Феечка с сердцем дракона (СИ) - Дашкевич Софья - Страница 14

— Зато честно признались, — утешал он меня, когда мы стояли в противоположных углах, потирая покрасневшие уши. — И совесть чиста!

Ну, может, хоть в драконьей академии Нарта научили удерживать информацию за зубами?

Лазурный вызвался помочь, и я с радостью ухватилась за его предложение: слишком мало времени осталось, чтобы пробовать в одиночку. И он, как ни странно, озвучил вполне себе неплохую идею: ночь, феи спят без задних ног, Нарт показывает секретный лаз и караулит снаружи, пока я ищу свой «женский секрет».

И все бы ничего, но… Вот она, Эренида Янброк, блуждает впотьмах и не может найти не то что прачечную, а даже своего единственного сообщника.

Как назло, скрылись и звезды, и огрызок луны. Тусклые крапинки светлячков мерцали в кроне раскидистой акации, и кроме нее я не видела ничего. Под босой ступней юркнуло что-то склизкое. Огромный червяк или маленькая лягушка… И с чего я решила, что без каблуков мне будет удобнее? Отскочила в сторону, но попала в жгуче-колючие заросли.

— Проклятье! — простонала в пустоту, почесывая зудящую лодыжку.

Пустота подхватила меня под локоть и жарко дыхнула в шею:

— Ты чего орешь?! Всех перебудишь!

Я было дернулась, но вовремя учуяла знакомый запах незабудок.

— На-а-арт! — выдохнула с облегчением и уткнулась ему в плечо.

В любой другой ситуации я б себе ни за что такой слабости не позволила, однако в темноте есть свои преимущества: никто не увидит твоего позора.

— Это же виритеи, любимые цветы профессора Минти! — Нарт приподнял меня, переставил куда-то, и я ощутила под ногами мелкий гравий дорожки.

— Как?! Как ты увидел? — обомлела я.

— Никак, — послышалось из мрака. — Просто я здесь с закрытыми глазами ориентируюсь. Лисса-тэй раздобыла саженцы виритеи, еще когда я был ребенком. Они зацветают раз в двадцать лет, и если ты передавила бутоны…

Да, насчет драконьей академии отец Нарта явно погорячился. Что-то я не припомню, чтобы в королевских войсках требовались боевые ботаники!

— Пошли к прачечной! — перебила лазурного. — Моя соседка проснется в любой момент!

Сделала шаг наугад и чуть не взвыла: в бедро воткнулся здоровенный шип. По всяком случае, сослепу мне показалось, что острие пронзило меня насквозь.

Благо, Нарт вовремя зажал мне рот ладонью.

— Эри-Эри… Защитные лианы королевы Тамиэль!

— Их же на границах выращивают! — просипела я сдавленно. — От орков!

— Ну да, просто профессор Минти захотела изучить все свойства… Нет, так не пойдет. Не шевелись.

Зашелестела ткань, и через мгновение в воздухе вспыхнул золотистый круг. Он осветил довольную физиономию Нарта и кисточку в его руке.

— Как тебе? Мама научила!

Не академия, а какое-то собрание мамочников. Что Солианна, что вот теперь Нарт… Мне одной здесь повезло с отцом?

— Великолепно! — заверила Нарта и осмотрелась.

Свечение магического рисунка не озаряло сад, как днем, но смутные очертания кустов и, главное, дорожки, я-таки разглядела. Припадая на поцарапанную ногу, направилась прямиком в прачечную. Лазурный едва поспевал за мной: то и дело останавливался, чтобы изобразить в воздухе очередную волшебную каляку.

— Странно, что ты вообще ничего не видела, — бормотал он, размахивая кистью. — Выходит, зрение у тебя фейское? Драконы гораздо лучше ориентируются в темноте…

— Драконы гораздо лучше ориентируются у себя в пещерах!

— А чего ты так нервничаешь? Боишься, что мы не успеем найти твое что-то? — Нарт, похоже, пребывал в чудесном расположении духа.

Ну, естественно, это ведь не его план трещал по швам!

— Я. Никогда. Ничего. Не боюсь, — отчеканила уверенно и остановилась возле прачечной. — Ну? Показывай свой секретный лаз!

— А я ведь знаю, зачем мы туда лезем! — Нарт поднес кисточку к подбородку и ухмыльнулся.

Подсвеченное снизу, его лицо напоминало зловещую маску древнего божества.

— Уж точно не болтать!

— Можешь ничего не рассказывать, я сам догадался, — продолжал лазурный, медленно обходя вокруг прачечной и будто что-то разыскивая на голубоватых стенах. — Любовная записка, да?

Я даже про боль в ноге на мгновение забыла: шок оказался сильнее.

— Чего?!

— Ой, да ладно! Все же очевидно. Фабиан-тэй лично летал за тобой, потом ты была у него в гостях… Я учуял, не отпирайся! — Он коснулся кончика носа. — Еще и сбежала через окно! Фабиан-тэй врал про какое-то совещание… А как он смотрел на тебя там, в столовой? Вы шушукались, ты краснела…

— А ты спятил! — резюмировала я. — Хоть слово еще об этом скажешь, и я…

— Могила, Эри! — Нарт округлил глаза и сделал вид, что запирает рот на замок. Правда, через секунду парень заговорил снова: — Ваш маленький секрет останется при мне… Так романтично!

Не стукнула я лазурного только потому, что он мне помогал. Да и потом: если ему охота выдумывать всякую ерунду — на здоровье! Зато про стилет не догадался. Умник.

Нарт подвел меня к большой круглой решетке в стене.

— Сюда, — сообщил он. — Это отверстие для выхода пара. Смотри и учись!

Лазурный опять воспользовался кисточкой, но уже безо всякой магии: просто подцепил решетку кончиком, и она поддалась, как миленькая.

— Давай! — Нарт подставил руки. — Я тебя подсажу.

Я смерила его снисходительным взглядом, а потом ловко оттолкнулась от земли, ухватилась за выступ, подтянулась — и в считанные секунды втиснулась в трубу.

— Вот это да!.. — восторженно выдохнул лазурный. — Профессор Копперброк тебя бы сейчас похвалил!

Про драконью академию вспомнил… Эх, как ножом по сердцу!

Стараясь не думать о грустном, я проползла дальше — и вывалилась в груду тряпок. Одежда, простыни, одеяла… Их было так много, что, думаю, при желании я могла собрать из них копию главной горы Аурвира. Волчий пик — это уж как пить дать. Искать платье в этой гигантской куче, да еще без нормального света… Да, через окно проникали отблески магической кисти, но они позволяли мне разве что собственные руки увидеть. Ну, и еще масштабы бедствия.

— Нарт! — позвала, вернувшись к трубе. — Без тебя никак! Закинь хотя бы кисточку!

— С ума сошла?! У тебя нет дара живописи! Погоди… Я сейчас!

Тут Нарт слегка переоценил свои возможности. Некоторое время с улицы доносились сопение, кряхтение и глухие удары. Лазурный, вероятно, пытался повторить мой трюк, но безуспешно. Его бы профессор Копперброк не похвалил!

Вздохнув, я снова влезла в трубу, выглянула наружу и протянула Нарту руки. Весил парень, мягко говоря, чуть больше пушинки, но затащить его внутрь мне-таки удалось.

Мы дружно рухнули в тряпичные горы, отдышались, и лазурный нарисовал на стене символ бесконечности.

— Так будет дольше светить, — пояснил он, а я приступила к поискам.

Секунды сменялись минутами, минуты — часами. Я почти не сомневалась: с этого момента мне всю оставшуюся жизнь будут сниться чужие подъюбники, панталоны, корсеты, наволочки… Вот бы сюда Шасть! Она бы спалила все лишнее, и мой стилет мигом обрелся бы в кучке пепла. Но саламандру пришлось запереть в тумбочке, предварительно накормив до отвала жгучими перчиками, — сырого мяса пока стащить из столовой не получилось, а наловить жуков было некогда.

Лишь когда небо за окнами окрасилось бледно-желтым, а знак бесконечности Нарта почти погас, я увидела свой злополучный наряд и покосилась на сообщника. Лазурный мирно дремал, примостившись на свернутых одеялах. Осторожно, чтобы не разбудить его, разодрала подкладку, вытащила клинок — и накрепко привязала к бедру.

— Есть! — возвестила торжественно, и Нарт, вздрогнув, проснулся.

— Уже?! — Он растерянно заморгал, а затем увидел за окном свет и ужаснулся. — Не-е-ет… Нет! Так поздно?!

— Да брось, еще только часов пять! Пошли, глядишь, даже поспать до первой лекции успеем!

И я двинулась к трубе, но Нарт Гульдброк оказался прав. Было слишком поздно.

— Клянусь, я не слышала, как она уходила! — послышался с улицы встревоженный голос Солианны.