Гагарин (СИ) - Матвиенко Анатолий Евгеньевич - Страница 22

— Не обещаю. Но могу предложить перевод в Москву и участие в проекте «Русь», правда, пока не знаю точно, в каком качестве. Боюсь, Украина для вас тесновата.

— Как сказала бы моя бабушка Либа Хаимовна, программа «Русь» — самое подходящее место для одесского еврея.

В самолёте до Москвы Гагарин подумывал о том, что в начале третьего тысячелетия тот Вассерман, оставшийся в его прежнем мире, не снискал славы программиста, в большей степени прогремел как эрудит-телезвезда, публицист, политик, сторонник объединения Украины и России, последнее здесь неактуально: они и так вместе. Пусть вольётся в коллектив… ещё надо подумать, какой именно. Благодаря нестандартному критическому мышлению если и не пробьёт свои идеи, то точно развенчает чужие ложные своим скептицизмом, замешанном на одесском юморе и абсолютном нежелании поклоняться авторитетам.

В Вассермане силён максимализм. Он готов принести в жертву социализм ради рынка, пока сам не жил в постсоветской России и Украине, тот опыт сильно изменил бы его взгляды. В капиталистическом рынке, основанном на частной собственности, выживаемость бизнеса, его приспособляемость к любым условиям составляют главную гарантию успеха. Но мы по живой природе знаем: лучше всего приспособлены к выживанию паразиты. Те же тараканы, пережившие аварию на «Салют-13».

В почти уже забытой прошлой жизни, когда из-за санкций в свободном российском доступе остались преимущественно китайские модели автомобилей, собранные собственно в КНР, в Российской Федерации и в Республике Беларусь, стало очевидно: именно китайцы выжили в изменившихся экономических условиях. Сравнивать с тараканами их не стоит, некорректно и невежливо, а вот выживаемость через уменьшение издержек и падение качества у товарищей коммунистов-капиталистов налицо. Знакомые москвичи, польстившиеся на новые китайские авто по умеренной цене, с большими экранами мультимедиа и эффектным дизайном, плевались и ругали свой выбор последними словами: уже через пару лет после начала езды по России на кузове цветёт ржавчина, машину в скором времени сложно продать даже за полцены новой. По окончании гарантийного срока не то что не найдёшь запчастей по магазинам, на отдельные марки даже нет каталогов запчастей! Ситуация хуже, чем с ремонтом «жигулей» в СССР, ответ один: покупай следующую одноразовую китайскую игрушку. Если можешь, не напрягаясь, платить за её покупку два-три миллиона каждые два года, да, отличный выбор.

— Вам принести ещё чего-нибудь? — проворковала стюардесса, шокированная, что столь известная личность воспользовалась обычным рейсом «Аэрофлота». — У вас хорошее настроение, Юрий Алексеевич!

— Тому есть причины, красавица. Спасибо, ничего не нужно.

Не допустить превращение АвтоВАЗа или «Березины» в предприятие-паразит в социалистической экономике проще, чем в частно-рыночной. Есть, есть у неё преимущества! Надо лишь, чтобы АСУ «Русь» помогла их реализовать.

Вернувшись в Москву из столицы украинского Черноморья, Юрий Алексеевич сел на Як-42Д правительственного авиаотряда и полетел в Казахстан. Самолёт имел уменьшенный салон VIP-комфортности на тридцать человек и дополнительный топливный бак, за счёт чего практическая дальность увеличилась до шести тысяч километров. Всякие колебания о перегоне ради одного Гагарина довольно большой реактивной машины давно ушли в прошлое. Её вполне могли сгонять на Дальний Восток всего лишь для торжественной встречи кого-то из ЦК ВЛКСМ с передовиками студенческих строительных отрядов, что, конечно, по-своему важно, но не сравнить с проблемами внедрения АСУ в масштабе народного хозяйства целой державы или организации миссии на Марс по программе «Аэлита».

Уже в воздухе узнал, что сын с ненаглядной собаченцией в кармане благополучно приземлился, встреченный Аллой.

Что-то отпустило внутри. Только сейчас признался себе, что переживал за парня. Сильно. Но ничего. Очередь в космос большая, годик или около того проведёт на Земле.

Когда поцеловал жену, потискал великовозрастное дитятко и познакомился с его питомицей, крохой с белым пятном на коричневой мордочке, Гагарина-старшего отозвал Береговой. Самый возрастной из считавшихся действующими в отряде космонавтов, Береговой был единственным, вступившим в их команду уже со Звездой Героя Советского Союза за подвиги в воздушных боях Великой Отечественной. Хоть в космосе ничего особого не совершил, в единственном трёхсуточном полёте на одном из первых «сапсанов» сорвал стыковку со станцией, пусть не по своей вине, получил вторую Золотую Звезду. В отряде космонавтов Берегового уважали за рассудительность. Сам Гагарин, ранее возглавлявший этот отряд, давно стал лишь почётным командиром, иначе никто бы туда не допустил Андрея и в качестве кандидата — Ксению, дети не имеют права служить в армии под командованием отца. Береговой теперь руководил и Центром подготовки, и собственно отрядом.

— Юра! Надеюсь, он нас не слышит. Молодец твой сын, понимаешь! Мастеровой. Такую смекалку показал, когда станцию чинил, весь ЦУП удивлялся. К Харитонову тоже замечаний нет, но он больше ключи подавал да инструменты держал, помогая твоему Кулибину. Потому и их фортели с животными решили оставить без внимания.

— Может — зря, Георгий Тимофеевич?

— Ты бы видел лицо Вахтанга, когда тот со своего пульта включает вызов и камеру на станции, а на его экране и большом экране ЦУПа появляется обезьянья рожа с раззявленной пастью, да ещё ругается на нашего полковника, понимаешь! Он на макаку матом: уходи, звэр, твою мать туда-сюда, макака на него — гав в ответ! Поговорили… Садились докладную писать, но где там. Кто сам присутствовал, хохотать начинает, ручка из пальцев падает.

— Представляю.

— Юра, я к чему. Ты Андрея наверняка в марсианскую метишь. Но когда та ещё… Мы же «Салют-11» переоборудуем с науки чисто на связь и гостиницу для туристов. У Андрюхи талант из говна и палок сделать стоящую вещь.

Да, это шанс не ждать очереди слишком долго. Отдохнуть, восстановиться после первого полёта, и снова — туда, где год выслуги за два, отличные командировочные, запись в полётной книжке…

Он посмотрел на сына и стоявшего рядом Харитонова, альтер-эго, хоть сам Павел об этом никогда не узнает. Оба таращились на марсианский корабль, весьма непривычный для глаза.

Во-первых, он опирался не на стартовый стол, а на ажурное металлическое основание, без обычных ферменных конструкций, расположенное прямо в степи, на грунте. Во-вторых, ракета была заметно короче даже «семёрки», отправившей в космос первые космические корабли, метров двадцать или двадцать пять на глаз, но существенно толще, утратив привычную для РКН стремительность линий. Стоя на Марсе, она не должна опрокинуться с хлипкой подставки под действием ветра, дующего со скоростью больше сотни метров в секунду.

К ней стремились кабели, присоединённые к корпусу. На настоящей марсианской ракете будет ещё наружная лесенка для подъёма с грунта в кабину.

САС, системы аварийного спасения, нет вообще. Если ракета подведёт, бессмысленно уводить от неё обитаемый отсек и возвращать его на Марс — космонавтов никто оттуда не заберёт, они обречены, и это только небольшая часть дополнительных трудностей и опасностей, поджидающих участников сверхдальней экспедиции, не сравнить с заурядным подъёмом на низкую околоземную… Он повернулся к Береговому.

— Офицер служит там, где прикажут. Если надо обслуживать космотуристов — значит, надо.

Алле точно это решение понравится.

К ним приблизилась целая делегация наблюдателей, Гагарин поздоровался с Егоровым, министром авиационной и космической промышленности, около него дежурил офицер стартового расчёта с включённой рацией. Среди свиты Егорова находились незнакомые лица, в том числе пара человек совершенно репортёрской наружности: хрупкая молодая девушка с диктофоном и микрофоном, её сопровождал мужчина в возрасте, увешанный фотокамерами.

Меж тем объявили предстартовый отсчёт. Ракета выглядела точно так же, как час назад, от неё только отсоединили кабели.