогнавшиеся упыри столкнулись лбами. Задыхаясь от боли, кинулся Златан на помощь Малике.

— Замри! — приказал скрипучий голос. Из леса на поляну выплыла сгорбленная женская фигура.

«Вештица! Век щуки не ловить…»

Златан замер, скованный льдом, и в ужасе глядел на сероватое лицо и пегие космы оскалившейся ведьмы.

— Нечем дышать! — продолжила биться Малика, вдыхая воздух из последних сил. Морда волколака казалась такой знакомой…

Вештица, взмахнув рукой, притянула к себе Златана. В этот момент волколак, обнюхивая Малику, коснулся малахитовых бус под воротничком платья. И взвыл, словно обожженный.

Продолжая скулить, он отскочил назад, но тут же снова сделал попытку атаковать. В последний момент Малика выхватила из рукава кинжал и выставила его перед собой. Напоровшись на серебро, зверь завыл, а Малика принялась отползать на четвереньках. Схватив еще пару глотков воздуха, она попыталась встать, едва не упала, но, спотыкаясь о ветки и коряги, кинулась назад в чащу.

— Не вздумай бежать! Эти владения мои, тебе нигде не укрыться, — донесся до нее рев озлобленной вештицы. — Марьин корень только возле моей избы растет. Хочешь взять — приходи…

Ведьма подошла ближе к Златану, всматриваясь в его глаза.

— Ничего, за корнем вернется. Или за тобой. Кровь у тебя горячая, сладкая. А мне силы нужны, — наклоняясь, прошептала она и с ладони сдула зеленую пыльцу Златану в лицо.

Вздохнув, он закрыл глаза и обмяк. Раненый волколак ухватил его за шиворот и потащил в темноту. За ними, ковыляя, следовали подбитые упыри.

Солнце уже почти упало за лес. Между сосен сгущалась тьма, а небо щедро залило алым. Малика остановилась только у самого берега озера, поросшего камышом. Больше не было сил бежать.

Присев, девушка спросила у своего отражения в воде:

— Что же еще рассказывала Айви про коварную Красаву? Как ее одолеть?

И словно услышала бабушкины слова. «Ведьма живет, пока дар свой передать не может. Еще бы, кто добровольно согласится. Когда ведьме приходит пора умирать, ее злым духам нужен новый дом. Если у ведьмы нет родственников, получить дар может любой смельчак, на свой страх и риск. Согласившийся должен сказать: «Отдай свою силу», и тогда…»

Малика обхватила руками колени, уткнулась в них лицом. Вздохнула со всхлипом, вот-вот разрыдается. Златан ее спасал, на волколака кинулся, а она его что, бросит? Нужно ведьму остановить, пока не умерла бабушка, не погиб Златан и окончательно не утратила силы Малахитница, защищающая людей от нечистой силы.

Всколыхнулась вода, пошла по ней рябь, зашелестела осока. Послышалось звонкое:

— Девица! Ходи колыхаться!

Из кустов показалось бледное девичье личико с широко расставленными глазами. Малика поморгала, но видение не исчезло. А длинноволосая красавица — русалка, не иначе — сердито стукнула хвостом по воде:

— Топиться будешь али нет? — прикрикнула на Малику, а та в ответ не выдержала, разрыдалась.

Смущенная русалка подобралась ближе. Спросила, что стряслось. И Малика сама не заметила, как все рассказала новой знакомой. Та сразу смекнула, в чем дело:

— Летнее солнцестояние, вот ведьма и лютует. А мы гадаем, откуда она в лесу появилась? Волшбой Святобора заманила. Прикинулась Деваной, богиней охоты. Небось рыжей красавицей в куньей шубе старику показывается, а он и рад… Сегодня на дальней поляне свадьбу справлять будут. Златана с детства знаю, дед его тоже из чертознаев. Всегда помогала им рыбачить в озере. Добрые они. Помню, Златан в детстве даже девчонку какую-то спас. Тонула она, а он вытолкнул. Чуть сам не утоп. Жаль, парень ладный да пригожий. Лучше б утоп! Всяко мне приятнее…

— Не хорони его раньше времени.

— Али пойдешь выручать?

— Али пойду! — разозлившись на себя, топнула ногой Малика. — И Златана, и марьин корень, и Малахитницу.

— Ай, молодец!

— Ты плыви, разнеси лесным правду о вештице, попроси помощи Святобора! От меня передай ему бусы малахитовые. Один камешек только отцеплю себе на память. На ленточку для волос повешу.

…Малика бежала, ориентируясь на черный дым, что по-прежнему валил из-за леса. Старалась держаться у озера — чуть что, русалки-сестрицы дорогу подскажут. Сколько бежала — столько слышала за собой шелест воды и сильнее сжимала осиновый кол, что Златан ей вытесал.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Пробралась через лиственный перелесок, спустилась в овраг, и уже совсем недалеко заросшая папоротником поляна, за которой избушка ведьмы. Через минуту глазам ее показалась лесная полуземлянка, сразу навалился запах плесени и гнили. Старая щелястая дверь скрипнула, и на пороге появилась ведьма. Только сейчас она была в образе красивой рыжеволосой девы с цветами в волосах, как русалка говорила.