Мастер Гримуаров (СИ) - Гуров Валерий Александрович - Страница 25

Участок полиции был тем самым местом, который посетив однажды не хочется больше посещать никогда.

— Ваше благородие! Здесь останавливаться нельзя, это стоянка для служебного транспорта, — с неким раздражением сообщил мне дежурный полицейский, видя, что я собрался остановиться на свободном парковочном месте.

На самом деле других вариантов встать здесь попросту не было, а в центре, где располагался отдел полиции, существовали извечные проблемы с парковкой. И для того чтобы припарковаться мне пришлось бы останавливаться за пару кварталов от адреса.

Ясно как божий день — с той же проблемой сталкивались господа полицейские. Решение они выбрали оригинальное — наглым образом приватизировали все парковочные места возле отдела.

А знак, на который ссылался дежурный, на деле относился к парковке во внутреннем дворе, перегороженной шлагбаумом. Суть в том, что господам полицейским не хотелось заморачиваться, заезжая во внутренний двор.

Я недолго думая остановился на свободном парковочном месте возле входа в отдел.

— Сказано же — здесь парковаться нельзя, это место начальника отдела! Ну-ка отъезжайте!

Дежурного смущал факт соседства моей простенькой кареты рядом с шикарными каретами и автомобилями полицейских? Кстати, одна из карет принадлежала господину следователю, официально получавшему двадцать рублей в месяц, тогда как его карета стоила многие тысячи.

— Тон сбавь, — я смерил дежурного взглядом. — Место начальника во внутреннем дворе. Свою карету я поставлю туда, где захочу. Хорошего дежурства!

Я вышел из кареты и пошёл в участок пока дежурный, вылупив глаза, думал, как поступить с брошенной каретой. Следователь ждал меня в назначенное по повестке время.

— Доброго дня, Вениамин Васильевич, вы меня по повестке вызывали — вот и я, к вашим услугам.

Не ожидая приглашения, я проследовал к столу следователя и сел на стул, перекинув нога на ногу. Со следователем у нас сразу сложились напряжённые отношения, когда он в самый первый день начал меня заверять, что дело гиблое и расследовать там априори нечего, несмотря на большое количество следов, оставленных на месте преступления.

Я тогда отказался подписывать бумаги и потребовал вести расследование до конца, затребовав экспертизу. Сегодня результаты были получены, и не исключено, что по этой причине следователь не был рад меня видеть. Вместо приветствия он пробурчал себе под нос что-то несвязное и сунул мне какую-то бумагу.

— Ознакомьтесь, Константин Фёдорович!

Я взял бумагу — и да, увидел в ней результаты экспертиз.

— Волос, оброненный на месте преступления — собачий, кровь там найденная принадлежит мне, — прочитал я вслух.

— Как видите, не могу вас ничем обрадовать. Хотите вы или нет, Константин Фёдорович, но я вынужден отправить дело в архив за неимением состава преступления. К тому же, помимо ваших дел у нас полно других преступлений, куда более важных, чем драка с гопниками пьяного дворянина, — последнее он говорил с явной издёвкой, пытаясь меня посильнее ковырнуть.

Он посмотрел на свои часы, как и карета, стоившие кратно больше его годовой зарплаты. В мой прошлый визит я их не приметил.

— До свидания, Константин Фёдорович. Повторяю, я ничем вас обрадовать не смогу.

— Я вижу, вас уже обрадовали, — я указал взглядом на часы.

— Что вы имеете в виду?

— Верните дело на дорасследование, пока я не буду вынужден омрачить вашу радость и пока это самое «в виду» не поимело вас, — я встал из-за стола. — Думаю, мы поняли друг друга.

Следователь долго на меня смотрел, шевеля своими усиками. Руку с часами он, как бы между прочим, убрал со стола.

— Вас вызовут, — проскрежетал он.

— Всего хорошего! Надеюсь, вы не доведёте до всего плохого!

Мне стало окончательно понятно, что искать помощь в полиции — затея по своей глупости схожая с поиском иголки в стоге сена.

— Не переводите бумагу, господин следователь, — бросил я, выходя из кабинета.

На выходе из отдела я увидел забежавшего в проход полицейского.

— Кто встал на место начальника? — разорался он. — Вы встали во дворе! Понимаете, в каком теперь начальник настроении⁈

Было смешно наблюдать за тем, как нервничают оба полицейских. Я сел в карету и поехал на табачную фабрику. Табачка находилась в самом центре Ростова, неподалёку от собора и центрального рынка.

— О, сам явился, даже искать не придётся! — такими словами меня встретили два бугая на входе.

Неожиданный поворот, учитывая, что я в принципе ни от кого не прятался.

— Пошли к боссу, — фальшиво улыбаясь, прохрипел один из них. Я отказываться не стал.

— Кирилл Сергеевич, тут Вавилов пришёл! — заглянул в кабинет бугай.

Видимо, получив добро, он открыл дверь кабинета, пуская меня внутрь.

— Заходи!

Я коротко пожал плечами, зашёл. Положа руку на сердце, я думал, что так быстро мне не удастся получить аудиенцию, а тут…

Боссом оказался мужчина в самом расцвете сил, сидевший за массивным дубовым столом. Он откинулся спиной в своё кожаное кресло и курил сигару, на меня он посмотрел с нескрываемым любопытством.

— Что, Вавилов, решил с повинной сдаться? — спросил Кирилл Сергеевич. — Правильный выбор, мужественный, вот только я ни хрена тебя не прощу за то, что ты сделал.

— А что я сделал, напомните? У меня после прошлого раза с памятью проблема, знаете ли, — объяснил я Кириллу Сергеевичу.

— Придуриваешься? — спросил тот.

— Нет, видите ли, Кирилл Сергеевич, у меня после удара в висок одного из ваших людей память отшибло.

Кирилл Сергеевич помолчал, стряхнул в пепельницу пепел с кончика сигары, а потом вскочил из-за стола и зарычал:

— После твоего заклинания у Вани шрамы от ожогов останутся на всю жизнь! Такое мы не прощаем. И в этот раз ты не выживешь.

Пока он говорил, бугаи за моей спиной закрыли дверь в кабинет.

Глава 12

Дверь захлопнулась. Предсказуемо: могли бы придумать что-то оригинальнее, чем просто закрыть меня в кабинете с двумя разъярёнными бугаями. Я, естественно, к такой ситуации оказался готов.

— Ой, вы что, меня бить собираетесь? — я театрально захлопал глазами. — А как же поговорить? Нет проблем, которые не решаются в диалоге… не?

— Хватайте его, — рявкнул табачный магнат, ударяя со всего маху кулаком по столу.

Бугаи рванули с места и пошли на сближение, беря меня в клещи. Манёвр вполне понятный — мне хотели отрезать путь к двери. Один из них вытащил из кармана наручники, второй достал кляп. Вот удивительно, откуда у них всё это под рукой? Или для табачников наручники и кляп — естественные инструменты для переговоров? Меня-то они явно не ждали, я сам пришёл.

Табачный магнат тоже не стоял без дела и, решив, что я струхну и попытаюсь выпрыгнуть через окно за его спиной, поднялся и вытащил револьвер, беря меня на прицел. Я быстро разгадал план — меня хотят приковать к стулу наручниками, засунуть в рот кляп и приставить к виску пистолет. Потом, естественно, грохнуть, о чём меня заблаговременно известили.

Ладно, планы мучителей — это хорошо, но нужно вносить в них свои коррективы. Есть у меня для них одна любопытная заготовка, думаю, оценят.

— Господа, стойте! Минуточку внимания! — громко сказал я.

Бугаи чуть замедлились, сбившись с толку.

— Вот вы работаете на табачной фабрике, а вы знаете, что капля никотина убивает… — я защёлкал пальцами, делая вид, что пытаюсь вспомнить окончание этого предложения.

— Лошадь! — выпалил один из бугаёв, не догадываясь, что слово и было активацией одноразового свитка.

— Мои вы хорошие! — я расплылся в улыбке.

— Да закройте же вы ему пасть! — проскрежетал босс.

Свиток я подготовил ещё в прошлый раз и хотел использовать во время встречи с Загребаловым, но в тот раз обошлось, и свиток остался нетронутым. Теперь настало его время.

Заклинание призрачности заработало. Я только что стоял у стола посреди кабинета, а в следующий миг — раз, и исчез как по мановению волшебной палочки, и быстро сиганул в сторону. Естественно, господа нападавшие не успели вовремя затормозить и благополучно стукнулись лбами, как горные бараны.