Как связать себе мужа - Редж Виола - Страница 18

Вот тут меня тряхануло. Хенрик разозлился так, что я почувствовала эту злость как тёмную вскипающую лаву. Да что вообще происходит?!

– Улле, уходи из пещеры.

– Ну вот ещё. Тут интересно, – возразила я, надеясь, что Ильсу он не заметил. – Ты…

Договорить не успела, потому что вдруг захотелось немедленно, срочно вернуться в «Вязаную магию». И неожиданно поняла, что я уже там. Привычно стянула варежки и сунула их в карман, чтобы расстегнуть и снять тёплую куртку, когда рука наткнулась на веточки липомелы. Пальцы чувствительно кольнуло, я сморгнула и сквозь стены своей лавки увидела проступающие очертания пещеры, её низкие своды и камни.

– Что за… что происходит? – спросила я саму себя, но Хенрик услышал.

– Улле! Уходи!

В глазах окончательно прояснилось. Нет, это явно не подгорные газы. И не Хенрик, а то бы не выгонял. Мысль уцепилась за слова профа.

– Что у тебя за артефакт?

– Цветок Зари, разве не ясно? – едва не рыча, выдал проф.

– Не слушай его, уходи, – потребовал Хенрик, снова злясь непонятно на что.

Я вытащила из кармана липомелу, после чего лицо псевдожениха слегка разгладилось. Он бросил охапку Гикиной одежды на пол и велел:

– Дай веточку Торви.

Да пожалуйста, разве мне жалко? Но дальше события понеслись, как снежный ком с горы. Торви выдохнул и двинул кулаком в челюсть профа. Тот упал на пол и затих. Нет, эти маги странные. Агрессивные. Не уверена теперь, что хочу такого зятя.

– Молодец, – похвалил братца Хенрик. – Теперь вытащим Гику. На «раз, два, три».

Гику они извлекли из источника, слаженно колдуя, но у неё было собственное мнение о том, где стоит проводить время на зимнем курорте. Даже мне пришлось держать красавицу, чтобы снова не прыгнула в воду. В это время Хенрик с усилием разжал её правую ладонь и вынул небольшой полупрозрачный камушек в оправе из светлого металла.

– Ещё липомела есть? – спросил Торви, пыхтя и отворачиваясь от идеального тела, идеально облепленного мокрым бельём.

Я кивнула. Кажется, в голове забрезжила разгадка всего происходящего абсурда.

– Сплести из веток коробок? – я посмотрела на Хенрика и заметила облегчение в его глазах.

– Действуй.

Обычно я справляюсь сама, но сейчас надо было торопиться. Чуть ускоренное магией плетение получилось за считанные мгновения. Хенрик опустил в зелёную коробчонку артефактный камень, я побросала сверху оставшиеся листочки, запечатывая силу.

Гика завизжала так, что своды пещеры, будь они чуть менее прочны, вполне могли бы обрушиться. Из-за обломка скалы выскочила Ильса и влепила ей пощёчину. Потом досталось и Торви, который узнал о себе много нового.

Надо было как-то успокаивать кузину, и я велела ей взять жениха и проверить, что стало на склоне с инструктором. А потом пришёл в себя проф, и Хенрик вежливо сообщил, что не потерпит посягательств на имущество его семьи. И что в полицию не заявит только потому, что бывшая мачеха не должна запятнать репутацию дома Бьёрнстон.

– Да как ты смеешь, щенок! – снова завёлся муж бывшей мачехи, только почему-то в голосе не было прежних рычащих интонаций.

Да и уверенности поубавилось.

– Щенок вас сделал, – мило улыбнулась я, – дальше справляйтесь сами, – и развернулась к выходу, ощущая затылком взгляд Хенрика.

Спустя минуту он меня нагнал, и на утоптанную площадку перед гротом мы вышли вместе. Тучи опустились ещё ниже, в сероватой дымке кружились первые, ещё редкие снежинки. Надо поторопиться, обед уже прошёл, а скоро совсем стемнеет. Где там Ильса, Торви и инструктор?

Парень оказался внизу на стоянке. Кузина с женихом ругались возле подъёмника. А я-то надеялась, что спущусь с горы цивилизованно, на доске, а не на собственном магните для приключений.

– Как догадалась про артефакт? – спросил Хенрик светским тоном, будто мы не на горном спуске, а в кондитерской на ратушной площади.

– Случайно, – честно ответила я. – Надо спускаться, скоро будет темно.

– Держись, – маг протянул руку.

Я, слегка поколебавшись, руку приняла, а он без предупреждения прижал меня к своему боку, в ушах коротко свистнул ветер, в лицо полетел снег, и через захватывающий миг мы оказались внизу.

– Что это было? – буркнула я.

– Воздушная доска, – ответил Хенрик. – Я же универсал.

Но расслышать его оказалось трудно, потому что Ильса включила всю громкость своего голоса, а мы были уже рядом. Торви стоял красный и злой, но сдерживался, а кузина… не люблю, когда она кричит, как тётка Эйса.

– Что сказал инструктор? – осторожно уточнила я, обходя обручённых бочком.

– Гика потащила его в пещеру, чтобы вскрыл тайник, – ответил Торви. – Что было дальше, он не помнит.

Хенрик нахмурился и велел идти к снегомобилю. Первый срывающийся снег обрисовал его контуры, и невидимая машина стала по-настоящему снежной. Выглядело это сказочно, но любоваться было некогда. Хенрик подошёл к инструктору, негромко велел дождаться возвращения профессора и дисы Венгвардсон, а потом спросил про Медвежий камень.

– Все как с ума с этим камнем посходили, – буркнул инструктор. – Не видал я никакого камня, там просто трещина в стене была, скальным обломком прикрытая.

Хенрик обрадовался, что-то добавил совсем тихо и пожал парню руку.

Потом они с Торви сняли невидимость со снегомобиля и наскоро закинули в себя по паре бутербродов. Я в это время успокаивала Ильсу, которая в целом вела себя очень разумно. Выдвигала идеи, конечно, но ведь я-то знаю: если кузина что-то вобьёт в свою голову, воплотит обязательно. А сегодня, кроме идей, она никуда не лезла, в пещере при первой же опасности спряталась, и разошлась лишь, глядя на Торви рядом с умопомрачительно прекрасной Гикой.

– Ну ты же видела её? А как он на неё смотрел, видела? – Ильса сердито шипела, стараясь, чтоб жених её не услышал. – Мало я ей вмазала!

– Да не смотрел он, – возразила я, как непосредственная свидетельница, стоявшая рядом, – отворачивался даже.

– Даже если так, – кузина ещё больше снизила голос, – я всё равно придумаю, как ускорить свадьбу.

– Мне кажется, он будет только рад, – улыбнулась я в ответ.

– Посмотрим, – кажется, Ильса совсем успокоилась, потому что тон был уже обычный. – В общем, хорошо, что Хенрик поехал с нами, а то ведь Торви никакого другого шафера не потерпит.

– Садись в машину, – вздохнула я. – Нам бы до темноты домой.

Хенрик с Торви как раз закончили есть. Снег шёл всё сильнее, а темнота – та самая подружка, которую перед самой длинной ночью хочется видеть как можно реже. Ильса поколебалась, но всё же села назад, к жениху. Мне снова досталось сиденье рядом с водителем.

Снегомобиль стартовал с места в карьер.

– У вас в городе есть какой-нибудь банк, где можно арендовать надёжный магосейф? – сразу же спросил водитель.

Бабуля не доверяла банкам, но не тащить же эту гадость… как там её? Кажется, какая-то «заря». Так вот, не тащить же её в наше семейное хранилище?

– Ты уверен, что в сейф не залезет какой-нибудь любопытный? – перебив меня с информацией о филиале «Крабле Банка», вмешался Торви.

– В доме гостеприимного клана Фрейдерин эта вероятность намного больше, – ответил ему брат. – Как по мне, вернуть бы Бьёрнстон обратно в пещеру, но и этот тайник оказался в итоге ненадёжным.

– Бьёрнстон – это артефакт? – удивилась я. – А при чём тогда та «заря»?

– Ни при чём, – быстро ответил Торви. – У профа на почве ревности крыша съехала, вот и всё.

– Цветок Зари, – просветила меня Ильса, – любовный артефакт, который якобы делают из слёз великанши Имландир-Кайсы.

– А ты откуда знаешь? – прищурился на невесту Торви.

– Мы в прошлом семестре рисовали всех легендарных великанш, – задрала нос та. – И мифологию сдавали. Никто, кроме чокнутых, в приворот на великанских слезах не верит.

– Погодите, – я остановила обручённых, которые, вроде бы, совсем забыли о разногласиях, – значит, вы знали, что диса Гика хотела похитить Бьёрнстон? Но зачем?