Лавка сновидений Юнсыль - Херин Ли - Страница 54

— Успокойся, успокойся. Все хорошо.

Отец Юнсыль обхватил голову Касселя и прижал к своей груди, как мантру повторяя «все хорошо».

Принц прислушался к биению его сердца. Это был глухой, размеренный, спокойный звук. И на удивление обнадеживающий. Кассель начал дышать в такт и постепенно утих.

Когда принц немного успокоился, отец Юнсыль обратился к нему с вопросом:

— Если ты не против, можешь рассказать нам, что случилось?

— Я все вам расскажу.

И тогда Кассель им признался. Он освободился от старой лжи и рассказал всю правду, которую так долго скрывал.

Кассель вытер лоб Юнсыль влажным полотенцем. Он все еще не осмеливался заглянуть в ее сон.

— Ты такая храбрая! А я такой трус, — пробормотал принц, убирая полотенце. Затем он, уже по привычке, рассказал ей, как прошел день. — Сегодня на сайте одного анонимного сообщества появилась новая теория заговора: на этот раз о секретном спутнике НАСА, который якобы посылал в сторону Земли мощные электромагнитные волны, временно парализовавшие лобные доли тех, кто попал под удар. Отчего они, как было написано, лишились души. Со временем паралич естественным образом проходил, и люди возвращались к жизни. Если честно, я даже не знаю, что тут сказать…

«Ахаха, правда? Это очень смешно», — внезапно послышался голос Юнсыль. Кассель взглянул на ее губы, но они были по-прежнему плотно сомкнуты.

Теперь еще и слуховые галлюцинации! У Касселя перехватило дыхание. В последнее время ему часто не хватало воздуха. Это случалось каждый раз, когда он думал о Юнсыль.

Принц быстро сменил тему.

— Уф… и родители, ну, у них все хорошо. Они неплохо справляются. Маме, конечно, тяжеловато, но папа даже иногда пытается меня утешить. Они сильные, поэтому, думаю, с ними все будет в порядке. Так что не волнуйся. Кстати, отец собирается переделать Лавку в букинистический магазин. Потому что я больше не буду продавать сны. Без тебя все теряет смысл. Но он думает оставить интерьер как есть. Кажется, отделка пришлась ему по душе.

Кассель снова тяжело вздохнул и отвернулся. Была середина летней ночи, и занавески развевались на сквозняке. В окно врывался прохладный воздух, а ноздри щекотал насыщенный запах летней травы.

Кассель прошептал, будто исповедующийся грешник:

— Юнсыль, а теперь мне пора уходить.

Родители любезно предложили Касселю воспользоваться их восстановившимися снами, чтобы принц смог вернуться в Королевство Грез. Сегодня в полночь он должен был отправиться в обратный путь.

— Фактически я возвращаюсь домой, но такое ощущение, будто ухожу из дома. Этот мир стал моим.

Кассель с нежностью провел рукой по волосам Юнсыль. В его жесте были одновременно и нерешительность, и беспокойство, и привязанность.

— У меня много дел. Я должен возродить Королевство Грез и дать людям возможность снова видеть сны. И восстановить твои сны тоже. Я обязательно найду способ. В реальном мире время идет гораздо медленнее, чем в Королевстве Грез, а Ткачи живут очень долго, так что у меня много лет впереди, и я собираюсь посвятить все это время тебе. Конечно, после того, как управлюсь с королевством. Не пойми меня неправильно: я не отодвигаю тебя на второй план. Вовсе нет.

Юнсыль любила все в этом мире. И она хотела защитить то, что ей дорого. Кассель вспомнил все, что нравилось Юнсыль. И себя в том числе. Он знал. Знал, что взгляд Юнсыль всегда останавливается на нем. И его взгляд тоже всегда останавливался на ней.

— Я просто надеюсь, что, когда ты проснешься, мир будет как прежде прекрасен и ты будешь любить его. Голубое небо и море, весенний дождь, летнюю траву, осенние листья, зимний снег, обыденную жизнь, сны, фантазии, конечно, твоих отца и мать. Чтобы ты могла снова любить их всех.

Кассель глотал слезы. Часы показывали одиннадцать пятьдесят восемь. Миг прощания приближался.

— Я скоро уже пойду. Чтобы не опоздать.

Юнсыль. Кассель медленно перекатывал ее имя во рту. Мягкий, бархатный звук крутился на кончике языка.

Это имя напомнило ему о ярком солнце, каждое утро поднимающемся над морским горизонтом, и о золотой ряби на воде. А когда он представил себе эту рябь, то пришел к воспоминаниям о самой Юнсыль.

Как ни крути, в итоге все сводилось к Юнсыль. Кассель улыбнулся.

— Я люблю тебя.

Это словно был ответ на ее последнее признание, которого Кассель не услышал. Принц прижался губами к ее лбу: короткий, трогательный поцелуй, легкий, как перышко, и неуловимый, как сон.

После этого Кассель вышел из комнаты. Он осторожно закрыл за собой дверь и ни разу не оглянулся.

Коротко попрощавшись со спящими родителями, принц положил руку им на лоб.

И щелкнул пальцами.

Около него на мгновение появилось облако пыльцы, и в следующий миг он исчез.

Кассель сидел на троне Королевства Грез.

Теперь, когда он вернулся из реального мира и взошел на престол, Кассель был денно и нощно занят важными делами. Его запястья и локти болели от работы с пером. Вокруг то и дело кружили феи.

Сидя посреди всего этого, Кассель чувствовал себя так, словно попал в ловушку времени. Нередко он молчал, погруженный в свои мысли. В такие моменты радужка его глаз окрашивалась в цвет морской волны. Однако обычно его размышления длились недолго, и ему приходилось возвращаться к бумагам.

Но сегодня он впервые за долгое время был свободен. Стоя на балконе, Кассель прищурился, окинув взглядом простиравшиеся бескрайние просторы. Богатая земля и мирные песни услаждали его глаза и уши. В небе, будто Млечный Путь, сверкала пыльца снов. Этот момент действительно можно было назвать прекрасным.

Однако даже сейчас Кассель не был рад: да, он чувствовал себя так, словно сбросил тяжелую ношу с плеч. Испытывал облегчение, волнение и трепет, но не счастье. Просто не мог забыть человека, без которого счастье немыслимо.

Прошло более ста лет с тех пор, как началась работа по восстановлению Королевства Грез. Сейчас оно было прекраснее и спокойнее, чем когда-либо. Только вчера Кассель закончил всеобъемлющее исследование жизненных процессов и сегодня представил доклад под названием «Как воссоздать разрушенные сны с помощью пыльцы».

Вдруг кто-то подошел к Касселю сзади. По звуку шагов он сразу узнал гостя.

— Асанева.

— Ваше Величество.

Асанева приблизился, преклонил колено перед Касселем и поцеловал ему руку. Асанева был не только известным ученым, но и сильнейшим — после Касселя, конечно — Ткачом снов, поэтому не должен был повторить ошибки своих предков. Он станет великим монархом, возможно, даже более знаменитым, чем сам Кассель, и приведет Королевство Грез к славе.