Феечка с сердцем дракона (СИ) - Дашкевич Софья - Страница 13

Пока Фабиан что-то вещал о моем расписании, я осматривалась по сторонам. Слушать ректора? Пф! Зачем мне знать об уроках, если учиться здесь я все равно не буду? Вместо этого я внимательно изучала преподавателей, подыскивала того, кому выпадет честь меня отчислить.

Степень строгости профессора определить не так уж и сложно: она прямо пропорциональна расстоянию, на котором держатся от него студенты. К примеру, дамочка в очках и с мятной шевелюрой явно для моей цели не годилась. Девушки стайкой вились вокруг нее, хихикали панибратски. То ли дело старик с проседью на пурпурной гриве! Одна только прическа делала его похожим на льва, а уж как отшатывались юные феечки… Он нес тарелку через толпу — и перед ним расступались во все стороны, отводя взгляды. Не меньше, чем на четыре шага отходили!

Я поняла, что вышла на след Зло-тэя, но предпочла дополнительно прощупать почву.

— Можно мы поужинаем вон там? — спросила у Фабиана, указав на стол, за которым расположился мощный дед.

Кронфей осекся на полуслове и нахмурился.

— Ты хоть что-то слышала из того, что я сказал?

— А как же! Лекции, практические занятия… Все вот тут! — Постучала указательным пальцем по виску. — Так что, идем?..

Фабиан проглотил наживку, причем с отменным аппетитом.

— Нет! — Понизил голос. — Я же объяснил только что: преподаватели едят отдельно. И ужинать с тобой мы не будем.

— Ну вот, — изобразила я огорчение. — А мне так понравился обед! Ну ладно, тогда оставлю вас с этим почтенным стариком наедине. Только поздороваюсь…

— Эри! — Фабиан дернул меня назад и почти перешел на шепот. — Выбирай выражения! И не стоит беспокоить профессора Бургунди. Завтра поздороваешься, он прочтет вводную лекцию.

— О поэзии? — уточнила на всякий случай.

— О музыке! Очнись, прошу тебя! Лекторий, главный корпус, торжественное посвящение…

Больше мне слушать не было нужды: главное я выяснила. Фабиан открыто побаивался профессора Бургунди. Значит, завтра на его занятии я и должна устроить демарш. Еще бы вернуть стилет до утра…

Вот тут-то мне и улыбнулась удача. Заметив в толпе студентов знакомую лазурную макушку, я сначала не поверила глазам. Но чудеса случаются! Это был Нарт, малыш Нарт, сын маминой подруги Найлы! Нет, формально Нарта угораздило родиться на несколько лет раньше меня, но я не придавала этому значения и упорно называла его малышом. Ну, во-первых, он очень забавно злился, а во-вторых, ему достались такие очаровательные ямочки на щеках!

Я помахала Нарту, и он вскочил из-за стола, со звоном смахнув вилку.

— Эри! — разнеслось над залом, а в следующее мгновение меня сгребли в охапку и стиснули в железных тисках.

А малыш-то окреп!

— Пусти, — прохрипела, выпутываясь из удушающего захвата, который феи почему-то называли объятиями.

— Вы разве друзья? — послышался за спиной удивленный голос ректора.

Может, я и далека от музыки, но нотки недовольства в его тоне не уловил бы только глухой. Не понравилось Фабиану, что у меня в академии есть сторонники! Рассчитывал, видно, что я буду с утра до ночи маяться и страдать в его компании, разучивая гаммы. А вот выкусите, ваше кронфейшество!

— Лучшие! — ответила бодро и поволокла Нарта к его столу, лопатками ощущая на себе тяжелый взгляд Фабиана.

На самом деле, с Нартом нас связывали скорее общие проблемы, чем закадычная дружба. Долгое время мы были единственными полукровками, детьми от смешанного брака феи и дракона. Это потом у Найлы родился второй сын Эйнар; Деррик Сольвброк, серебряный дракон, женился на фее и стал отцом… Да что уж там, сам король Лейгард поддался всеобщей моде! Полукровок стало много, и все же мы с Нартом считали себя первопроходцами.

К нам обоим окружающие относились с опаской. Мы оба так и не обрели полноценную драконью ипостась. Только вот я еще верила, что это возможно, а Нарт, похоже, смирился. Феи ему всегда нравились больше, — ну, либо он успешно себя в этом убедил. Типичная позиция проигравшего: не вышло — не очень-то и хотелось.

Тарвин Гульдброк, герд золотого клана, частенько хвастался сыновьями перед моим папой. И вроде ругались они наедине, но мы с Нартом грели уши. Не знаю, как он, а я помнила все подробности. Ха-ха, мол, у тебя всего лишь дочь, а у меня настоящие наследники!

Нарта это смущало, он потихоньку извинялся за отца, хотя, как по мне, Тарвин Гульдброк глубоко заблуждался. Его хваленый сынок постоянно торчал возле матери. Картины рисовал, не расставался с кистью, даже пегаса себе завел несколько лет назад. Молоденькую кобылку от любимца самой королевы. Нянчился с ней, — с пегасихой, разумеется, а не с королевой, — аж противно смотреть! Разве настоящий драконий наследник станет сюсюкать и заплетать чью-то гриву в косички? «Моя Персевильда, мой Персик…» Мне хватило увидеть это один раз, чтобы больше в гости к Гульдброкам не летать.

И обиднее всего было то, что Нарта в академию драконов приняли, а меня нет. Он ее успешно закончил! Вот, казалось бы, радуйся, беги, сломя голову, записывайся в королевскую службу безопасности, неужто твой дядя, его величество Лейгард, откажет?! Однако Нарт по какой-то загадочной причине ошивался в Тайфо среди фей.

— Какими судьбами?! — спросила лазурного, когда ректор растворился в толпе.

— Меня приняли, представляешь? — расцвел улыбкой Нарт. — Сам не верю своему счастью!

— Куда? В службу безопасности? — Я подалась вперед. — Ты здесь по тайному заданию короля Лейгарда?!

— Пресвятые музы, сплюнь! — отмахнулся лазурный. — Меня приняли сюда. На факультет живописи! Второе высшее! — И парень с довольным видом закинул в рот тарталетку с паштетом.

Почему феи до смерти обожают есть все протертое — это, конечно, очень интересный вопрос, но гораздо больше меня в тот момент волновало другое. В курсе ли герд Тарвин, что его первенец тронулся умом?!

Нарт на мою реакцию нисколько не обиделся. Рассмеялся и, с аппетитом уплетая тыквенный крем-суп, поведал свою историю. Сказать, что она не укладывалась у меня в голове, — не сказать ничего.

Как выяснилось, ларзурный в драконью академию поступать вообще не собирался. Отец настоял. Прадед моего прадеда там учился, я там учился, — изволь семейных традиций не нарушать. Ну, Нарт послушно выдержал четыре года, с горем пополам получил диплом, положил перед Тарвином и сказал, что дальше будет заниматься, чем хочет. А хотел он, судя по всему, возюкать кисточкой по мольберту.

— На первый курс?! — не поверила я. — Заново?

— Ага! — Нарт улыбнулся еще шире. — Мы теперь с тобой однокурсники, представляешь? Да, факультеты разные, но на общие лекции можем ходить вместе. Конспектами делиться, на пару писать доклады в библиотеке… Красота, правда?!

Если бы кто-нибудь спросил меня, что такое красота, я бы вспомнила утро в боевом лагере. Или игру пламени в печи рябого Грэта, или блеск заточенного лезвия, но уж точно не доклады в библиотеке.

К сожалению, моим мнением уже давно никто не интересовался.

— Не волнуйся, ты быстро втянешься, — успокоил меня Нарт. — Я академию знаю, как два своих крыла! Еще в детстве сюда прилетал с мамой. Все покажу, расскажу…

Я напряглась и превратилась в слух.

— А как попасть в прачечную ты знаешь?! Там все заперто, а у меня в платье… Что-то очень важное. Не хочу, чтобы нашли.

— И что это? — оживился лазурный.

Огненный владыка, а я и забыла, какой он любопытный… Посвящать Нарта было бессмысленно, — он бы не понял. Пришлось подключать фантазию.

— Это… Ну, очень личное, — выдала, смущенно потупившись. — Женское. Только никому не проболтайся, я тебя умоляю! Главное, чтобы Фабиан не узнал!

— Обижаешь! — возмутился Нарт. — Когда это я пробалтывался?!

Я скромно промолчала. Не стала припоминать тот случай, когда мы в детстве стащили из погреба герда Тарвина бочку вина, или когда ненароком разбили кристаллического пегаса Найлы, или когда уронили мамину флейту в колодец… Ничто не указывало на нас! Но Нарт раз за разом кололся, как перезревший орех.