Мракоборец 1 (СИ) - Лиманский Александр - Страница 53

Лина ахнула:

— Варвар!

— Сработало же, — я пожал плечами, чувствуя, как края портала натыкаются на металл и словно не могут сомкнуться.

— Прёшь напролом, — пробормотала она. — Хорошо хоть иногда это помогает… Никогда ещё не видела, чтобы портал останавливали кусок железяки.

— Лишний раз убеждаюсь, что ты ни черта в них не смыслишь, — подколол её я.

— Терпеть их не могу, — невозмутимо сказала Лина.

Через пару секунд эфир вздрогнул, и портал начал опять раскрываться. Интересное, конечно, зрелище: кусок грубого металла наполовину торчит в дрожащей псевдореальности, а вокруг бьются волны искр. Но иного выхода не было.

Лина сконцентрировалась, вплетая магическую силу в узор, и череда искр стабилизировала щель.

— Готово! — крикнула она. — Быстрей прыгаем, пока он не передумал!

Я мигом кинулся в портал, ощущая знакомое онемение кожи, когда прошёл сквозь его вибрирующую грань. По ту сторону резко ударил запах канализации.

Лина выскочила следом, и буквально через секунду труба выпала из портала с оглушительным грохотом, а он сам погас с тихим хлопком.

— Фух… — я согнулся, упираясь руками в колени. — Вот это было жёстко.

— Изобретатель «метода трубы», блин… — фыркнула Лина, хотя я заметил, что во взгляде её сквозило некоторое облегчение.

Пару секунд мы стояли в полутёмной канализации, переводя дыхание.

— Ладно, — начал я со вздохом, — пора двигаться дальше.

Лина приподняла бровь:

— Куда? Опять сквозь пространство, как ты привык — напролом. Может, остановишься хоть на секунду, прежде чем нестись дальше?

Я кисло улыбнулся:

— Да брось, мы бы не узнали о якоре, не увидели горы трупов, если бы не рискнули. К слову, заметил там на якоре странный символ. Где-то я его уже видел…

— Скорее всего, это отпечаток создателя разрыва, — пожала плечом Лина.

Я коснулся нагрудного кармана, где лежал телефон со снимками:

— Всё может быть и это странно… Он мне чертовски знаком. Кажется… — вдруг меня озарило, — видел что-то подобное… — тут меня осенило. — Нужно срочно в подполье.

— Кто бы сомневался, — усмехнулась Лина.

Мы двинулись по знакомым коридорам, то и дело ругаясь о глупости и безумии моих поступков. Но в какой-то момент, спотыкаясь на узком повороте, я вдруг осознал, что нас эти же споры подводят к правильным идеям.

Когда человек злится, память оживает. Вот так и сейчас, копаясь в голове, я вспомнил чётче страницы дневника старухи, что нашёл у неё в лачуге: среди текстового шифра там были и рисунки, схематичные, но понятные.

Мы вернулись в подполье довольно быстро. На входе никого не было, но внутри уже было пара магов в основной комнате: один читал книгу, вторая, кажется, что-то готовила. Ласка ещё отдыхала. Да и мы не хотели её тревожить.

Открыв дверь, я кинулся к своей сумке, которую поставил на стул. Лина шагала за мной, стреляя глазами, мол, «ну, ну, посмотрим». В спешке выудил эту записную книжку с пожухлыми страницами.

— Вот! — я положил дневник на стол, бегло пролистывая пожелтевшие страницы.

Строчка за строчкой, страница за страницей, пока, наконец, я не наткнулся на раздел, где аккуратно нарисованы знаки, похожие на руны или магические символы. И точно — среди них я узнал тот самый, с треугольниками и точкой посередине.

— Ты смотри, — выдохнул я, показывая пальцем. — Видишь?

Лина наклонилась, всматриваясь:

— Да, это он. Точно такой же, что был выгравирован на якоре под Разрывом. Что это за книженция? На каком языке она?

— Да так, — хмурился я, разглядывая зашифрованные страницы. — Одолжил у одной старой ведьмы. Она была не против, не переживай.

Лина скептически на меня посмотрела.

— Ты собрался это читать? — спросила она. — Тут же просто набор букв.

— Это шифр, — качнул головой я, внимательно всматриваясь в страницы дневника. — Простой, но нужно только понять порядок…

Глаза бегали от слова к слову, перебирая в уме буквы и подставляя их на нужные места. Лина морщилась но не стала отвлекать.

— Есть! — минут через десять сказал я. — Все буквы смещены на две вперёд по алфавиту. Найди мне тетрадь и ручку.

— Я тебе не прислуга, — ощетинилась Лина, но просьбу всё-таки пошла выполнять. Настроение у неё, конечно, скачет. Какие-то эмоциональные качели.

Через минуту она вернулась с альбомом для рисования и парой карандашей. Вместе мы начали переписывать дневник старухи на чистовую. Там было много интересного.

На паре страниц дневника упоминалось имя «Мортис» — оно красовалось не раз, и возле него были зарисовки скрученного шипастого знака, абсолютно жуткого вида.

— Мортис… — произнесла Лина вслух. — А вот теперь у меня чувство, что я где-то слышала.

— Слышала, — кивнул я. — Это имя упоминал барон Корвин, когда рассказывал про разрыв Предела в Бологом.

* * *

В просторных коридорах Градоначальства царил полумрак. Редкие лампы давали мягкое желтоватое освещение, отражавшееся на мраморном полу. В воздухе витал запах канцелярской пыли и старой мебели. Здесь, в администрации города, обычно было многолюдно днём, но теперь присутствовало всего несколько служащих.

Станислав Авксеньтевич Ладыжин шагал по коридору с таким видом, будто считал себя хозяином этого здания.

И отчасти так и было: «Гончая Императора» не склонна была подчиняться местным властям. Каждый, кто встречался ему на пути, тут же отходил в сторону, опустив взгляд. Боялись. И было за что.

Миновав два поворота, Ладыжин услышал шаги. Из-за угла к нему неспешно вынырнул Давид Антонович Немирович — титулярный советник, что был приписан к князю на время. Он радушно приподнял ладонь, приветствуя Ладыжина:

— Станислав Авксеньтевич! Вот из-за кого такой переполох в городе! Я должен был догадаться. Давно вы в Петрозаводске?

Ладыжин лишь бросил на него короткий взгляд, в котором не было и тени радости:

— Бумажками занимаешься, Немирович? Не надорвал дыхалку от постоянной писанины? — голос звучал с ледяным презрением.

Давид едва ли смутился, лишь вежливо улыбнулся:

— Что поделать, у каждого своя роль. Я — чиновник, вы — гоняетесь за преступниками. Слышал, ищете некоего мага в городе?

На миг Ладыжин удивлённо приподнял бровь, но быстро вернул себе надменный прищур:

— И почему тебя это так интересует?

Немирович развёл руками:

— Я всего лишь хотел узнать, вдруг понадобится моя помощь.

Глаза Ладыжина, холодные, как лёд, взглянули в упор:

— Есть вещи, которые лучше не знать. Достаточно того, что этот маг несёт угрозу всей республике.

Давид кивнул, умело скрывая искорку тревоги:

— Тогда, надеюсь, вы быстро покараете виновного. Ещё не было случая, чтобы вы упустили свою цель!

— Именно, — Ладыжин слегка ухмыльнулся.

Они обменялись короткими кивками. Подобострастно улыбаясь, Немирович прощально взмахнул рукой и скользнул дальше по коридору, исчезая за поворотом. Ладыжин пару секунд продолжал стоять неподвижно, словно анализируя собеседника, а потом фыркнул себе под нос:

— Все они прячутся под вежливыми улыбочками…

Затем он пошёл к лестнице, ведущей на первый этаж. Со ступеней свернул в самый дальний коридор, тускло освещённый одной лампочкой. Воздух здесь был тяжёлым. В конце коридора виднелась дверь без таблички, охраняемая парой имперцев. При виде Ладыжина они вытянулись и отступили в сторону.

— Открыть, — коротко приказал он.

Один из охранников повозился с ключом, и дверь раскрылась, выпуская зловонный аромат пота и страха. Внутри — комната, скорее, камера: стены из грубо оштукатуренного бетона, на полу следы высохших пятен. В углу стол, на нём лампа, делающая атмосферу ещё более угрюмой.

Посередине комнаты, прикованный к стулу антимагическими наручниками, находился человек в грязной одежде, с мешком на голове. Он что-то невнятно орал:

— Эй! Выпустите! Вы что, совсем?.. Кто здесь? Как я тут оказался? Что вам от меня надо?