Мой бывший пациент (СИ) - Владимирова Анна - Страница 21

С губ сорвался смешок, и я прикрыл глаза:

— У меня нет привычки закрывать собой всех подряд.

— Ну, не всех. Но тех, кто дорог, вполне. — Ее расслабленный вздох разнесся по кухне, а я сцепил зубы от неясного раздражения. Ива чувствовала себя спокойно, когда брала все в свои руки и начинала руководить. — Какого-нибудь своего подопечного спасал?

— Ввязался один из моих щенков в потасовку, — пришлось согласиться мне. — Я вытаскивал. Ива, мне кажется, или тебе обязательно находить во мне что-то светлое?

— Девочки любят хороших парней, Стас. — Она убрала руки, и стало холодно.

— Я все равно не заработаю столько очков, чтобы приблизиться к Игорю.

— Ты все же придурок… — вздохнула она позади разочаровано и попыталась отойти, но я обернулся и рывком вернул ее в свои руки.

— У тебя с ним было что-то? — потребовал, притягивая ее к себе за бедра.

— Нет. — Взгляд Ивы наполнился горечью. — У тебя проблема, Стас. Ты будто всю жизнь гнался за Игорем, стараясь его превзойти. — Она вдруг нежно обхватила ладонями мое лицо и склонилась ниже. — Но она уже тебя не полюбит больше, чем его. Мамы нет. И оценивать тебя больше некому. Поэтому перестань рычать и цепляться за каждую возможность со мной поругаться на эту тему. Я начинаю думать, что ты…

— Что?.. — вставил я раздраженно, не желая слушать окончание ее слов.

Но мне пришлось.

— … Ты оттягиваешь меня от Игоря, как свою мать, которой у тебя нет больше. Просто по привычке. Но я не принадлежала ему никогда, как и он мне. Ты ошибся.

— Нет, — спокойно возразил я.

— Нет? — вздернула она бровь.

— Мало ли у Игоря было женщин? Та же Яна. Но я же не лез к ним всем в трусы.

— Слабовато, — скептически сложила она руки на груди. — У тебя просто не было возможности. А тут я подвернулась.

— Все, что мне подвернулось — это пуля! — возмутился я. — Не находишь, что не самый простой способ оттянуть у Игоря кого бы то ни было?

— Ну, допустим…

— Сделай одолжение, допусти, — усмехнулся я восхищенно. — Ты — вообще не самая простая цель для мужика, Ива. Если бы не этот дом на кладбище и не пуля в плече, хрен бы я усадил тебя на свой член. По крайней мере не так быстро.

— Князев! — округлила она глаза, задыхаясь от возмущения. — Хам!

— Нет, ты бы уже от меня никуда не делась, — скрутил я ее и усадил к себе на колени снова. — Но просто бы мне точно не было.

— Сотри эту улыбку с лица, — морщила она нос и выкручивалась из рук, но глаза ее снова светились.

И я только собрался притянуть ее к себе ближе, как в двери раздался стук. Ива вздрогнула в моих руках, а я прижал ее к себе и поднялся с ней со стула, пряча ее за угол кухни.

— Подожди, — прислушалась она. — Это Давид.

Стоит помянуть — тут как тут. Убедившись, что за дверью действительно стоит Горький, я направился за футболкой, а Ива пошла ему открывать.

— Тут от Игоря тебе передачка, — послышалось в коридоре. — И ужин привез.

Когда я вышел в кухню, Ива стояла ко мне спиной и набивала какой-то миниатюрный чайник прессованной заваркой. Видимо, анонсированный ранее пуэр.

— Доброго вечера, Стас, — поприветствовал Горький от холодильника. — Я зверски голоден, так что прошу меня простить и первым делом сесть со мной ужинать.

— Какие новости? — нетерпеливо поинтересовался я, поглядывая на Иву и параллельно отмечая, что ревность-то моя подросла с прошлого вечера.

У меня аж челюсть сводило, когда я глядел на Горького и представлял, как они тут когда-то с Ивой точно также жгли столешницу, пробуя все остальные поверхности на прочность. И Горький, уверен, чуял своим зверем мое напряжение. Но виду не подал, ясное дело.

— Уровень у заказчиков не такой большой, как я сначала подумал, — начал он непринужденно.

— Значит, скорее, идиоты, — постановил я, усаживаясь напротив него за стол.

— Это и хорошо, и не очень — неизвестно, куда кинутся в следующую минуту. — Давид накрывал на стол и тоже старался не встречаться со мной взглядом, чтобы не провоцировать мою зверюгу. Ну точно — понял все. — Камеры я тоже просмотрел. Подал протест на распоряжение о твоем задержании.

— Спасибо.

— То есть, мы скоро сможем вернуться? — обернулась Ива.

Надежда в ее голосе заскрежетала когтями по нервам.

— Посмотрим, Ив, — глянул на нее Давид. — Пока не знаю. Но теперь уверен, что здесь до вас точно не доберутся. Не с их мозгами.

Ива закатила глаза, ничего не замечая, и поставила передо мной небольшую пиалу:

— Это — первая порция, — объяснила рассеяно. — Потом будет крепче.

— За Ветлицким тоже организовал слежку, — продолжал Давид, — но по всему видно, что он ее ждал.

— Это понятно, — досадливо поморщился я.

— Весь такой белый-пушистый ходит на работу и с работы. Аж противно. — И горький выпил свою чашку залпом.

— Думаю, доступ в мои дела ты уже получил, — посмотрел я на него прямо.

— Да. Все его объекты, которые ты вскрыл, тоже под контролем. Посмотрим. Что его могло толкнуть на покушение, я только пока не понял. Никаких, вроде бы, громких арестов в его шайке ты последнее время не проводил…

— Думаю, кто-то следил за мной. — Я перевел взгляд на Иву. Она стояла у разделочного стола с прямой спиной и смотрела куда-то в стенку. Так хочет вернуться к своей жизни и так расстроена, что еще нельзя? — Я потерял бдительность в последнее время. Думаю, этим и воспользовались.

Наши взгляды с Горьким встретились, и — уверен — подумали мы об одном. Я втягивал Иву в свою небезопасную по сути жизнь. Хотя, разве его собственная была более безопасной? Быть может. Он же оборотень и ведьмак с кладбищем и туманом. А у меня только злость, зубы и пушка.

— Стас, выпей чай, — напомнила мне Ива.

— Интересный вкус, — напряженно выдавил я и вернул ей пустую пиалу.

— Пулю, которую вытащила из тебя Ива, и пушку я пока приберег. Когда отменят приказ об аресте, выложу криминалистам.

— И снова остается завидовать твоему крепкому прикрытию, — усмехнулся я.

Понятно же станет, что Горький встречался с нами во время действующего приказа. Но ему все с рук сойдет. Давид только усмехнулся:

— Семейные связи. А фамилия Коротаев тебе говорит о чем-либо?

— Нет, — даже не задумался я.

— Один из многочисленных руководителей местных отделов по контролю за исполнительными службами безопасности. Он отдал приказ.

— Действительно, не шибко заоблачно.

— Знаешь, что еще интересно? Убивать тебя наняли вообще теневую группировку. Трупы мне еще пробивают, но, судя по тому, сколько времени это занимает, то мы вряд ли найдем концы.

Я хмыкнул. А вот это действительно было интересно.

— Они вряд ли были одни, — хмурился я.

— Да, но транспорта ни на каких ближайших камерах пока не нашли.

И не найдут.

— А знаешь, это в духе Ветлицкого, — усмехнулся я. — Резкие необдуманные решения всегда его подводили. Я этим пользовался. Сначала на парковке промахнулись, потом в больнице не добили…

— Работали-то они нормально, — задумчиво возразил Горький, — просто ты им оказался не по зубам. К счастью. И для Ивы — в особенности.

Ну как же не натыкать меня в то, что я Иву себе забрал против его воли? Да-да, я в курсе, что ты мне поблажек не дашь, и что не дотягиваю до требований. И ведь хотелось зачем-то дотянуть… Я усмехнулся и отвел взгляд. Ну а чего я хотел? Что меня возьмут в семью? Это вряд ли.

Когда Ива прошла к столу с новой порцией пуэра, я еле подавил желание схватить ее и усадить к себе на колени.

— Я бы хотел позвонить отцу, — перевел я взгляд на Давида.

Тот кивнул и протянул мне мобильный. Я отправил очередную порцию чая в рот, едва не морщась, и оставил Иву с Горьким на кухне. Ну и дрянь этот пуэр. Будто земли заварили. Захотелось запить кофе.

На улице было темно и сыро, и туман выглядел еще более зловеще. Он будто цепной пес, бросался принюхиваться к любому, кто окажется в доступе, оставляя после себя капли липкой влаги на коже. Это ж какой притягательностью для женщин надо обладать, чтобы они соглашались жить с Горьким вот здесь? Зловещая романтика среди крестов, которые будто висели в воздухе благодаря туману, все же была на любителя.