Не учите меня, канцлер! (СИ) - Варварова Наталья - Страница 8

Айвар повис у меня на руках и умолял не открывать рот. А их почти Императорское величество тут же организовал сеанс связи. Торстон заявил, что если я начну вмешиваться в межрасовые отношения, то развяжу новую войну — из-за меня погибнут тысячи ни в чем не повинных граждан.

— Твое дело позаботиться о ее безопасности и обеспечить условия для обучения. Только не смей набрасываться на других детей с лекциями о толерантности и принятии тех, кто не похож на нас. В твоей Аллее это нормально, на Элидиуме — разрушительно и безответственно. Летишь? В смысле, ты поняла меня, Лети? — даже сквозь разные магические выпрямители звука канцлер на той стороне прямо-таки орал.

Я столкнула блюдце, по которому он выступал, со стола и выскочила из кабинета. Однако четырех охотниц на ведьм не наказала. И дальше лишь вытаскивала Нису из разных передряг.

Айвар отдельно наблюдал за девочкой и каждый вечер отчитывался, что у нее и как. Он, по-моему, ее страшной магии ничуть не чурался.

Все это привело к тому, что второклассница снова ночевала у меня. Кстати, сейчас она уже не выглядела смертельно измученной. Возможно, потому что наелась, или, — тоже версия, — подлая Элежберта ластилась не просто так, а с пользой.

О том, что я спасала ее не далее как этим утром, кошка даже не вспоминала.

Я постелила Нисе на «ее» диване, попрощалась и ушла к себе. Приближалась полночь, а разгневанный канцлер так и не появился. Я убрала отчеты в сторону, кракнула пару раз про себя и переоделась ко сну… Торстона не было.

Еще час я провалялась в постели с томиком Бланко под правой щекой:

«Когда же приступ меланхолии падет// Внезапно и с небес, как плачущее облако// Питая все цветы с поникшими бутонами//Скрывая твой зеленый холм апрельским саваном//Тогда печаль свою ты розой утра утоли».

Уайт прекрасен, однако ночь еще желаннее. Выходило, что ларга задержали настолько срочные дела, что разбирательство со мной он отложил… Если даже повелитель заболел, я не расстроюсь.

Но стоило мне выключить свет, как луна обрисовала мужской силуэт у портьеры. Я ойкнула. Ларг сделал шаг в мою сторону.

Выставила вперед руку с растопыренной пятерней, а другой смяла рубашку на груди. Ну, прямо напуганная девственница.

— Ты псих, Торстонсон. Звезданутый об звезду. Не нашлось другого момента? Я подам на тебя жалобу. Есть у вас орган, разбирающий служебные споры?

Глаза мага светились в темноте, а за спиной колыхались, не поймешь, прозрачные крылья или безразмерный плащ, исчезая за пределами комнаты.

Когда-то я находила его ночные метаморфозы жутко привлекательными, а сейчас лихорадочно вспоминала наиболее забористое проклятье из всех возможных.

— Как же меня достало это омерзительное имя. Но я уже придумал, как с этим быть, Летиция.

Он чересчур растягивал слоги. Это особенность их языка, однако от того, как он произнес мое имя, по позвоночнику вверх прокатилась жгучая волна. Ступни, наоборот, окоченели.

— Ч-ч-что? Зачем?

Я поднялась, но не переставала обвиняющие тыкать в его сторону, а он пялился на мою грудь — словно изголодался по ней, как Ниса по мясным шарикам… Ну, а меня в этой комнате просто не было.

— Уходи.

Проклятье буквально жгло язык.

— Айвар сообщит подробности нашей встречи утром. Ты прекрасно выглядишь в темноте. Для твоего возраста очень…

С этими словами канцлер исчез, а я грохнулась обратно в кровать.

— Вот же нелюдь, — пыхтела я, заматываясь в одеяло.

Поэзии больше не хотелось. Меня трясло от злости и облегчения.

Глава 11

— Госпожа директор, не желаете ли размяться? Я слышал, вы любите тренировки.

Сегодня я выбрала тихую зону во дворе школы, чтобы выпить кофе перед началом рабочего дня. Старшеклассники, семеро дюжих ребят, занимались в стороне, на спортивной площадке. Они кидали мяч в кольцо, подвешенное на уровне третьего этажа. Трое, в дальнем углу стрельбища, били из магического лука огненными стрелами.

Парни из обеих групп отрядили ко мне по одному человеку. Два наглеца подошли и встали всего в трех шагах от плетеного кресла, в котором я отдыхала. Разглядывали они довольно бесцеремонно — и чашку с напитком, и мой аккуратный маникюр с бесцветным лаком, и коленки, обтянутые плотными брюками.

До сих пор не пойму, как на Элидиуме умудрялись сочетать железную дисциплину и то, что в моем мире классифицировали бы как полное отсутствие такта.

— Не желаю, — оборвала я симпатичного наглеца со светлыми не очень длинными волосами. Пряди свешивались ему на глаза, придавая озорной вид. — У меня есть еще десять личных минут, и я намерена провести их в тишине.

Однако молодые маги не двинулись с места. Они проигнорировали мотивированный отказ, и это совсем уж выходило за рамки приличий.

Второй молодой человек, на мой вкус, еще более интересный, чем первый, — шатен с ямочками на щеках — буквально ввинчивался взглядом в мои глаза.

На миг его радужки заволокло тьмой. Ничего себе, да это ларг! Еще и в процессе воздействия. А на кого, позвольте спросить? Не на своего же приятеля…

Сзади прошли колебания пространственного перехода. Те, кто сейчас стоял за моей спиной, полностью скрывали свои потоки.

Я встала с видимым сожалением. Кофе завис на уровне груди, готовый опрокинуться на того, кого укажу. Из-за этого движение получилось еще более плавным. Обступившие маги не должны были заметить у меня даже намека на беспокойство.

— Какой класс? Ваше поведение вызывает вопросы. Приближаться к учителю или к существу женского пола ближе, чем на пять шагов, не спросив разрешения, запрещено внутренней директивой. Приближаться группой…

— А мы выпускники, — хмыкнул шатен. Впрочем, он уже почуял неладное. Меня не трясло и не колотило. Когда ларги давили магией, более слабому оставалось только упасть ниц. — Прибыли сдавать дипломы, сроки которых пропустили перед каникулами. Исключительно по уважительной причине. Отбывали боевую практику.

На мне был темно-серый костюм, который еще два месяца назад сидел в обтяжку, а сейчас… Ну, разве что чуть обтягивал сзади.

Как раз на это «сзади» уставились несколько магов. Я их не видела, но ощущала вполне отчетливо. Мало мне буйного Торстонсона… Я повернула голову. Так, еще четверо. И я не сомневалась, что остальные тоже подтянутся.

На Элидиуме до сих пор жива традиция стайной охоты. Юноши окружали меня, как животное, рассчитывая вогнать в панику. А дальше дело техники — сломить сопротивление перепуганной магички, не применяя к ней грубую силу… Только что же после?

Воображение подкидывало разные варианты. И все они казались одинаково абсурдными.

— Мы не расписывались под вашей директивой, леди Браун. Нас в этот момент не было в школе, — ласково улыбнулся брюнет с блестящими белыми зубами.

Глаза у него сверкали им под стать. Еще один ларг, крак его раздери.

Воздух потрескивал от подавляющих чар. Они отлично действовали на стихийников — но я всего лишь чароплет. Во мне нечего теснить и зажимать. Слово невесомо. В этом мире с такой магией мало кто сталкивался.

И что мне ментальная мощь ларгов? Со мной уже поупражнялся самый сильный из них. Эти два мальчика вмешивались в мои мысли не больше, чем два жужжащих комара. Тем не менее, ощутимый толчок в спину застал врасплох. Меня отбросило к растрепанному блондину, который, не переставая улыбаться, развел руки. Я удержала равновесие, применив всю накопленную за ночь энергию на торможение. Но то ли блондин, то ли шатен легко отпихнул меня назад. Без рук, разумеется. Все без рук… А вот сзади уже должны были встретить…

По газону мелькнула полосатая молния и вцепилась в брючину ловившего меня чернявого ларга. Элежберта повисла на его ноге повыше колена, ухватившись всеми четырьмя лапами, как вчера в дерево. А уж куда она достала его зубами…

Всего час назад я обнаружила кошку на полке с нижним бельем и погнала из своих комнат, угрожая спустить шкуру. Однако у нее проснулась совесть. Пора и мне включиться и разогнать эту свору молодых шакалов.