Скажи мне «нет», любимая (СИ) - Абалова Татьяна - Страница 35

Но тут в комнату вошла Ральда.

– О, я видела точно такие цветы в капище Трех богов! Их оставила на могиле родителей графа леди Кречет. Мне стало интересно, куда она ходила, когда проникла на территорию замка и еще имела смелость надерзить вам. Слуги не хотели говорить, но свежие следы на снегу привели меня к старой пещере.

Тут я взвилась! Можете представить мое негодование! Ваша невеста, если верить «Хроникам», и есть суженая графа Хорр! Я тут же поспешила исправить положение – послала Ральду вынести цветы с капища и уничтожить.

Пришлось поволноваться. Так как граф, посетив Мамушку, вдруг вздумал навестить могилы родителей. Я так и знала, что эта вредная старуха надоумит его и испортит мою игру. Она ведьма, уверяю вас. Другую насланная порча скрутила бы за пару дней, а эта все никак не подохнет.

Я как могла задерживала графа, чтобы дать Ральде возможность унести цветы из пещеры Трех богов, но он пошел туда, хотя снега было по колено. Я так и не узнала, успела Ральда или нет, так как мерзавка куда–то подевалась.

Знаете, мой лорд, я уже начинаю верить, что наш Бог не справляется с этой троицей. Как бы мы ни пытались убить веру в Трех богов, она жива. Я сама видела, как им поклоняются слуги в замке. Придется приложить немало усилий, чтобы поставить их на верный путь. Показательная смерть одного–двух еретиков быстро приведет людей к нашему Богу. Кончилось время уговоров.

Но не будем больше отвлекаться на второстепенное.

А важное то, что я объявила в присутствии вашей сестры – моей матери, что являюсь невестой графа Хорра. Конечно, он был удивлен, но священник, так вовремя вызванный мной и записавший в храмовую книгу увиденное ночью, подтвердил, что предложение руки и сердца было сделано, и я ответила согласием. Только глупый человек разорвет помолвку с племянницей могущественного короля, так что я уверена в благополучном исходе нашей задумки.

Но есть одно обстоятельство, которое меня беспокоит. Стоило графу понять, что выхода у него нет, придется жениться, как он тут же покинул замок. Стефан объяснил поспешный отъезд Вашим приказом немедленно избавить Лапларское ущелье от оборотней. Я понимаю Ваше стремление как можно быстрее прибрать крепость и его хозяйку к рукам, но оно несколько противоречит моим планам. А вдруг графа там убьют? Я опять останусь без мужской ласки и Закряжья, где могла бы быть хорошей правительницей.

Второе, что тревожит меня: с отъездом графа исчезла Мамушка. Слуги клянутся, что не видели, чтобы он забирал ее с собой. Да и зачем старуха в тяжелом походе? Отбыл отряд во главе с графом и его другом бароном Фоком (хоть бы этот осел сложил в ущелье голову), но никаких следов, что Мамушка уехала с ними, нет.

Как же я жалею, что у меня нет чертежей дворца! Скорее всего, эта старуха где–нибудь прячется. А ведь мы с Фиграном хотели закончить начатое. Я специально попросила его явиться, так как насланная на Мамушку порча не подействовала. Придется последить за слугами, ведь старухе непременно потребуется еда.

Верю в нашего Бога и Ваше всесилие.

Ваша любимая племянница Душка Эва».

Стефан порывисто открыл дверь и пригасил в комнату ждущую за дверями парочку. Сунул Луизе и Каслу оба письма. Пока они читали, наблюдал за их реакцией.

– О, выходит, мои розы уже тогда говорили, что я твоя суженая! – Лиззи подняла глаза на графа. – Ведь я принесла их для тебя. И будь ты в порядке, превращение произошло бы на твоих глазах! Я представляю, как мы оба удивились бы!

Касла задело другое.

– Она назвала меня ослом! – возмущенно воскликнул он. – Вот же! С каким удовольствием я посмотрю ей в глаза, когда она узнает, что красавчик Стефан, титул герцогини и Закряжье уплыли из ее рук. Но задницей чувствую, что кКороль точно объявит нам войну.

– Поэтому к ней нужно готовиться, –   согласился Стефан.

– Да, – поддержала его Луиза. – Сначала поженимся, чтобы нам не грозило стать добычей короля и его племянницы, а потом метнемся к Хранительнице Северных земель.

– А может, сначала заручимся поддержкой Хранительницы, а потом свадьба?

– Знаешь, милый, мне проще будет держать осаду, если я буду знать, что ты на законных основаниях мой. Таких подлых людей, как эти Гроцца я еще не видала. Я ногой не ступлю за пределы крепостной стены, пока ты не скажешь мне «да», а я не отвечу тебе «нет».

Стефан, сдаваясь, поднял руки.

Луиза, отдав ему перехваченное письмо кинулась из комнаты вон.

– Я переодеваться! Встретимся в храме, – крикнула она на бегу.

– Черт, я не успел расспросить ее о картине, – растерянно произнес Стефан, слушая, как по коридору удаляется стук каблучков его невесты.

– А что в ней особого? – обернулся на полотно Касл.

– Здесь наше будущее. Но я собираюсь его изменить.

Глава 27. Счастливые мгновения

Глава 27. Счастливые мгновения

Оставшись в одиночестве, граф и барон вытряхнули содержимое кофра на кровать, чтобы разделить одежду между собой. Пауль постарался, поэтому обошлось без драки и обид. Худосочный Касл сбегал на кухню, и сердобольные женщины не только нашли для него иголку и нитку, но и помогли подшить рукава на нарядном кафтане и переставить пуговицы на нем и штанах.

К двенадцати оба друга были готовы. Волосы тщательно причесаны, лица побриты, сапоги начищены. В петлицах по цветку – это уже постарался сам Стефан. Он сбегал в Зимний сад и убедился, что никуда волшебные цветы не делись. Мало того, появились нераспустившиеся бутоны на плюще, что увивал беседку.

– Вы окончательно сюда перебрались? – спросил Стефан, когда цветы, завидев его, повернули головки.

Даже журчание источников сделалось веселей. Граф навестил и их, умывшись живительной водой. Ширина потока сейчас была не на три пальца, как вчера, а на все пять. Мальхору и Кодидуру определенно здесь нравилось.

На обратном пути Стефан встретил женщин, которые тащили перины, подушки и стопки простыней. Он посторонился и даже втянул живот, чтобы пропустить шумную толпу. Девицы рассмеялись, только завидев его. Он заметил, как они толкали друг друга и прыскали, оборачиваясь на него.

Ясность внесли мужики, которые следом волокли огромную кровать.

– Для вас, милорд, стараемся. Хозяйка приказала в беседке спальное место оборудовать. Романтика!

Стефан поспешил к себе. Его будущая жена большая затейница.

В храм пришли заранее. Его тоже украсили, не пожалев ельника и цветов из Зимнего сада. На подоконниках лежали фрукты – все, что уже созрело. Яркими пятнами выделялись мандарины. Горел огонь в чашах, нагревая небольшое помещение. По воздуху плыли чарующие ароматы.

Священник тоже оделся по–праздничному: на нем была красная сутана, расшитая золотом и серебром, где каждый цвет имел отношение к Трем богам. Серебро – это символ седин Старца, золото – блеск меча и лат Защитника, красный цвет – символ Отрока. Красная заря – возрождение нового, начало начал.

Стефану непривычно было видеть красное храмовое одеяние. Священник нового бога облачался только в черное, поэтому в Верконе многие отвыкли от праздничного цвета Трех богов.

Небольшой зал потихоньку заполнялся. Жители крепости принарядились. Садились на скамьи, уперев взор на стоящих у алтаря мужчин. Шептались.

Заиграл орган. Стефан оглянулся. Не ожидал, что здесь будет музыка. Даже в столице не каждый храм мог похвастаться дорогим инструментом. В детстве Стефан ни разу не присутствовал на службе в крепости, поэтому поразился наличию длинных духовых труб. Их не было видно из–за каменных изваяний Трех богов.

– Спасибо, – шепнул граф Старцу, встретившись с ним взглядом. Стефану даже показалось, что перо в руке старшего бога дрогнуло.

– Пожалуйста, милый. Все для тебя, – не поняв, что граф обращался не к ней, произнесла играющая на инструменте Фая – мать Змеи. Полная женщина с упоением нажимала пухлыми пальчиками на клавиши верхней клавиатуры, не забывая работать ногами на нижней – педальной.