Мастер Гримуаров (СИ) - Гуров Валерий Александрович - Страница 26

— Куда он пропал? — потирая лбы, они начали оглядываться.

— Уроды, вы его упустили! — завизжал табачный магнат. — Из-под земли мне его достаньте!

Я отошёл в сторонку, спокойно вытряхнул пепел сгоревшего свитка из кармана. Никто этого не заметил: пока материя находится в соприкосновении с моей энергией — она невидима и прозрачна. А вот если сделать чуточку иначе… Я вытянул руку с пеплом на ладони и хорошенько дунул. Пепел полетел в разные стороны, сразу материализовываясь и становясь видимым.

— Вон он, бей его! — заорал табачник, и бугаи наперегонки бросились месить кулаками воздух с пеплом.

— Ку-ку! — я подал сигнал, и бедолаги теперь бросились на него. А я в этот момент схватил стул, на котором меня собрались пытать, и перегородил им дорогу.

Двое перекаченных верзилы споткнулись и, полетев вверх тормашками грохнулись о стену, с которой начали падать картины и подвешенные подарочные сабли с ножами.

— Дебилы, он уйдёт! — вышел из себя табачник.

Я бы поразвлекался ещё, но действие заклинания было ограничено по времени.

Поэтому перехожу ко второй части плана. Бросив напоследок взгляд на табачного магната, который изо всех сил пытался понять, что происходит, я вышел из кабинета. Через несколько секунд заклинание перестанет действовать, и я начну «проявляться».

Так и произошло. Спускаясь по лестнице, я сначала увидел свои появившиеся ноги, а затем и всё остальное. Дальше я шёл уже полностью материализовавшись. Чтобы исключить подозрения, пошёл прямиком через линию конвейера, дабы меня увидело как можно больше глаз. Мне надо было убедиться, что фабричные видят, что я ухожу.

Пока шёл, одним глазом приметил, что фабрика укомплектована по последнему слову техники. Если на моём заводе активно использовались старые добрые станки с обычными двигателями, работающие на электричестве, то здесь вместо двигателей использовали кристаллы, накачанные магической энергией. Ничего, и мой завод обязательно до такого дорастёт. Кристаллы куда эффективнее электричества.

Проходя мимо курилки, я спросил у фабричных рабочих, который сейчас час. Спросил не случайно. По технике безопасности внутри цеха было запрещено носить наручные часы. На меня посмотрели как на идиота, направили к проходной, где были как раз установлены настенные часы. Отлично, пусть запоминают, что я ушёл — наверняка табачник отправит в погоню своих недалёких прихвостней. Надо, чтобы они пошли по ложному следу.

Я сел на козлы своей кареты и поехал прочь. Но скрывшись за ближайшим поворотом, резко поменял направление движения. Поставил карету у тротуара в паре кварталов от табачки, а сам не спеша вернулся к фабрике. Дождался, пока толпа верзил выбежит через проходную и отправится на мои поиски.

Когда проход оказался свободен, я обогнул табачку и вышел к окну кабинета здешнего босса. Он моего появления не ждал, думал, что я бегу отсюда прочь, сверкая пятками.

Этот напыщенный индюк с замашками властелина мира последние недели торчал у меня как заноза в одном месте. А занозы следовало вовремя вытаскивать, чтобы не загноились.

Я понимал, что если не решу вопрос с ним здесь и сейчас, то люди этого урода заявятся в моё поместье и перевернут все вверх дном. Причём придут, возможно, тогда, когда меня не будет дома и некому будет защитить мою сестрёнку и стариков. Да и Лёне тоже не стоит попадать под раздачу, паренёк мне ещё пригодится. Поэтому вторая часть плана заключалась в том, чтобы довести это грязное дело до конца. Конца этого урода.

Начнём.

Я достал из кармана заранее подготовленные перчатки, надел на руки и пролез через окно, благо открытое, в кабинет. Получилось бесшумно. Да и вряд ли бы магнат меня услышал — потому что он как резаный орал в телефон, брызжа слюной:

— Чтобы через час вы притащили его обратно!

Босс надрывался в динамик, объясняя, что меня надо поймать и расчленить. Лишнее доказательство тому, что мы не найдём общего языка. Да и в принципе с такими уродами переговоры вести не стоит. Я дождался пока босс договорит, и, протянув руку, взял пистолет со столешницы. Магнат вздрогнул, резко обернулся, и, увидев меня, выпучил глаза.

— Бу! — обронил я, активируя свиток, созданный накануне при помощи артефакта.

Свиток включал заклинание окаменения — мощное, но проще некуда.

Я взвёл курок.

— Ты не посмеешь, — процедил табачник, когда я приставил дуло револьвера ему в лоб.

Хотел сказать что-то ещё, но заклинание уже подействовало — окаменение началось с кончиков пальцев его ног и стремительно поползло вверх. Последними окаменели его глаза, в которых появился животный страх.

Бах!

Курок сорвался, ударил по патрону, и пуля из дула револьвера вылетела ему в лоб. Окаменелое тело взорвалось мириадами осколков, камень трухой осыпался на пол, на дорогой турецкий ковёр.

Тревожная кнопка, которую хотел нажать магнат, так и осталась нетронутой. Я отряхнул с себя каменную пыль и, выпрыгнув из окна, пошёл прочь. Есть человек — есть проблема, нет человека — проблемы нет.

Свиток из пергамента работал исправно. Его силы явно должно было хватить не на один десяток раз. Кстати, ещё одна польза — мне удалось протестировать многоразовое заклинание. Результат превзошёл все ожидания.

Благополучно вернувшись к карете, я сел в неё и укатил от табачной фабрики прочь. Ещё одно преимущество использования многоразового свитка было в том, что его магический след невозможно было отследить.

В поместье я вернулся примерно через час. Отдал экипаж управляющему, чтобы тот отвёл в стойло лошадь, и тут меня ожидали хорошие новости.

— Барин, на завод прибыла посылка из Новороссийска! — с ходу сообщил мне старик.

— Ты её принял?

— Конечно, всё проверил, пересчитал и поставил на приёмке вашу родовую печать. Инструмент пришёл на загляденье!

Я удовлетворённо кивнул, похвалил управляющего. Вовремя пришла посылка, самое время собрать, наконец, гримуар. Всё необходимое для этого есть, испытания на эффективность заклятия на пергаменте пройдено успешно.

Теперь не буду откладывать дело в долгий ящик и займусь сборкой сегодня же. Но сначала надо пообедать, а то Наталья Петровна мне спуску не даст.

Нянечка оказалась легка на помине. Выбежала из дверей поместья со словами:

— Константин Фёдорович, как хорошо, что вы пришли, вам из университета звонят!

— Починили телефон? — удивился я, помня, что связь не работала из-за разрыва провода.

— Так дед и починил! — гордо сообщила Наталья Петровна.

— Какой я тебе дед… — беззлобно поправил управляющий. — Инструмент новый поступил, Константин Фёдорович, и я всё сделал. Время-с, так сказать, не терял, а то негоже без телефона.

Всё-таки толковый у меня управляющий. Я подошёл к телефону, взял трубку.

— Вавилов слушает!

— Константин Фёдорович, вас беспокоит деканат университета, — раздался из динамика женский голос лаборантки.

Та ещё мымра, вечно от меня воротила нос, поставив на мне крест как на прогульщике. Её звонок застал меня врасплох.

— В чём суть беспокойства?

— Извещаем, что учёным советом принято решение о переносе дипломных защит на завтра. После вам будет предоставлен допуск к финальному экзамену.

— А как же предварительные защиты?

Я прекрасно помню, что перед дипломной защитой шла защита предварительная.

— Они уже пройдены сегодня, и если вы хотя бы немного утруждались посещать учебное заведение, то прочитали бы соответствующий приказ, — явно с упоением объяснила лаборантка. — Но поскольку вам общие правила не писаны, то вы ничего и не узнали! Потому с вас снимается один балл согласно регламенту университета! Надеюсь, на защиту вы уж явиться не забудете, начало в девять утра.

— Стесняюсь спросить, за чьей подписью приказ?

— До свидания, Константин Фёдорович!

Она сразу повесила трубку. Я сначала хотел перезвонить в деканат, но затем передумал. Не берусь судить, откуда ветер дует у такого решения и связано ли оно с чьим-то желанием мне нагадить, но решение крайне любопытное.