Приходи на Паддингтонскую ярмарку (ЛП) - Смит Дерек - Страница 15

Дензил надулся:

– Я не дурачусь, Пенни. «Последний трофей» пойдет сегодня вечером с тобой в главной роли.

Девушка уставилась на свое отражение в зеркале:

– Но полиция...

– Дала разрешение.

– Верится с трудом.

Дензил положил руки ей на плечи:

– Это – твой большой шанс. Используй его по максимуму.

Пенни прошептала:

– Но получить его вот так... потому что Лесли убита... – Ее глаза потемнели: – У меня такое чувство, что я граблю могилу.

Глава 9

Старший инспектор Касл мрачно заявил:

– Сейчас я говорю неофициально. Но думаю, должен сказать,– он кашлянул в кулак,– что для вас было бы умнее хранить молчание.

Ричард Мервен резко откинулся на спинку жесткого стула:

– Что толку? Так или иначе, со мной покончено.

– Очень хорошо. – Касл уселся на стол между ними. Ровным тоном он произнес: – Ричард Мервен, моя обязанность предупредить вас, что все вами сказанное будет зафиксировано и может использоваться в качестве доказательств.

Рот заключенного дернулся.

– Ради Бога дайте мне сигарету!– попросил он.

Касл кивнул. Лоуренс вышел вперед и протянул серебряный портсигар. Когда сигарета оказалась между губами заключенного, Лоуренс перевернул портсигар и высек пламя зажигалкой, расположенной в торце.

Мервен глубоко затянулся:

– Спасибо.

Он выдохнул струю дыма.

Касл терпеливо ждал. Лоуренс отошел назад в угол. Стенографист открыл блокнот.

Мервен убрал сигарету изо рта и заговорил с неловкой бравадой:

– Итак, инспектор. С чего начнем?

– С чего хотите. – Голос Касла звучал ласково, почти сочувствующе. – Я помогу составить формальное заявление позже.

Мервен резко спросил:

– Вы знаете, конечно, почему я убил ее?

Касл кивнул:

– Это Лесли, девушка, которая предала вас.

– Да. – Щеки Мервена, казалось, еще втянулись. Он попытался засмеяться. Звук был резким и неприятным.

Касл мягко попросил:

– Расскажите мне о ней.

Мервен с отчаянием воскликнул:

– Я любил ее!.. – Он продолжал: – Все началось в тот день, когда бандит попытался ограбить меня около главного офиса. Я сбил его с ног простым приемом дзюдо – один из тех уроков, которые дала мне армия. Так что моей заслуги тут мало. Но я действительно спас деньги банка. И надеялся на небольшую награду.

– Вы получили ее?– спросил Касл.

Мервен коротко рассмеялся:

– Я получил,– горько сказал он,– личное благодарственное письмо от директоров. Ценность которого равна нулю. – Он вновь помрачнел. – С этого все началось. Мое недовольство. И дружба с Лесли.

Он задумался, вспоминая. Затем лицо его потемнело:

– Сейчас-то я вижу, как она сыграла на моей обиде. Возможно, со временем разочарование прошло бы. Но она продолжала напоминать мне об этом. Она говорила, что директора обманули меня, что они мне что-то должны... Я думал, что она по-настоящему возмущена и говорит из сочувствия и дружбы. Но теперь вижу: она просто готовила меня к тому, что я должен был сделать.

Он закашлялся:

–Я думал, она любила меня. Я-то ее любил. Она казалась такой хорошей, такой доброй, такой красивой...

Он подавил рыдание.

Касл терпеливо ждал.

Мервен сильно прикусил губу. Голос его прерывался:

–Я попросил ее выйти за меня замуж. Она отказалась. Я сказал, что хочу создать для нее дом. Она сказала, что для этого нужно много денег.

Он ссутулился:

– Конечно, она была права. Перегруженный работой банковский служащий, которому недоплачивают, не мог надеяться обеспечить ее. Любовь в шалаше ее не устроила бы. Она хотела места под солнцем. Деньги стали для меня навязчивой идеей. С ними я мог бы купить счастье... Лесли могла быть со мной.

Взгляд его стал каким-то голодным:

– Я смотрел, как деньги проходят туда и обратно, смотрел, как их каждый вечер укладывают в хранилищах. Я продолжал думать о сейфе. О всех тех деньгах, собственности богатых, праздных, ничего не стоящих людей... У них было их так много, в то время как у меня так мало!

Я поговорил с Лесли. Я чувствовал, словно попал в ловушку. Она спросила, хватит ли у меня храбрости, чтобы вырваться на свободу. Я боялся, но вынужден был слушать. Она вкладывала в свои слова все тайные мечты и стремления, которые переполняли мой ум...

Мервен с трудом дышал:

– Она сказала, что мне мешает только страх. Я еще ничего не взял. Но здесь – внутри – я больше не был честным человеком. Никаких иллюзий не осталось. Я был готов сделать все, что она желает. А затем она дала мне ключи.

Мервен уставился на свои руки:

– Я едва поверил собственным глазам. Передо мной были дубликаты ключей, имевшихся только у высшего руководства. Лесли сказала, что их сделали по восковым слепкам, взятым с оригиналов. Я потребовал объяснений. Она сказала лишь, что слепки с ключей были взяты в то время, когда они были в распоряжении Сперлинга, но без его ведома и в обстоятельствах, которые делали для него невозможным жаловаться... Вы понимаете? Я обезумел от ревности. Но она поклялась, что теперь между ними больше ничего нет. И я слишком хотел ее, чтобы позволять своему гневу взять верх. Она околдовала меня. Я был готов сделать для нее всё.

Мервен поднял глаза:

– Как только решение было принято, остальное оказалось легко. Мы должны были лишь дождаться благоприятной возможности. Лесли уволилась из банка, и мы сохранили нашу связь в тайне. Так казалось безопаснее всего. – Мервен горько рассмеялся. – Так и оказалось... для нее.

Он задумался:

–Я терпеливо ждал. Наконец, момент наступил. Однажды в субботу мое имя появилось в списке ответственных за ключи. Это означало, что они будут в моем распоряжении на весь уикэнд и сейф не вскроют до утра понедельника. Так вышло, что была очередь Сперлинга хранить другой набор ключей. Но это просто ирония судьбы, ничего больше. Мы заперли сейфы, бухгалтер и я, и покинули банк. Но я вернулся в середине дня и вошел в здание. У меня были свои ключи и дубликаты Лесли. Я открыл сейф и наполнил чемодан деньгами. Проще простого.

На лбу Мервена выступили капельки пота. Он продолжал хриплым голосом:

–Я пошел, чтобы воссоединиться с Лесли. Мы собирались контрабандой вывезти награбленное за границу и начать новую жизнь в другой стране... Лесли ждала в своей квартире. Я позвонил ей с дороги, чтобы она знала, что все в порядке, и пошел к ней с деньгами.

Мервен стал спешить и говорил с трудом:

– Она позвала меня в спальню. Я вошел в дверь... Что- то обрушилось мне на голову. Казалось, мой мозг просто взорвался от боли.

В глазах его стояла мука:

– Кто-то ждал позади двери. Но я не видел никого, только Лесли. Она смотрела на меня. И смеялась...

Повисло долгое молчание.

– Затем я очнулся на дорожке позади квартиры. Я добрался до улицы и вновь отключился... Вы знаете, что произошло потом.

Сигарета догорела до пальцев Мервена. Он бросил обугленный окурок в пепельницу и устало продолжал:

– Все годы в тюрьме... Только одно поддерживало меня. Ненависть в сердце.

Касл шумно вздохнул. Он заговорил с подлинным чувством:

– Вы должны были послушаться меня. Я советовал вам забыть о мести и выбрать правосудие.

Мервен горько рассмеялся:

–Я мог бы рассказать вам всю историю. Вы, возможно, поверили бы мне. Возможно, нашли бы Лесли. Смогли бы вы осудить ее?

– Возможно.

–А возможно нет. Мне нужна была настоящая месть. Нужна была ее жизнь.

Касл снова вздохнул:

– Продолжайте.

Мервен откинулся на стуле:

– Я вышел из тюрьмы только с одной мыслью в голове. Найти Лесли.

– И отомстить.

– Конечно. У меня была лишь одна подсказка – ее имя.

Касл выглядел озадаченным:

– Ее имя?

–Да. «Барр» – для нее ничего не значило. Но «Лесли» было прекрасным именем, и она гордилась им. Я знал, что она никогда не откажется от него.

– Понимаю,– согласился Касл. Мелкое тщеславие, подумал он. Которое, тем не менее, привело девушку к смерти.