Тень (СИ) - Прягин Владимир - Страница 40

— Недели три? — повторила Хильда. — Но если так, то…

— Да, — подтвердил я. — Он прибыл на хаб как раз перед тем, как у нас начались занятия. Его интересовала ямская школа, и он хотел с самого начала держать Джино под контролем. Вопрос только — для чего всё это?

Хильда посмотрела на Эву:

— Простите, что втягиваем вас в это, но вы же видите — происходит что-то опасное. И ваши воспоминания могли бы помочь в этом разобраться. Если бы вы согласились встретиться с магом разума…

— Похоже, придётся, — вздохнула Эва. — Илла сказала, что ждёт меня…

— Мы можем сейчас вернуться к ней вместе.

Эва кивнула и подошла к нам ближе. Хильда взяла листок, полученный от мага пространства, и надорвала его вдоль второй пунктирной черты. Завертелся флюидный смерч, пейзаж вокруг нас размазался, перекрасился — и скомпоновался заново.

Мы стояли на заднем дворе у Гирта.

Открылась дверь, маг вышел из дома. Следом за ним появилась Илла, поправляя на ходу платье. Пока нас не было, они, кажется, уладили свои разногласия.

— Вижу, — сказала Илла, — прыгнули вы успешно. Рада познакомиться лично, Эва. Хотя, к сожалению, повод — так себе. Значит, всё-таки попытаемся растормошить твою память? Проверим, что ты забыла?

— Да, — подтвердила та. — И давай поскорее с этим покончим.

— Согласна с тобой. Пойдём.

Гирт остался дома, мы же вернулись к Илле. Та указала на широкую лавку, застеленную периной:

— Приляг. Процедура будет небыстрая. Всё-таки четырнадцать лет — глубокое погружение, до нужного пласта памяти надо ещё добраться. Ты доверяешь мне? Готова попробовать?

— Приступай.

Илла присела рядом с ней, посмотрела прямо в глаза. Дыхание у Эвы выровнялось, а взгляд стал отсутствующим — она будто спала с открытыми глазами. Так продолжалось пару минут, затем Илла встряхнулась и провела ладонью перед лицом у Эвы:

— Проснись.

Обернувшись к нам, пояснила:

— Будет сложнее, чем мне казалось. Нужна серьёзная подготовка, а сам сеанс получится долгим, на несколько часов. Результат — не раньше, чем завтра.

— Из-за чего так? — спросила Эва, приподнимаясь.

— Память на глубине я смогу нащупать, хоть и не сразу. В общем и целом там всё в порядке, по моим ощущениям. Но есть какой-то… Не знаю даже, как правильно назвать, мне раньше такое не попадалось. Пузырь или что-то вроде. Он небольшой, я толком его не чувствую. Или, может, он просто мне померещился…

— Извините, — сказала Хильда, — можно уточнить? Этот пузырь пустой или что-то в себе содержит? Вдруг в нём и хранятся настоящие воспоминания о том рейсе?

— Это я и хочу проверить. Задача сложная, нужно время.

— Тогда мы заедем к вам завтра вечером. Или, может быть, послезавтра — зависит от того, как сложится рейс. Вы не возражаете?

— Буду ждать, — ответила Илла.

— Удачи вам! — пожелала Хильда. — А вам, Эва, огромнейшее спасибо. Вы делаете очень важное дело.

Мы распрощались с ними, напоследок спросив у Иллы, как проще попасть обратно на хаб. Она пообещала, что через артефакт свяжется с извозчиком и попросит подъехать к дому. Когда мы вышли на улицу, Хильда грустно вздохнула:

— Значит, наша паранойя — не ерунда. «Птеродактиль» в осевом мире — явное доказательство, хотя я не понимаю, как такое возможно… А ядовитый фон подтверждает, что человек, прилетевший на этом ящере, замышлял что-то нехорошее. В голове не укладывается…

— Придётся нам всё-таки отчитаться перед начальством.

— Угу, придётся…

К нам подкатила повозка, запряжённая парой крепких лошадок. На облучке восседал мужичок в картузе и с пышными подкрученными усами. Мы заняли места, и лошади потащили нас прочь из города.

У городской черты флюид встрепенулся, и перед нами распахнулся пролив. Копыта зацокали по мосту, повозка покачивалась на мягких рессорах. Солнце светило в спину, искрились волны, но настроение у нас было паршивое. Мы молчали, глядя на приближающийся остров.

Парковка у ямской башни была заполнена, несмотря на вечер субботы. Мы поднялись на лифте. Когда мы подходили к кабинету начальника, там распахнулась дверь. В коридор вышли трое хмурых мужчин и пожилая дама в форме подсказчицы. Они явно узнали нас и уставились без особой приязни. Но не сказали нам ничего, лишь сухо кивнули в ответ на наше приветствие.

Риттер Янсен тоже не выглядел осчастливленным. Окинул нас долгим взглядом, велел присесть и сообщил ровным голосом:

— Вы не должны были уезжать без отчёта. За это — выговор. Впрочем, Гленна сообщила подробности. И должен признать, теперь мы серьёзно воспринимаем то, что прежде считали вашими домыслами. Ваше решение найти Эву я одобряю. Вы с ней поговорили? Узнали что-нибудь?

— Да, шеф. Вам это не понравится.

Пересказав под запись всё, что мы выяснили за эти часы, я смолк и развёл руками — такие, мол, пироги. Хильда подтвердила мои слова. Начальник некоторое время что-то обдумывал, затем констатировал:

— Да, новости не радуют. И подтверждают правильность тех решений, которые мы приняли только что на экстренном совещании. Контакты с синклитом временно прерываются, наши исследовательские группы покидают тот мир. Возобновим работу после того, как прояснится ситуация с отравленным минералом на хабе. Мы раньше не сталкивались с подобным и не имеем нужного опыта, поэтому вынуждены импровизировать. Хотя нам претят столь резкие меры.

— А шпиона вы искать собираетесь? — спросил я. — Мы ведь установили — он наш ровесник. А может, даже один из наших сокурсников. По-моему, нужна проверка. Пусть всех парней из кампуса обследуют маги разума. Ну, и девчонок тоже — на случай, если он не один. Это же очевидный шаг, напрашивается сразу.

Хильда поёжилась, а начальник сказал:

— Попробуй взглянуть на всё это несколько отстранённо. Твой родной мир, Тимофей, лишь недавно обрёл стабильность. Преодолел внутренние распри, благодаря чему и вышел на хаб. Но у вас ещё помнят те времена, когда люди враждовали. Это находит отражение и в вашей культуре. Те же шпионы всё ещё присутствуют у вас в массовом сознании — пусть даже в нереалистическом виде, как персонажи развлекательных фильмов. Согласен?

— Ну, в общем, да.

— В этом смысле твой мир ещё очень молод. Другие оси — взрослее. Для них шпионаж и тому подобные вещи — понятия уже совершенно абстрактные. У нас попросту забыли, что такое спецслужбы или разведки. Соответствующий менталитет давно закрепился и на общественном уровне, и на индивидуальном. Он формируется с детства, причём естественным образом, без нажима. Доверие — вот основа всего. А теперь представь — ученикам ямской школы вдруг сообщают, что все они пребывают под подозрением в неких враждебных происках.

— Понимаю, к чему вы клоните, но… Окей, меня сейчас не рассматриваем, я нетипичный студент для школы. Посмотрите тогда на Хильду — как только ей сообщили, что у неё может быть затуманен мозг, она сразу же согласилась на любую проверку. То есть не просто согласилась, а пяткой в грудь стучала, кидалась на всех начальников, которые не успели залезть под лавки, и требовала срочно её обследовать, потому что так надо. Я еле-еле утихомирил…

Хильда вздохнула и посмотрела на меня укоризненно. Шеф чуть заметно дёрнул уголком рта:

— Во-первых, твоя напарница — дама чрезвычайно ответственная, так её воспитали. А во-вторых, она уже заразилась от тебя лёгким сумасшествием. Так что её реакция меня совершенно не удивляет. Но среди будущих ямщиков есть люди разного склада. Не все воспримут обследование так же непринуждённо, как вы.

— Да ладно вам, шеф. Они все — взрослые люди. А если не проверять, то шпион получит вообще все козыри.

— Речь идёт не о том, чтобы пустить всё на самотёк. Но надо подумать, как организовать проверку тихо и деликатно, без вреда для студентов. И скомбинировать всё это с мероприятиями за пределами школы. Нестандартные ходы пригодятся. Именно поэтому, кстати, я не препятствовал вашим сегодняшним действиям на западной оси. В поисках гипотетического шпиона вы двое — ничем не хуже других сотрудников ямского приказа. А в чём-то и лучше. Но…