Злодейка на полставки или драконий переполох (СИ) - Жарова Анита - Страница 18

— Простите, можете точнее сказать, насколько все плохо? — указываю на замотанные бинтами повреждения.

— Да я особо сам не пойму, — разводит руками конюх, — будто порезало чем. Не знаю. Обо что при падении так Бальтазар ободраться мог, не понимаю. Это его еще ветеринар хорошо подлечил. Обещал, что через неделю бегать сможет.

— Звучит обнадеживающе…

Конюх что-то хочет ответить, но вскинув голову в сторону входа, растерянно кивает, словно здоровается.

С кем?

Еще до того как конюх произносит «день добрый, милорд», я по инерции оборачиваюсь.

И вижу я конечно не барона.

Облокотившись плечом на выбеленную деревянную балку стоит Александр. Собственной персоной.

Интересно, как давно…

— Доброе утро, ваше сиятельство, — цежу сквозь стиснутые зубы, — вы рано к нам.

Замечаю в руке дракона прямоугольный сверток, перевязанный лентой. Это еще что? Очередной подарок?

Конюх, услышав «ваше сиятельство» — теряется и пытается побыстрее ускользнуть, видимо чтобы не мешать.

— Не волнуйтесь, его сиятельство вам не помешает, — ободряю мужчину, стараясь улыбаться. — Мы уже уходим.

Сразу направляюсь к дракону. Он глазами хищника следит за каждым моим шагом.

— Чудесно выглядите, Уинтер, — произносит, когда я оказываюсь рядом.

И вновь глубокий низкий голос мужчины рождает во мне это странное чувство. Будто по телу проходит слабый разряд тока, от которого обрывается дыхание. Словно тембр Александра имеет особую частоту.

— Благодарю за комплимент. Надеюсь, он искренний, — смущенно опускаю ресницы и покидаю конюшню.

— Как и мои намерения, — Александр следует за мной.

Я стараюсь выбрать достаточно приметное место, чтобы хоть немного быть на виду у слуг, но уединенное, что бы нас не слышали. Кто знает, что выкинет дракон.

Поднимаюсь в беседку, поросшую кустами розмарина.

— Вы не рады моему приезду? — Александр становится напротив меня, облокачивается кулаком на стол в центре и подается вперед. Таким образом его лицо оказывается почти наравне с моим. Он заглядывает мне в глаза.

Вопрос, который легко загоняет меня в тупик.

— Как вы могли такое подумать? — неловко переминаясь с ноги на ногу, смотрю на розмарин, потому что не знаю, куда еще смотреть. — Вам у нас всегда рады. Впрочем, как в любом доме в империи.

— А вы конкретно?

Чувствую, как его взгляд обжигает кожу лица.

— Безусловно, — растягиваю губы в дежурную улыбку. — Просто не ожидала вас так рано встретить.

— По времени пора выдвигаться.

— Вы такой пунктуальный…— от собственной неловкости прикусываю нижнюю губу. — Тогда мне срочно надо собираться. Может быть чаю, пока ждете?

— Не люблю чай.

— Водички?

Неожиданно он усмехается. И я встревоженно поднимаю на него глаза.

Сталкиваюсь с самой нетипичной для него эмоцией.

Брови мужчины сведены на переносице, в чуть расширенных зрачках горит нечто совершенно непонятное для меня. Зато на губах застыла усмешка. Видимо я его сильно веселю.

— Это вам, — Александр кладет на стол сверток с лентой и пододвигает ко мне.

Смотрю на подарок и не знаю, как реагировать.

— Я же просила вас мне ничего не дарить.

— Разве? Вы кажется при нашей прошлой встрече сказали несколько другое. Откройте.

Шумно прогнав воздух через легкие, я осторожно дотрагиваюсь до свертка. Словно он меня сейчас током ударит.

Беру в руки тоже осторожно, медленно тяну за ленту.

Разворачиваю упаковочную бумагу и за ней открывается корешок книги.

Я в полной растерянности замираю на месте. В моих руках “заветы богов”. Наверное в самом дорогом переплете из возможных.

Он шутит, да? Правда?

Александр ловит мой обескураженный взгляд и уголок его губ приподнимается в довольном оскале.

Нет, он не шутит…он издевается. И судя по довольной ухмылке, дракон именно такой реакции от меня и ждал.

— Спасибо. Это…так…мило, — сжимаю заветы и чувствую себя глупее не придумаешь.

— Не стоит благодарностей. В следующий раз с радостью раздобуду для вас редкое издание «Бытия богини матери». Занимательная литература, — мягко, но с тенью лукавства улыбается Александр, — теперь даже боюсь вас чему-то плохому научить.

И я предательски краснею. Сердце с гулким ударом подпрыгивает в груди.

— Уинтер, — он неожиданно сменяет тон на более серьезный, — почему вы решили с утра пораньше заглянуть в конюшни?

— Да просто коня любимого проведать.

К чему он клонит?

Опять это чувство — будто в замкнутом помещении на допросе и Александр сейчас посветит в мое лицо лампой и швырнет на стол страшные улики.

— Это как-то связано с вашим недавним падением?

— Что? Вы об этом знаете? — округляю глаза и привожу себя в чувства мысленной пощечиной. — Я просто хотела узнать, как идет процесс восстановления Бальтазара. Позвольте узнать, откуда вы знаете про мое падение?

— Все просто, — Александр указывает в сторону усадьбы, видимо предлагая не терять время. — При нашей встрече на приеме у императора я заметил у вас ссадину. А так же мне известно о вашей страсти к конным прогулкам. Не сложно сопоставить факты.

— Ваша проницательность загоняет меня в тупик, — бурчу себе под нос.

Александр отвечает легкой улыбкой, от которой меня все равно почему-то бросает в дрожь.

В парадном холле нас встречает Блеквуд. Точнее он делает вид, что читает газету, но будто случайно отгибает ее край и расплывается в улыбке:

— Ваше сиятельство, какая честь. Вы лично решили заехать за моей девочкой.

И конечно же совершенно случайно на столике у диванчиков оказался поднос с пухлым чайником и посудой на несколько персон.

Совпадения да и только.

Оставив мужчин наедине, отправляюсь собираться. Конечно же среди многочисленных нарядов в гардеробной комнате Уинтер нашелся модный и дорогой костюм, подходящий для охоты. И не один.

Я выбрала в цвете пыльной розы. Нежно и со вкусом. Заодно цвет платья оттеняет сапфиры матери Уинтер. Мне очень важно их надеть. Александр должен запомнить украшения.

Подстраховка на будущее.

Летти помогает подобрать аксессуары. Перчатки из тончайшей мягкой кожи, забавная шляпка из последней коллекции дома мод Хильдерхорда.

Финальный штрих — прическа и пара капель розового масла на шею и кружева рукавов.

Летти удерживает меня у самой двери, кладет в карман платок.

— Удачи вам получить самый солидный трофей.

Натянуто улыбаюсь и даже не задумываясь, как я выгляжу, покидаю комнату.

Из холла доносится сдержанный смех барона и звонкое звучание фарфора.

Спустившись по лестнице, я задерживаюсь у зеркальных вставок, которыми украшен коридор ведущий в парадную.

Окинув взглядом свое отражение, я невольно любуюсь красотой Уинтер. Каким бы она не была монстром — все же она удивительная красавица. А в одежде нежных цветов словно дерзкий и решительный ангел. Но определенно пыльная роза придает ей мягкости. Точнее мне, ведь это пока мое тело.

За моей спиной вырисовывается новое отражение.

Александр неспешно приближается и останавливается в полушаге от меня. В золоченной зеркальной раме наши отражения выглядят как семейный портрет и мне от этой мысли вдруг становится совсем не по себе.

А ведь они с Уинтер красивая пара. Даже слишком.

Мужчина опускает глаза. Догадываюсь, он рассматривает меня так же как и я его.

Кажется, он собирается что-то сказать. Или приятный комплимент, от которого я растаю как мороженное на солнце. Или озвучит новое подозрение. А ведь может. Он вообще подозрительный. Оба варианта заставляют мои нервы натягиваться струной.

Дергаюсь как от укуса, оборачиваюсь и быстро выдаю:

— Я готова. Можно ехать. Надеюсь, вас мой отец не утомил.

— Напротив. Развлек и скрасил время ожидания, — у Александра как-то странно дергается уголок губ, будто от раздражения.

— Славно, — энергично разворачиваюсь, подхватив подол. Краем глаза ловлю оценивающий взор мужчины, скользнувший по моей фигуре.