Хранительница чудовищ (СИ) - Журавлева Юлия - Страница 89

Лорд Оружия Жерон Вируа, отец Яна и Линды, на которого мне было откровенно страшно смотреть. Вот уж кто вправе предъявить претензии, что все это время я провела бок о бок с его сыном, подставляла его и подвергала опасности.

Лорд Монеты — не старый, наверное, ровесник короля — знакомый мне по фотографиям из газет. В жизни, правда, он выглядел совсем невзрачно: среднего роста, средней комплекции и с совершенно невыразительным бесцветным лицом. На фотографиях его явно приукрашивали. Он равнодушно мазнул по нам взглядом, сразу отвернувшись в сторону.

Лорд Тайны Ксавьер Дагье сидел собранный и серьезный, в темном мундире с нашивкой-волкодавом на плече. Он едва уловимо кивнул нам, а затем бросил сопровождавшим нас стражам: «Свободны». Те беззвучно исчезли, только дверь едва слышно щелкнула замком.

Пятый участник очень выделялся среди собравшихся. Во-первых — темным цветом волос. Он единственный здесь не был высоким лордом. Во-вторых, возрастом. На вид я дала бы ему лет тридцать — он точно был самым младшим из сидевших за столом. Однако его личность осталась для меня загадкой.

И женщина, возраст которой я определить не сумела. Выглядела она тоже на тридцать — тридцать пять, но что-то существенно накидывало ей лет. Не идеальное лицо с неброским, умело нанесенным макияжем. И не толстая пшеничная коса, перекинутая через плечо. Возможно, взгляд, очень внимательный и цепкий, какой-то пробирающий до мурашек.

— Приветствую всех, — нарушил немного затянувшуюся паузу Марьян. — Ваше величество, — поклонился он королю. — Лорды, — кивнул мужчинам, — Аделаида, рад вас видеть.

— Правда? — Голос у женщины оказался грудной и насыщенный, сразу заполнивший пространство. — Обычно мне не радуются на подобных встречах.

— Уверен, сегодняшняя станет исключением.

— Мар, хватит расшаркиваться, — поморщился король. — Проходи и садись. Вы, леди Ликхар, тоже.

Сглотнув, на негнущихся ногах я подошла к столу и села возле Марьяна, который галантно отодвинул мне стул, словно мы находились на приеме, а не на допросе — вряд ли эту встречу можно назвать иначе. Он держался с достоинством и внешне был абсолютно спокоен, а под столом тут же нашел мою ладонь и сжал. Только теперь я поняла, как озябли пальцы.

— Даже не знаю, с чего начать. — Король вздохнул и уставился на племянника. — Мне доложили о ситуации. Так понимаю, что тебе все-таки удалось убрать с леди Ликхар все последствия ритуала по внедрению темной сущности?

— Да, ваше величество. — Марьян заметно расслабился. — Не буду врать, что это было легко, но нам удалось.

— Ты понимаешь, как сильно ты рисковал?

— Понимаю.

— Ни хрена не понимаешь! — рявкнул король, которому судьба племянника явно была небезразлична. — Думаешь, гримуар делает тебя бессмертным? Или дает неограниченную силу?

— Нет, дядя, я правда не считаю себя бессмертным или всесильным, — спокойно признал Мар. — Но другого выхода спасти Иву я не видел.

Король перевел тяжелый взгляд на меня.

— Леди Ликхар, вы больше месяца водили всех за нос, устроившись работать в королевский зоопарк… — раздельно и четко произнес Георг Пятый таким голосом, будто уже выносил мне приговор.

Я вся сжалась, не понимая, как себя вести и что отвечать. Оправдываться и говорить, что это случайность? Что не хотела никого обманывать? Рассчитывала на тихую спокойную жизнь? Но кто поверит моим словам?

— Кстати, хотела обратить внимание лордов, что на леди Ликхар больше нет клятвы, — заметила женщина.

— Вы сняли и клятву? — удивился Ксавьер.

— Да, в Шивасе древний алтарь, но это я тебе уже рассказывал. Все присутствующие, наверное, тоже в курсе. — Марьян обвел лордов взглядом.

— Надо подумать, что делать с этим алтарем. — Лорд Монеты, имя которого я судорожно пыталась вспомнить, впервые проявил заинтересованность. — Ксавьер, предвосхищая твое предложение: уничтожать жалко, возможно, он последний в своем роде.

— Окта́виан, тебе, конечно, по должности положено быть рачительным, но я бы не стал включать древний темный алтарь в список объектов национального достояния, — бросил в ответ лорд Дагье.

— Поддержу Ксавьера, такие алтари слишком опасны и несут в себе потенциальную угрозу. Ни для чего хорошего их никогда не использовали, — высказался лорд Вируа.

— С алтарем потом разберемся, — погасил зарождающийся спор король. — Но я бы тоже не стал рубить с плеча. Никогда не знаешь, что в хозяйстве пригодится. Поэтому жду предложений, как можно сохранить алтарь и обеспечить его безопасность.

— Никак, — тихо обронил темноволосый мужчина.

— А́льберт, мне не нравится твоя категоричность, — недовольно заметил король.

— Простите, ваше величество, но я полностью согласен с лордом Тайны и лордом Оружия.

— Потому что как лорд Порядка ты думаешь только о безопасности, а надо еще и возможности прикидывать, — назидательно произнес король.

Лорд Порядка? Такой молодой?

— А как же последствия? О них думать не надо? — не сдавался лорд.

Теперь я знала, какой он, неуловимый лорд Порядка, который никогда не снимался для газет, не давал интервью и даже комментариев журналистам. Он был настолько загадочной личностью, что даже его имя я слышала впервые. О нем ходило столько легенд и слухов, из которых пока ничего не соответствовало действительности. Потому как молва наградила лорда уродливой внешностью, шрамами и проказой, обезобразившей лицо, и протезом вместо одной руки, а он оказался вполне привлекательным молодым мужчиной без внешних изъянов.

— Я сказал, алтарь пока отложим, — с нажимом повторил Георг Пятый, и лорд Порядка склонил голову. — И, раз клятва о неразглашении снята, хотелось бы, чтобы леди Ликхар рассказала нам все, что ей известно.

Взгляды присутствующих скрестились на мне, я же невольно посмотрела на Марьяна в поисках поддержки. Он едва заметно кивнул и улыбнулся, посильнее сжав мою руку.

Я прочистила горло, напоминая себе, что решила ничего не бояться, и начала.

С того, что знаю немного: отец не посвящал меня в свои планы, считая инструментом, а не исполнителем. В детстве меня положили на тот алтарь, после чего и появился узор, который я до встречи с Марьяном считала проклятием.

— Кем была ваша мать, Ива? Я же могу продолжать обращаться к вам так? — уточнил Ксавьер Дагье.

— Да, безусловно! Имя Ива для меня намного привычнее. А мама… она была слабым магом. Не знаю, как она сошлась с отцом, мы никогда с ней об этом не говорили… — Потому что я была маленькой и несмышленой… — Мама умерла, когда мне было десять. Теперь я думаю, что ее смерть не была естественной или случайной, скорее всего, мама примерно понимала, что со мной сделали и для чего. Она не раз пыталась меня увезти, я слышала, как она умоляла отца, пыталась с ним ругаться… А потом у нее остановилось сердце…

Я запнулась, не зная, что еще сказать. Вернее, я могла бы многое рассказать: моя мама была замечательной женщиной, красивой и доброй. Уверена, она никому не желала зла и ни в чем плохом не участвовала. Но вряд ли такие слова уместны.

— Продолжайте, Ива. Как вы узнали, что узор опасен? — попросил лорд Дагье.

Я кивнула, стараясь смотреть на него. От лорда Тайны не веяло враждебностью или холодом. Хотелось бы, чтобы он тоже не слишком сильно на меня злился…

— Я подслушала разговор брата, Армана, с одним из сторонников отца. — Я поежилась, вспомнив, с каким хладнокровием они обсуждали ужасные вещи. — Это случилось два года назад. Мы знали, что отец мертв, после его смерти Арман решил продолжить борьбу. Он всегда разделял убеждения отца. И избежавшие наказания сторонники возрождения Миасской империи приезжали к нам в Арнауд… С некоторыми из них Арман виделся особенно часто. Я случайно оказалась у раскрытого окна комнаты, в которой шел разговор, — мне не спалось, и я вышла подышать свежим воздухом.

Помню, как стояла, прижавшись к стене и затаив дыхание, боясь, что меня обнаружат. Воздухом тогда надышалась сполна, продрогнув до костей и вернувшись в свою комнату под утро.