Перерождённый Прародитель технологий (СИ) - Клоз Маггот - Страница 51

Одет он был проще остальных — в боевой кожаный камзол с тонкими металлическими вставками, позволяющий двигаться без стеснения. Казалось, он готов сорваться с места в любой момент, будто хищник, почуявший добычу.

Рядом с ним сидел второй брат главы, Святослав Багряный. Полная противоположность Родиона — суровый, молчаливый, с каменным выражением лица. Коротко стриженные волосы, высокий лоб, изборождённый глубокими морщинами, и аккуратная борода, придававшая ему ещё больше солидности. Его массивное телосложение говорило о годах, проведённых в сражениях, а жёсткая осанка выдавала человека, привыкшего приказывать.

На нём был длинный плащ, подпоясанный массивным кожаным ремнём, на котором красовалась эмблема рода Багряных — стилизованный багровый глаз, символизирующий контроль и власть. Святослав не любил лишних слов, но каждое его замечание несло вес. И когда он говорил, даже самые гордые склоняли головы, прислушиваясь.

Все четверо сидели в напряжённой тишине, каждый погружённый в свои мысли. Совещание ещё не началось, но воздух уже был пропитан глухим напряжением, словно буря, затаившаяся перед ударом.

Тяжёлая тишина была нарушена размеренными, почти бесшумными шагами. В сводистых арках зала появилась высокая, худощавая фигура в строгом тёмном плаще, скрывающем практичную, неброскую одежду разведчика.

Его движения были точными, а взгляд — внимательным, будто он впитывал в себя каждую деталь обстановки, каждый взгляд, каждую перемену в дыхании собравшихся.

Это был Яков Немцов, глава разведывательного отдела рода Багряных. Человек, который знал всё, что следовало знать о делах семьи.

Он приблизился к столу, склонился в знак уважения и без лишних слов протянул главе рода сложенный вдвое отчёт. Его длинные, тонкие пальцы сжимали бумаги с безупречной точностью, а взгляд оставался холодным и непроницаемым, словно у человека, привыкшего видеть вещи, о которых другим знать не следовало.

Гавриил молча взял бумаги, развернул их и начал читать.

Зал вновь погрузился в напряжённую тишину, нарушаемую лишь лёгким шуршанием страниц.

Родион откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди, но в его взгляде читался живой интерес. Марфа не сводила глаз с супруга, стараясь прочитать эмоции на его лице.

Святослав, как и всегда, оставался неподвижен, но его пальцы медленно постукивали по столешнице — едва уловимый, но ясный знак недовольства.

Гавриил читал медленно, вглядываясь в каждую строчку, словно пытался выжечь между строками что-то большее, чем просто сухие факты.

Ещё одна минута — и он, наконец, опустил бумаги на стол.

Сцепив пальцы в замок, он поднял тяжёлый, словно палаческий, взгляд на Якова.

— Думаю, ни для кого не будет секретом, — его голос прозвучал низко, почти рычаще, — что речь пойдёт о нашем юном наследнике… и его позоре.

Его слова прозвучали негромко, но в них ощущался тяжёлый груз неудовольствия. В воздухе, казалось, пробежала едва уловимая дрожь.

Святослав сжал губы в тонкую линию, его взгляд стал ещё жёстче. Родион, напротив, усмехнулся, будто предвкушая интересное развитие событий. Марфа медленно выдохнула, плавно откинувшись на спинку кресла, её золотые глаза мерцали, как у хищника в тени.

Гавриил не торопился. Он выдержал молчание, позволяя своим словам осесть в сознании каждого присутствующего, а затем, всё так же спокойно, но твёрдо, продолжил:

— Бумаги не дают полной картины, Яков, — его взгляд, тяжёлый, как каменный пресс, не отпускал разведчика. — Расскажи всё, что ты узнал.

Яков склонил голову, признавая приказ. Он не стал терять ни секунды, ровным, бесстрастным голосом начал свой отчёт:

— Всё началось с того, что Сергей Багряный вновь попытался завладеть вниманием Елены Поповой. Это не стало неожиданностью — его увлечение давно ни для кого не секрет, — Яков сделал краткую паузу, позволяя собравшимся осмыслить сказанное, прежде чем продолжить.

— Однако на этот раз ситуация приняла неожиданный оборот. В разговор вмешался посторонний.

Зал замер.

Напряжённый шорох пробежал по рядам — едва слышное движение одежды, глухой вдох, изменившиеся взгляды.

Гавриил нахмурился, его пальцы медленно сжались в кулак.

— Кто именно? — его голос зазвенел холодной сталью, в нём читалось глухое напряжение.

Яков, не меняя тона, продолжил:

— Неизвестный пожилой мужчина. Новый слуга рода. По имеющимся данным, он входит в небезызвестный отряд Поповой.

Марфа слегка приподняла бровь, но промолчала.

— Его вмешательство стало переменной, изменившей привычный ход событий. Он встал между Еленой и Сергеем, открыто заступившись за юную девушку.

— Пожилой? — Родион, до этого лениво слушавший рассказ, вдруг выпрямился. В его глазах мелькнул живой интерес. — И он действительно посмел вмешаться?

— Да, — кивнул Яков. — И не просто вмешался. Именно он стал причиной последующих событий.

Святослав, до этого хранивший непроницаемое молчание, медленно оторвал взгляд от стола и пристально посмотрел на разведчика.

— Подробности, — бросил он, не терпящим возражений голосом.

Яков глубоко вдохнул, на долю секунды прищурился, будто оценивая, стоит ли озвучивать следующие слова, и всё же продолжил:

— Между ними состоялась дуэль. Незнакомец был инициатором, хотя причин для вызова у того было достаточно, да и сам Сергей не был против. Тот надеелся на легкую победу

— Условия? — Гавриил скрестил пальцы в замок, не сводя взгляда с разведчика.

— Стандартные. Без летальных исходов, хотя никто от них не был застрахован. До момента как один из дуэлянтов не сможет продолжать схватку.

Яков на мгновение замолчал.

Затем, медленно, почти с нажимом, произнёс:

— Но дуэль оказалась… односторонней.

В зале воцарилась напряжённая тишина.

Гавриил не пошевелился, но в его глазах вспыхнул ледяной свет, хищный, цепкий. Он не торопил Якова, позволяя словам разведчика осесть в сознании каждого присутствующего.

Яков выдержал паузу, затем, выбирая слова, продолжил:

— Сергей с самого начала доминировал в плане силы. Его удары были мощными, агрессивными, он сразу взял инициативу. Однако противник… играл с ним.

Святослав едва заметно дёрнул бровью, а Родион, склонив голову набок, взглянул на Якова с живым интересом.

— Играл? — лениво протянул он, но перебивать не стал.

— Да. — Яков кивнул. — Незнакомец намеренно подставлялся, позволял Сергею атаковать, ставил себя в невыгодное положение. Причины этого неизвестны, но по стилю ведения боя это походило на проверку. Или даже… тренировку.

Разведчик сделал паузу, взглянул на Гавриила, но тот оставался неподвижен, лишь воздух вокруг него стал тяжёлым, почти вязким.

— Противник явно себя сдерживал. Даже трети своих сил он не показал.

Молчание.

Гавриил не изменился в лице, но напряжение вокруг него сгустилось.

— Чем это закончилось? — его голос звучал тихо, но каждый в зале почувствовал в нём скрытую угрозу.

Яков вдохнул.

— В конце концов, когда незнакомец убедился, что Сергей не представляет для него угрозы, он нанес единственный удар. Этот удар…

Яков на мгновение замолчал, затем продолжил:

— Отправил Сергея за пределы арены. Выбил ему несколько зубов. И, судя по всему, оставил психологическую травму.

Лёгкий, едва сдерживаемый смешок сорвался с губ Родиона, но он тут же пресёк его, кинув быстрый взгляд на брата.

— После этого дуэль была окончена. Незнакомец покинул арену, не выказывая ни малейшего интереса к победе.

Тишина.

Каждый обдумывал услышанное.

Гавриил медленно провёл пальцами по подлокотнику кресла, затем задал единственный вопрос:

— Что нам о нём известно?

Яков, будто предугадывая этот момент, кивнул.

— Имя: Ройко Грелдэй. Официально числится слугой рода Поповых, но все факты указывают, что этот статус — лишь формальность.

— Что-то конкретное? — коротко спросил Святослав.

— Невероятный контроль псионики. Его точность, мощь и скорость реакции указывают на высококлассную подготовку, но его стиль не вписывается ни в одну известную школу.