Завоеватель (СИ) - Старый Денис - Страница 42

В последнее время армия Византии несколько увеличилась, причиной было то, что элементарно на это нашлись деньги. Не так давно случившееся разграбление Венецианского квартала в Константинополе принесло в казну немало золота и серебра, а также некоторое количество вооружения. В людях же в Империи особого недостатка не было.

А еще, оказалось, что те невероятные льготы, которые даровались Венеции, сильно уменьшали подати в казну. Генуя и Пиза, которые частью заменили Венецию без льгот платят уже в разы больше.

— Что скажешь ты, воевода Братства? — задал мне вопрос василевс.

Это было несколько неожиданно. На протяжении всего совещания, на меня будто бы и не обращали внимания, словно я и не готов участвовать в мероприятии. Я — не готов! Но это же не означает, что Братство не будет. Даже русского посла в Византии Ивана Гривня, и того спрашивали, сколько тесть, великий киевский князь, пришлет своих войск.

Я не стал сразу отвечать, сделал многозначительное выражение лица, показывая, будто бы пребываю в сложных размышлениях. На самом деле, нет. Я уже провёл ревизию, так сказать, филиала братства в Византии, и пришёл к выводу, что войско, которое может быть отправлено в Египет, даже немного больше, чем я предполагал.

Дело в том, что тысяцкий Геркул неплохо спелся с сербскими потенциальными сепаратистами. Братство стало своего рода полигоном для отработки военных действий против самой же Византии, а также для подготовки Сербского войска. Не сказать, что я исключительно против подобных решений, сам думал о чем-то подобном, но именно сейчас, или даже через два, пять лет, я не хотел бы, чтобы Византийскую империю сотрясали восстания. Между тем, семь тысяч воинственных сербов, что сейчас обучались на территории Сербии и частично Болгарии, — отличное подспорье для увеличения войска православных крестоносцев. Учитывая, что я им привез изрядное количество новых броней, да и Евдокия изрядно Братству помогала, сила получилась серьезная.

— Василевс, — я обозначил поклон. — Буду говорить и за себя, и за тестя твоего, великого князя Изяслава Мстиславовича. Посол не все знает, а киевский государь дал мне наставления. Русь и православное Братство Первозванного апостола Андрея готовы выставить в поход десять тысяч своих ратников.

— И я тебе волю свою являю, воевода, кабы основу того войска, что ты готов выставить, если всё же я приму участие в крестовых войнах, составить из сербов, — поспешил сказать василевс.

Император недвусмысленно намекал мне, что прекрасно осознает, что происходит в сербских окраинах его державы. Он понимал это, но пока не предпринимал никаких решительных действий, что говорит о некотором моём долге перед василевсом. А ведь мог же разогнать лагеря, да и наказать всех причастных к подготовке сербской молодежи к военным действиям. Перекрыть мне доступ к имперским рынкам и вовсе запретить появляться в Константинополе.

— Я услышал тебя, василевс, — сказал я, вновь обозначая поклон и присаживаясь на свою лавку.

Хотя я бы не назвал то, на чём сижу, именно лавкой. Это своего рода был диван человек так на шесть, с мягкими подушками, подседалищем и общими спинками, покрытый дорогой парчой. Всё это совещание происходило в старом императорском Константиновом дворце, где куда как просторнее, а также убранство выглядит более величественно, чем в новом дворце, если, конечно, сюда перенести немало атрибутов императорской власти.

— Мы так и не решили вопрос с флотом, — с некоторым нажимом, глядя на сидящих рядом представителей Генуи и Венеции, сказал император.

Вопреки моим ожиданиям, северо-итальянские представители не поспешили заверить Василиса, что вопрос будет улажен или, что он уже решён. Обещать же не значит решиться! Но я не слышал пространных речей. Вероятно, все же торговцы не желают давать ложных обещаний, научены империей, что играть с ней опасно.

— Я рассчитываю на венецианский флот, на котором будут переброшены мои войска, — ещё с большим нажимом сказал василевс.

Было понятно, что именно подобными посылами хотел сказать император. Он небезосновательно считал, что отсутствие немалого количества византийских войск, задействованных в Крестовом походе, может спровоцировать атаку Венеции. Но, островитяне не смогут даже приблизиться к Константинополю, если у них в это время будет отсутствовать флот.

— Ну же! — поторопил представитель Иерусалимского королевства северо-итальянцев.

— Венеция не в состоянии перевести всё войско. Мы готовы взять на себя ответственность за не более десяти тысяч человек. Вместе с тем, мы никогда бесплатно не используем свой флот, — говорил представителю Венеции Франческо Талано. — Двадцать талантов золотом.

— Иерусалимский король готов оплатить расходы на флот? — спросил василевс.

Было видно, что Иерусалимский король не в состоянии что-либо оплачивать. Уж больно представитель королевства стыдливо отворачивал голову.

— Этого и следовало ожидать, — сказал Арсак.

— Мой король сильно потратился на подготовку безуспешной атаки на Дамаск. Королевство окружено со всех сторон. С моря достаточного снабжения не получаем. Нам приходится покупать зерно в Египте. Оно баснословно дорого, — оправдывался барон Арно.

Я не преминул метнуть взгляд в сторону императора, мол, я же говорил. Да, я говорил, что взятие Египта позволит схватить за причинное место всех крестоносцев. И после не нужны даже никакие особые действия, как начнут произносится аммажи — клятвы вассалитета василевсу империи ромеев.

— Генуя обязуется переправить десять тысяч воинов полностью за свой счёт. Представители Пизы делегировали мне полномочия сказать и за них. Пять тысяч перевезут и они. И также сделают это всё за свой счёт. Мы рассчитываем на то, что василевс дарует нам долю от добычи в тех священных войнах, — высказался Гильермо Понти.

Венецианец поморщился. Он так не мог поступить. Венеция категорична: или оплата золотом, или же политическими уступками. Так что слова генуэзца вызвали раздражение на лице венецианца. Наверняка, островитянин рассчитывал на то, что его предложение будет наиболее выгодным и наиболее приемлемым. А тут эти выскочки, которые хотят занять место Венеции на рынках Византии, озвучивают ещё более выгодное предложение. Вместе с тем, в преддверии скорых переговоров или других решений, представителю «дочерней организации» империи ромеев, ничего не оставалось, как пообещать согласовать данный вопрос самое ближайшее время со своим руководством. Да, Венеция де-юре считалась вассалом империи. Де-факто клала она на свой вассалитет уже давно.

Я практически был уверен в том, что Венеция что-то замышляет. Во всех расчётах, что производились перед этим совещанием, а оно было своего рода итоговым, озвучиванием результатов достаточно немалого объёма работы, по всем соображениям — Венеция уже год интенсивно строит большой флот, заручается поддержской Франции, бургундов. Так вот выходило: венецианцы вполне себе способны на данный момент на своих огромных кораблях переместить войско размером в двадцать две-двадцать три тысячи человек с немалым числом лошадей. Безусловно, подобное количество войск могло бы угрожать Константинополю, если бы большая часть наиболее боеспособного воинского контингента империи находилась за её пределами, в Святых землях.

Вместе с тем, как-то уж подозрительно притихли сицилийцы. Их король Роджер ещё недавно сильно беспокоил прибрежные города империя, А сейчас там лишь да Божья благодать. Немного зная о короле Роджере, я уверен, что он не остановился, а выжидает. Между прочим, у Сицилии сейчас немалый флот. Тысяч десять, даже больше, воинов они в состоянии перевезти.

И меня терзали смутные сомнения, впрочем не я один такой выискался мудрец, но и византийцы думали и гадали, что сие означает. Если бы Сицилия решила коим образом наладить отношения с империей ромеев, то они это безусловно могли бы сделать к вещей радости всех сторон. Пусть сицилийцы не страдают столь неутомимой тягой к торговле, как Венеция, но могли бы найти точки соприкосновения с Византией и наладить торговлю. После того как Венеция была вытеснена с рынка в Константинополе и других городов ромеев, это ниша так полностью и не была закрыта, как ни стараются генуэзцы и пизанцы.