Как связать себе мужа - Редж Виола - Страница 17

Зелёненький Хенрик вышел из снегомобиля и припустил вслед удалявшимся ярким фигурам в костюмах для катания с гор.

– Зачем она потащилась сюда с чужим? – ворчал Торви, вглядываясь в окно снегомобиля.

– Наверное, разведать дорогу? – предположила Ильса.

А я могла лишь сожалеть о зря потраченном времени. Что бы не задумала прекрасная диса, Хенрик был прав: при постороннем ничего важного не произойдёт. Я бы могла сейчас спокойно заниматься своими делами, а не торчать в снегомобиле у Бьёрнхольма под серыми низкими тучами, вот-вот готовыми прорваться очередным снегопадом.

– Идти до Сизого Грота с четверть часа, – вздохнула Ильса.

– По снегу в гору побольше, – автоматически ответила я.

Она сразу предложила выйти и размять ноги, и я почти согласилась, когда случайно повернула голову от горы к трассе и увидела тёмный человеческий силуэт.

К стоянке размеренной походкой подходил проф.

– А этот тут откуда? – удивилась Ильса, не забыв понизить голос. – Машину на обочине бросил?

– Он чемпион факультета по спортивной ходьбе, – едва слышно ответил Торви. – Вполне мог и пешком.

Пешком из Сноувилла? Даже не запыхался. Я смотрела, как он идёт в сторону подъёмников и Сизого Грота, а точнее по следам жены, её инструктора и полупрозрачного Хенрика, и успокаивала себя тем, что посторонний свидетель им не нужен. Нет, Ильса права, это просто разведка.

– Мне это не нравится, – буркнул Торви. – Улле, присмотри за Ильсой, а я пойду за ним.

– Чего? – прищурилась кузина, забыв, как надо вести себя с мужчинами.

– Ильса хотела сказать, – быстро перебила её я, – что очень расстроена твоим недоверием. Она и сама способна присмотреть за собой.

– Торви! Как ты мог? – дрожащими губами выдала кузина. – Я думала, ты… а ты! А я… А как же я?

Но огневик был непреклонен, велел сидеть в снегомобиле и никуда не выходить, пока он не вернётся. Ильса задрала подбородок и промолчала. Пришлось обещать, что всё так и будет. И я честно планировала так и поступить, но… Обычно в историю всегда вмешиваются всякие «но».

Прошло минут десять, половину из которых я выслушивала жалобы Ильсы на жестокое сердце жениха, а вторую половину – её планы страшной мсти, а потом объясняла, почему всё-таки нам с ней стоило остаться тут и спокойно подождать парней.

Хотя со спокойствием я погорячилась. А ну как ещё что случится? Сплошные нервы.

– Надо отогнать снегомобиль подальше, – решила я, представив, как сноувиллская машина будет сдавать назад, чтобы развернуться. – Сможешь его включить?

– Завести, – поправила Ильса. – Попробуй сама, приложи ладонь к вон той панельке. Да не левую, правую!

Правую ладонь с левой стороны мне прикладывать показалось неудобным. Я вышла, обошла невидимую машину (невидимость была очень качественная, мне пришлось вести рукой по капоту, чтобы не потеряться) и уже нащупала ручку двери с водительской стороны, когда заметила несущегося с горы инструктора. Он съезжал на своей доске с молодецким «Йохой!», и это показалось таким странным, что я чуть не подскочила.

Ильса тоже заинтересовалась, что происходит.

– Сейчас приедет, и спросим, – пообещала я.

– Ты что, а если он заодно с мачехой Хенрика? Нет, лучше я его очарую, и он сам всё расскажет, – предложила кузина, явно надеясь, что момент очаровывания увидит Торви.

Увидит, начнёт ревновать, а потом внезапно раскается в том, что не взял Ильсу с собой. Удивительно, как ревность способствует мужскому раскаянию, нарисованному исключительно в женских головах. «Дорогая, сейчас я немножко покалечу соперника, а потом сразу попрошу прощения за то, что был таким толстокожим», так что ли?

Но весёлый инструктор, затормозив задолго до стоянки, подхватил доску и припустил назад, к горе. Это было ещё более странно, чем его «Йохой». Четыре человека остались в пещере, а этот вышел и решил просто покататься?

– Пошли, – потребовала Ильса. – Надо встретить его, когда он съедет вниз второй раз.

Краем глаза я отметила, как странно выглядит человек, выходящий из невидимой машины, но обдумать не успела. Почему-то показалось важным срочно выяснить, зачем инструктор вышел на склон. Ильса захлопнула невидимую дверь, и мы торопливо пошли в сторону подъёмника, где начинались следы в снегу.

Впрочем, следами хорошо утоптанную тропинку назвать было трудно. Кто-то из четырёх шедших по ней магов постарался и превратил глубокий рыхлый снег в ровную плотную выемку шириной не больше полуметра, по которой было удобно идти друг за другом.

– Великанская задница, – рявкнула сзади Ильса, – он уже едет вниз!

Парень из Сноувилла в своём ярком костюме за это короткое время поднялся почти ко входу в грот, и теперь нёсся навстречу нам и снова орал «Йохой». Мы побежали и успели вовремя. Он затормозил на прежнем месте и… не заметил нас. Я поняла это по слегка расфокусированному взгляду и сильному удивлению на звонкий «привет» от Ильсы.

– Что вы тут делаете? – ещё больше удивился он, когда и я попала наконец в поле его зрения.

– А вы? – переспросили мы.

– Готовлю трассу к сезону, вы же видите, что склон огорожен! – удивление на его лице сменилось озабоченностью.

Мы с кузиной переглянулись. Сезон начинался ближе к весне, а никак не перед Йолем. И никаких ограждений тут, естественно, не было.

– А где туристка из Сноувилла? – осторожно уточнила я.

– Прелестные дисы, вы мешаете мне работать, – не отвечая на вопрос, улыбнулся инструктор.

– А разве вы не из Сноувилла? – сделала новую попытку Ильса.

– Мы на Бьёрнхольме, при чём тут Сноувилл? – возмутился инструктор.

Плохо дело. Похоже, Хенрик заморочил парня, как Ильсу и Торви в снегомобиле, только тем казалось, что машина едет, а этому – что он готовит склон к открытию сезона.

– Мы вам больше не мешаем, – мило улыбнулась кузина. – Работайте дальше, дье.

Она схватила меня за руку и, как только парень повернулся к нам спиной, потащила вслед за ним. Мы почти бежали, но сил не тратили, попав в магию потока: у сноувилльца был специальный артефакт для быстрого подъёма по склону. Наши горные инструкторы любили такие штуки.

У входа в грот площадку тоже хорошо утоптали, но внимание на это обращать было некогда: Ильса горела желанием увидеть клятый Медвежий камень, а я – заставить Хенрика немедленно расколдовать ни в чём не повинного парня. Мы влетели в пещеру на хорошей скорости, перескочили через мост над небольшим тёплым озерцем и остановились, услышав громкие голоса.

– Что ты с ней сделал, извращенец?

– Профессор, вы ошибаетесь!

– Великанская задница!

ГЛАВА 10

– Ойёй, – пискнула Ильса и прижалась к стене.

Навстречу походкой от бедра двигалась ослепительная диса Гика, на ходу избавляясь от ненужных деталей гардероба. К настоящему моменту на ней оставались короткие сапожки, утеплённые панталоны цвета топлёного молока и майка из тех, что поддевают под тонкие тёплые свитера, чтобы дольше носились.

У меня, кажется, даже рот приоткрылся.

– Гика, стой!

На окрик профа она не обернулась, скинула сапожки и полезла в озерцо. Там, конечно, было тепло, всё-таки термальный источник, но с учётом общей окружающей обстановки поступок был, мягко говоря, неразумный. Впрочем, место она выбрала идеально: спуск с удобными ступеньками, а рядом под водой каменный уступ, где летом любили сиживать почтенные горожане, уверенные, что источник прекрасно лечит люмбаго и радикулит.

– Ойёй, – снова пискнула Ильса и потянула меня назад, где располагался здоровый обломок скалы.

Там можно было спрятаться, но эта здравая мысль сбежала, как только я увидела Хенрика с охапкой Гикиной одежды в руках.

Профа, который зло смотрел сузившимися глазами, не заметила, выглядевшего ошарашенным Торви не заметила, а псевдожениха оценила по-новому. Хозяйственный, не дал одежде запачкаться или потеряться.

– Ты бы хоть невесты постыдился, – рявкнул профессор. – Отдай артефакт, вредитель!