"Фантастика 2024-158". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Третьяков Андрей - Страница 1409

Войдя в кабинет, они мялись у двери, как будто не решаясь пройти дальше.

— Проходите, присаживайтесь, — предложил директор, указывая на стулья возле стола для совещаний. — Как отдохнули?

— Спасибо, хорошо, — ответил старший.

Директор не стал представляться сам — очевидно, они уже встречались раньше, когда машинистов нашли.

— Это Дмитрий, — он указал на меня. — Специалист в области безопасности.

Конечно, это был никак не согласованный со мной экспромт, но я не возражал. Это упрощало дальнейший разговор.

— Александр Данилович, машинист, и его помощник, Алексей, — добавил директор.

— Приятно, — кивнул я, убирая в сторону пустую чашку из-под кофе.

Железнодорожники кивнули в ответ.

Директор собирался продолжить, но машинист опередил его.

— Скажите, по поводу Кинеля… ситуация не прояснилась? — спросил он.

— Боюсь, мы получили лишнее подтверждение, — ответил Пётр, глядя на меня. — Взрыв был на железнодорожном узле.

Машинист прикрыл глаза.

— Есть надежда, что выжили те, кто успел спуститься в убежища на окраинах города, далеко от станции, — продолжал директор.

— Мне нужно туда, — сказал он. — У вас есть какой-то транспорт?

Пётр вздохнул.

— Транспорт у нас, конечно же, есть, — ответил он. — И, возможно, я смогу пойти вам навстречу. Однако сейчас очень важно выдержать время. Если те, кто укрылся в убежищах, не будут пытаться выйти наружу в эти дни — с ними всё будет в порядке. Ну, насколько это возможно в текущих обстоятельствах. Фон достаточно снизится, чтобы их можно было бы эвакуировать. Однако до этого времени любая спасательная операция — чистое самоубийство.

Машинист скрипнул зубами.

— Должен быть способ, — сказал он. — Костюмы защитные…

— Вы готовы рисковать жизнью и здоровьем своих близких? При условии, что они выжили?

Какое-то время машинисты молчали, глядя друг на друга. Потом старший спросил:

— Вы… для этого нас вызвали? Чтобы лично сказать?

— Нет, — ответил директор. — Мне нужна информация. Скажите, вам известно, какой груз находится в составе?

Железнодорожники снова переглянулись.

— Контейнеры, — ответил старший. — Что именно там мы не знаем.

— Скажите, а где это можно было бы узнать? Чтобы вскрывать не пришлось? — поинтересовался Пётр.

Машинист напряг желваки и положил на стол сцепленные в замок руки.

— Слушайте, мы благодарны вам. За тепло и еду. Но вы должны понимать, что мародёрство…

— Да кто говорит о мародёрстве? — возмущённо перебил директор. — Я же говорил, что буду поддерживать порядок до последнего. Или вы думаете, что за ночь я изменил свои принципы⁈

— Извините, если что не так, — ответил Александр. — Но что мы должны были подумать?

— Кто-то очень серьёзный заинтересовался вашим грузом, — ответил Пётр. — Наши люди чуть не погибли. Вы могли бы предупредить, если что-то знали…

— Да обычный груз, и обычные контейнеры! — вмешался молчавший до этого Алексей. — Приняли как обычно, всё вообще было обычно! До того, как…

— У нас чрезвычайная ситуация, — добавил старший. — Мы можем вскрыть пакет с транспортной железнодорожной накладной. Там должна быть опись состава груза.

— А где находится этот пакет? — уточнил директор. — У вас?

— Нет, в кабине.

— Ясно. Значит, нам снова придётся прогуляться.

Саныч снова отвёз нас всех к поезду. Остановился возле локомотива. При этом я обратил внимание, что он специально сделал небольшой крюк у переезда, чтобы заехать с другой стороны — там, где не было бы видно кровь на снегу.

Кабина электровоза была полностью выстужена и напоминала внутренности промышленного рефрижератора. Та же куча непонятных проводов и магистралей, покрытая довольно толстым слоем инея.

Пакет, о котором говорил Александр, оказался пластиковой папкой с печатью. Вскрыв печать, он извлёк документы. Пробежал глазами содержание. Нахмурился.

— Странно… — сказал он.

— Что-то не так? — терпеливо уточнил директор.

— Да вроде всё в порядке, просто странно, что одна бумажка на все контейнеры… обычно описей гораздо больше.

— Что там?

— «Электронное промышленное оборудование», — процитировал машинист.

Мы переглянулись с директором.

— Надо вскрывать, — сказал я.

— Зачем? — уточнил он.

— Хотя бы для того, чтобы убедиться, что это действительно электронное промышленное оборудование.

— Я свою санкцию на это дать не могу. Прошу учесть, что я протестую, — вмешался машинист.

— Учтём, — кивнул директор.

— Если вскрывать — надо где-то инструменты добыть, — сказал я и добавил, специально для того, чтобы железнодорожники услышали. Глядишь, меньше строптивиться будут: — Надо ещё взрывчатку демонтировать.

— Взрывчатку? — переспросил Алексей.

— Да, — кивнул директор. — Некие люди очень хотели сильно навредить грузу, который вы так доблестно защищаете.

Саныч отвёз нас с директором в администрацию, высадив машинистов возле столовой. Как раз подходило время обеда. Потом отправился за Ольгой.

Она приехала злая. Как вскоре выяснилось, на Семёна.

— Вы представляете, он едва не додумался ночевать в той палате! Как можно поступать настолько безответственно⁈ Хоть бы о своих будущих детях подумал! — выговаривала она в лицо Петру, пока я делал кофе на троих.

— Пока что я не очень понял, в чём проблема, — дипломатично ответил тот.

— Я категорически запрещала находится ближе пяти метров к пациенту дольше пяти минут! Я, блин, не с потолка эти цифры взяла! А он додумался книгу читать. На стульчике рядом!

— Ясно… — Пётр побарабанил пальцами по столу. — Меры примем. Спасибо… как пациент, кстати?

— Стадия улучшения, — ответила Ольга, успокаиваясь. — Дальше только ждать. Завтра — послезавтра снова начнётся ухудшения, и тут будем стараться его вытаскивать. По анализам крови есть основания для очень и очень осторожного, но оптимизма.

— Можем ли мы рассчитывать, что вы останетесь с нами до этого времени? — спросил директор.

— Конечно, — кивнула Ольга. — Пока это единственное разумное решение.

— А ты, Дима? — он поглядел мне в глаза. — Возвращаясь к нашему вчерашнему разговору. Возможно, тебе нужно несколько дней оглядеться и подумать? Не обязательно сразу принимать предложение. Но не скрою: ты нам очень нужен. Да что я объясняю, ты сам видел. Работы очень много.

Я вдруг понял, что за прошедшие сутки случилось столько всего, что мой первоначальный план — добраться до моря и дальше, в другие земли — как-то потускнел. Стал призрачным, почти нереальным.

И правда: стоит ли упорствовать? Оно бы имело смысл, если б нам было негде приткнутся в наступившем хаосе. Если бы приходилось выживать, добывая питание в ставших небезопасными городах и ночевать на развалинах, не думая о будущем… но ведь всё складывается совершенно иначе. Да, я прекрасно понимаю, что всё это благополучие кругом — штука крайне хрупкая и может закончиться в любую минуту. Но почему бы не попытаться за него бороться?.. как бы то ни было, директор поступил разумно, не прижимая меня к стенке с требованием немедленного ответа.

— Кстати, у нас есть неплохой тренажёрный зал. Я ещё не рассказывал?

Он улыбнулся мне — прямо и открыто. И в этот момент я вдруг почувствовал, что действительно готов поменять бегство на борьбу.

Глава 18

Тренажёрка и правда оказалась отличной: оборудование известного бренда, зоны кросс-фит и калистеники, даже бассейн и две сауны — сухая и влажная! В общем, почти полноценный фитнес-клуб, только бесплатный для сотрудников агрокомплекса.

Я заглянул туда размяться до обеда, перед тем как забрать детей из школы. Думал так, согреюсь слегка. Но увлёкся, и разминка трансформировалась в полноценную тренировку. Привычное занятие успокаивало. Настраивало на рабочий лад, придавало оптимизма.

Когда работал с гирей, вдруг обнаружил, что в зале не один. Из кардиозоны вышла Алиса. Она была одета в чёрные тайтсы и белую футболку, на ногах — какие-то потрёпанные кроссовки, которые, как мне показалось, были ей великоваты.